Испытание веры
Шрифт:
И зрение изменилось — из мглы проступили строения, затем дорожки, а затем и всякая мелочь. Например, патрульные Шалси и этот а, О'Коннор.
За все придется платить — три дня потом все будет серым, цвета поблекнут, да и далекие предметы станут туманными, размытыми. Но выбирать не приходится. Радуйся, что наделен даром смены зрения. Не каждому дано.
Они двинулись по дорожке. Район патрулирования невелик, как невелик и сам Но-Ом. Маршрут представлял собою петлю — дойти до домика Иеро, затем до церкви, обойти ее кругом, вернуться к домику Иеро, выйти
Шли они тихо. Добрый люди спят, ни к чему мешать их сну. А злодеи должны быть застигнуты врасплох и уничтожены.
Только вот кто — злодеи? Злодеи-то кто? Ему, Иеро, головой нужно работать, а не только ногами. Это, вероятно, и хочет от него Брасье.
Или нет?
В темноте и тишине думалось хорошо. Шалси и О'Коннор чуть отстали, не желая мешать раздумьям священника. Получается, он и в самом деле своим присутствием мешает нормальному патрулированию? Вдруг да и упустят… Что? Что упустят?
Тут другое. Совсем другое. Никто не любит героев, кроме детей и увечных. Потому что герой делает то, что обязан был сделать ты сам, и потому служит тебе укором. Вот и он, Иеро, явно метит на роль героя. Жили без него, жили, а тут пришел мальчишка и всех посрамихом.
То есть он-то знает, что не он и не всех, но со стороны именно он и именно всех. Ему даже Люди Льда меч дали в награду. И место указали заветное, самородное. Кстати, не забыть проверить, правда ли самородное. А зависть есть грех смертный, и как всякий грех, ищет свой путь к сердцу ближнего.
Вдруг капитан Брасье боится, что патруль натолкнется и на таинственного похитителя? Тогда Иеро станет настоящим героем!
Ах, нехорошо! Это не к сердцу Брасье. а к его собственному пробивается грех! Просто сам он чувствует, что слава его дутая, да и нет никакой славы, лишь в его воображении разве. Гордыня, вот название греху. Банальная гордыня. Славы взалкал. Первым парнем на селении мечтаешь стать. В семинарии-то был сорок первым. Или сто сорок первым. А сюда попал — и давай хвост распускать! Сайрена-то Брасье придумал стрелами Лайджа жечь. А рэт-лемутов перебили Люди Льда. Сам же он единственное, что сумел — подстрелил нетопыря, да и то… Был ли нетопырь, или один лишь морок?
Мучает тебя бес честолюбия, потому и навязался к патрульным. Год никто не мог решить загадку исчезновений, ждали — вот придет Иеро!
А он, Иеро, самый обыкновенный.
Они вышли к околице. Строить периметр? От кого?
Иеро вспомнил, как совсем недавно восхищался действиями людей Льда. Да, эти ребята не промах, мастера подкрадываться. И все-таки похищать поселенцев?
Ну, а, собственно, почему нет? Что он знает о духах, которым поклоняются круглолицые? Хотел же юный Акаро взять раненого
Есть способ проверить. Не очень надежный, не очень умный, но времени-то терять зачем?
Иеро подозвал патрульный.
— Я думаю, нужно выманить похитителя.
— Что? — Шалси, похоже, ждал иного.
— Выманить. Похитителя — медленно и разборчиво повторил Иеро.
— Как? — Оба они смотрели на Иеро с полной готовностью выполнить любой его приказ. Вот чего не хочет Брасье. Раскола. У стражей границ один командир — капитан.
Нет, Иеро. как советник, имеет право отдавать любое приказание любому стражу границы. Но правом этим обыкновенно не пользуются, разве уж в случаях чрезвычайных.
Был ли сегодняшний случай чрезвычайным? Нет. И случая-то никакого нет. Обычное патрулирование. Следовало свою идею приберечь до завтра да и обсудить с Брасье. Но киллмен никогда не согласится на то, чтобы роль приманки выполнил он, Иеро. Найдет кого-нибудь. А Иеро чувствовал, что именно он наживка самая приманчивая.
— Я пойду один. Впереди. Будто по неотложным делам. А вы следуйте в отдалении. Если кто нападет, тогда и появитесь, — и, не дав времени на раздумья и протесты, он пошел вперед. Вот так.
Налетай на одинокого священника!
Но желающих не было. Не было, и все тут. Никто не выпрыгивал из темноты, не падал с темного неба, не хватал за ноги из открывшегося вдруг подземелья.
А тут и солнце показалось.
В его свете затея Иеро предстала перед ним тем, чем и была. Продолжением поисков славы. Герой, герой, портки долой. Розгу для героя, порку перед строем!
Пристыженный, он оглянулся. Еще и стражей подвел. Брасье вправе выговорить им за нарушение порядка патрулирования.
Хорошо маскируются патрульные. Даже днем он не видит их. Правда, давало знать кошачье зрение — глаза слезились от избытка света, и дальние предметы расплывались.
Он махнул рукою, подзывая стражей.
Ладно. Впредь умнее будет. Помогать страждущим, утешать скорбящих. Молиться. Не брезговать повседневной работой.
Что-то уж очень хорошо притаились патрульные. День же.
Послышались шаги. Наконец-то.
— Пер Иеро? А где остальные?
Иеро вытер слезы.
— Капитан? Это вы?
— Это я, пер Иеро. Провожу обход патрулей. Хотите присоединиться?
— Нет, капитан, пожалуй, с меня хватит.
Капитан хмыкнул. Тихо, но явственно.
— Но куда делись Шалси и О'Коннор, пер Иеро?
— Должны… Должны быть здесь, — но Иеро понял, что не случайно патрульные отстали.
Отстали или пропали?
К полудню поднятые по тревоге стражники а с ними и свободные от смены рудокопы обшарили каждый дюйм окрестности Но-Ома.
Никаких следов патрульных Шалси и О'Коннора найти не удалось.