Испытание
Шрифт:
В общем, каждый из людей привык по несколько раз на дню прощаться с жизнью. А вот разумные других рас явно к такому не привыкли. Также часть из них омрачены гибелью сородичей. Но не сильно. И уже отходят от такого состояния. Причина последнего — Смурфик.
Этот гад, посмотрев на некоторых посмурневших разумных, походил вокруг, распыляя споры грибов из своих запасов. Те самые, что должны немного умиротворять и, что вывели из строя Психа.
Меня же Смурфик обошел по широкому радиусу, боясь, что и я вдохну его гостинцев. Ну и я подстраховался, на некоторое время оформив вокруг своей головы небольшой воздушный
Я, в отличие от большинства, пустой треп не веду. Вообще ничего не говорю. Больше слушаю других. Ну, и работаю челюстями, уничтожая одну порцию вкусной пищи за другой. И я не один такой.
Вообще, все сходили к своим постройкам для отдыха и заказали себе еды. Затем, принесли сюда. Устроили своеобразный пикник на побережье.
Я же, просто принес сюда кресло из постройки, с которого можно заказывать еду. Ну и пользуюсь такой полезной функцией. Безостановочно.
Моей выходке и аппетиту никто уже не удивляется. Ну, творит этот человек очередную дичь — подумаешь.
Прикольно было наблюдать за выражением физиономий во время моих водных процедур. Особенно порадовали происходившие изменения с рожами эльфов. Поначалу радостные и ехидные морды превращались в недоумевающие, затем в удивленные, а после в расстроенные.
Ну, да. Водица оказалась с сюрпризом. Ядреный раствор щелочи. Повелся я на внешний вид и на довольных оомо. Стал получать легкие ожоги, что моментально заживали. Даже кожа не покраснела. Так, почти незаметный розовый оттенок.
Вида, что вода причиняет дискомфорт не подал. Хотя, какой дискомфорт? Щекотка и покалывания на коже.
В общем, лицо кирпичом и, ай да, дальше плавать. Проплывая на спинке, набрал в рот жидкости и выпустил тонкой струйкой вверх. Синий кит, блин. Наградой за трюк послужили охреневшие лица людей и эльфов обоих оттенков, а так же аплодисменты от оомо.
После купания вышел с невозмутимым видом и поинтересовался, не пора ли нам пожрать.
Был и бонус. Сопротивление щелочам прокачалось до девятнадцати процентов. Двадцатки не дождался. Процесс сильно замедлился. Нужно будет найти более концентрированный раствор и там поплавать.
Прожевываю очередной кусок и выхожу из задумчивости, обращая внимание на внезапную тишину. А образовалась она после вопроса Донто, адресованного к людям. Концентрируюсь, пытаясь воспроизвести в уме последнюю услышанную фразу. Звучала она как-то так: «А как дела на вашей планете с войнами и развитием воинских дисциплин?»
— Ээ, — чешет затылок Сэм.
Он очень старается, пытаясь отыгрывать роль лидера всего человечества. Не пойму, нафига это нужно? Но, да, ладно. У каждого свои тараканы. Сэм, тем временем, продолжает.
— Черт его знает. Никто из нас ничего не помнит и не ведает, что было до пробуждения Системы.
— В смысле? — надбровные дуги тирталла выгибаются.
— Каждый из людей на нашей планете, в один прекрасный момент, очнулся с сильной головной болью, ничего не помня, даже себя, — берется за разъяснение Дуум. — Тут же на нас стали нападать странные существа. Отбились немногие. Затем, пробудилась Система. Отчего стало еще непонятней, что происходит вокруг. А еще, Система сообщила, что популяция людей сократилась в двенадцать раз. Так и стали выживать. Ничего не понимаем и не знаем что нам делать и как быть.
—
— А что там помнить? — сплевывает Скорпион. — Я и без памяти со сто процентной уверенностью могу заявить — резали мы друг друга и постоянно воевали.
— Такое описание характеризует людей как дикую и совершенно неразвитую расу, — сообщает Донто. — Человек даже не взял первую ступень разумности. Его можно определить как полуразумный. А это странно. Особенно учитывая ваши успехи в Испытании и возможность работать с высокоразвитыми технологиями. Обычно, расы, не переступившие первую ступень разумности, изолируются от контактов с другими цивилизациями. С ними запрещено обмениваются технологиями или помогать. Раса должна сама эволюционировать и достичь необходимого уровня просветления, пока ее представители не осознают, что разумный должен созидать, а не вести деструктивный образ жизни. Жаль. Я уж хотел ходатайствовать на установление дипломатических связей к вашей цивилизацией. Уж очень вы, люди, странны и интересны.
— Я тоже это планировал по прибытию домой после Испытания, — подает голос Боло. — Похоже ничего не выйдет.
— Да. Не выйдет, — соглашается Счрез. — Как только вашу звездную систему обнаружат, то ее пометят специальным маркером. Ее будут облетать по широкому радиусу. Жаль. С другой стороны, этого стоило ожидать, судя по вашим боевым качествам. Война у вас в генетической памяти. Ни одно тысячелетие понадобиться для перестройки вашего сознания на полностью созидательный лад.
— Скорп, братишка, ты чего? — возмущается Смурфик. — Какой война? Люди помогают друг другу. И созидают всякое.
— Я своими руками, из бревен домик себе сложил, — хвалится Михалыч. — Это созидание! Я точно не полуразумный.
— У нас тоже многие ремеслами занимаются, — присоединяется Джан По. — А к востоку от нас есть поселения, где все помешаны на скульптурах. Один человек, живущий там, пообещал достичь небывалых высот в этом ремесле и высечь своим клинком скульптуру из лунного света.
— Хм… Если будет подходящая плотность воздушных масс, влажность, насыщение светом… — задумчиво бормочет тирталл Леонто. — Да, при высокой скорости, мастерстве и концентрации скульптора… Может и получиться.
Задумчивость существа, напоминающего прямоходящую черепаху, нарушает Скорпион. Он резко обращается к Смурфику:
— Что?! Люди помогают друг другу?! Я как только пришел в себя, не понимающий и не знающий ничего, меня чуть прибили и обокрали первые же встреченные люди. Уж очень им понравились мои вещички. Да, и дальнейшие мои встречи приводили либо к убийствам, либо к тому, что убийцы и мрази присоединялись к моей группе, признавая меня лидером. А те, кто пытался выглядеть поначалу «хорошим» быстро оскотинивались, получив в руки силу и возможность управлять другими. Или становились рабами, что готовы выполнить любой приказ. Например, предать вчерашнего друга, за лишнюю порцию хавки, или за то, чтобы его ближайшее время не трогали. Я сам стал моральным уродом, возглавил беспредел. Глушил в себе любые проявления человеколюбия. По другому не выжить. Свои сгрызут, если показать слабину.