Испытание огнем
Шрифт:
— Все нормально, — сказал Марио, прижав ее голову к своему плечу. — Теперь мы вместе. И ничего на свете больше не разделит нас.
— Пообещай мне это, — прошептала Стелла.
— Я обещаю тебе, — сказал Марио.
Стелла вошла в зал суда, где должно было проводиться утреннее слушание, ровно в девять часов. Она бросила взгляд на стол, за которым обычно располагались представители обвинения, и увидела, что Холли еще не приехала. Поскольку к этому заседанию было представлено только одно дело и судья не могла заняться чем-то иным, все замерли в ожидании.
Судья Мэддокс перегнулась через стол и попросила одного из служащих позвонить в офис Оппенгеймер.
— Скажите миссис Оппенгеймер, что еще немного, и я привлеку ее к ответственности за оскорбление суда.
— Ее нет на месте, — ответила женщина через минуту, положив трубку на рычаг. — Сказали, она уже в пути.
— В таком случае мы можем объявить перерыв, — заявила судья, приподнимаясь со скамьи и делая шаг вниз по ступенькам. Тут дверь зала распахнулась и в проходе между стульями появилась Холли.
— Весьма рада, что вы наконец-то изволили к нам присоединиться, прокурор, — произнесла судья Мэддокс, взяв из рук секретарши черную папку и возвращаясь на место. — Еще пять минут, и вам, весьма возможно, пришлось бы посмотреть, как выглядит тюремная камера изнутри. Я не намерена терпеть ваши ставшие уже привычными опоздания. Вы понимаете меня?
— Прошу извинить меня, Ваша Честь, — сказала Холл и, усаживаясь за свой стол.
Судья Мэддокс приступила к слушанию дела. Как только включилась записывающая аппаратура, она заявила:
— Вы должны были предъявить суду утраченную улику, миссис Оппенгеймер. По этой причине слушание было назначено на сегодняшний день — я напоминаю вам на тот случай, если вы забыли об этом.
— Мы так и не смогли ее найти, — сказала Холли, бросив быстрый взгляд на Стеллу. — Мы тщательно обыскали помещение, где хранятся вещественные доказательства, но ничего не обнаружили. Позволю себе в этой связи напомнить уважаемому суду, что утраченный предмет крайне невелик, а с момента совершения преступления прошло уже около шестнадцати лет.
— Мы не можем продолжать слушание, пока означенная улика не будет предъявлена суду, Ваша Честь, — громко сообщила Стелла. — Я вынуждена просить суд о переносе сроков рассмотрения дела. Миссис Оппенгеймер, как мне кажется, утаивает данную улику намеренно.
— Ваше предложение о переносе сроков разбирательства принимается, — кивнула судья Мэддокс, — но мне хочется поговорить с вами лично у себя в кабинете. — Сказав это, судья назначила время нового разбирательства и удалилась.
Холли и Стелла с минуту поколебались, а затем последовали за судьей через заднюю дверь в апартаменты Мэддокс. Офис судьи был довольно обширен и хорошо обставлен. Большой стол красного дерева с мраморной столешницей был помещен в углу комнаты, а круглый стол для совещаний располагался ближе к окну. Обе женщины подождали, пока судья заняла свое место, а потом расположились в креслах, стоявших напротив ее стола.
— Я не потерплю петушиные бои у себя в суде, — произнесла Мэддокс. — Надеюсь, вам ясно, что я хочу сказать?
— Не смотрите,
— Дайте мне возможность объясниться, — негромко проговорила Стелла. — Эта женщина ненавидит меня, Ваша Честь. Она ведет против меня что то вроде необъявленной войны, причиной которой стала ревность и профессиональное соперничество. Я ничего не требую от уважаемого суда, кроме справедливости, а ведь на это может рассчитывать любой обвиняемый.
— Что за чушь! — закричала Холли, покраснев. — Она все это выдумала. Моя единственная цель — наказать убийцу. Если она считает, что таким образом я веду с ней войну — что ж, значит, это действительно война. Но я называю это исполнением своих служебных обязанностей.
— Тогда, может быть, лучше подключить к делу другого прокурора? — устало предложила судья Мэддокс. — Сложилась парадоксальная ситуация — мне никогда не приходилось видеть на скамье подсудимых прокурора, который бы обвинялся в уголовном преступлении. К тому же не так давно вы работали в одной команде. Данную ситуацию можно толковать как своего рода конфликт интересов.
— Вы не можете передать это дело другому прокурору, — заявила Холли, вставая и наклоняясь к судье через стол. — Какой, к черту, конфликт интересов?! Мне было бы безразлично даже, если бы на ее месте оказалась сама Мать Терезия! Что же нам в самом деле делать? Позволить всякому преступнику самому выбирать себе прокурора? Она не хочет, чтобы я участвовала в процессе, потому что отлично знает, как я настроена. Я собираюсь добиться обвинительного приговора! — Она указала пальцем на Стеллу. — О, это такая хитрая и лживая особа, Ваша Честь! Она знает систему судопроизводства, как свои пять пальцев, и пытается использовать все, чтобы увильнуть от ответственности!
— Достаточно, — произнесла судья Мэддокс и протестующе подняла руку. — Вы ясно высказали свою точку зрения, миссис Оппенгеймер. — В этот момент на столе судьи зазвонил телефон, и она подняла трубку, давая тем самым понять, что аудиенция окончена.
Глава 12
Сэм ждал в багажном отделении аэропорта Лавфилд. Стелла и Бренда Андерсон прилетели вместе четырехчасовым рейсом. Бренда решила сразу же забрать свой автомобиль со стоянки, поскольку договорилась о встрече с Беном Гроуманом, которому собиралась объяснить причины своей столь бурной деятельности. Поскольку в одиночку дальше двигаться она не могла — расследование требовало привлечения дополнительных средств, — ей прежде всего следовало заручиться поддержкой Гроумана.
Как только Сэм высадил Бренду в Ричардсоне, он повернулся и поцеловал Стеллу в губы.
— Я ужасно волновался, — сказал он. — Ну, теперь-то ты сможешь хоть недолго побыть в Далласе? После происшествия в ресторане мне бы спалось значительно лучше, если бы ты осталась здесь.
— Слушание дела отложено, сообщила она Сэму, — но нам придется вернуться на исходную позицию, если потерянное вещественное доказательство все-таки будет представлено. Бренда считает, что чрезвычайно важно получить возможность провести собственную проверку, когда этот кусочек металла найдется.