Шрифт:
Одинокий сон.
Аннотация:
Эльфийский ребенок случайно, одним своим появлением, объединяет двух кровных врагов -- эльфа и вампир полукровку. Эльф - наследник семьи, глава светлого ордена, и считается сильнейшим представителем своего вида, а вот у вампира нет ни клана, ни семьи, ни высокого чина и статуса, ничего, кроме ее работы. Невзирая
Пролог
– Убирайся!
– кричал детский голос, - нелюдь!
– крикнули еще раз, принося боль и капающую кровь. Следом налетели еще несколько недовольных детей, и удары застилали глаза. Боясь пошевелиться, избитый ребенок лежал, подогнув под себя колени. Всхлипы никто не слышал, ведь если услышат, будет больнее.
Избиваемый ребенок ждал, когда мальчишки и девчонки напинаются вдоволь и уйдут, а он, поднимаясь, пошатываясь, держась за бок и щеку, пошел прочь. Зайдя в подворотню, где никто его не увидит, а солнечные лучи не достанут, сел в угол, уткнувшись носом в колени, прижимая их к себе, тихо всхлипывал и просил закончить все это. Но на его мольбы никто не реагировал. Его никто не жалел, всем плевать. Ведь ребенка считали монстром, рожденный от запретного и нежеланного союза, подброшенный в дом малютки, предоставленный сам себе.
– Где эта тварь?
– кто-то кричал, слышался топот ног. Взрослые и дети искали избитого, загнанного в угол ребенка. Для себя он давно решил, сбежать из этого города. Куда? Не важно, главное дальше отсюда, чтобы никто и ничего не напоминало о жизни в этом городе и приюте. В кармане всего лишь несколько медных монет, пять штук печенья и клочок бумаги с именем, оставленным вместе с корзинкой под дверью. Короткое имя "Ифа" и просьба позаботиться. Кривая улыбка, воспоминания о постоянных издевательствах, побоях и никакой заботы.
Стемнело, искать потерянного ребенка перестали со словами: "- Сдохнет, нам легче!", а ребенку этого и надо. Пусть считают мертвым, так будет правильным. Того беззащитного ребенка больше нет. С этого дня никто не посмеет ударить или кинуть камень, назвать монстром. Ребенок найдет способ, и пусть крови монстра всего половина, это не помешает стать сильным. Все эти годы он добывал пропитание, сделать в другом городе не составит больших проблем, чем здесь.
– Куда?
– спросил, было, страж на проходных воротах, но когда увидел, кто идет, лишь плюнул в сторону и сказал: - вот и славно, - к нему вышел второй, пожилой, умудренный опытом. Он не испытывал такой же неприязни, укорил младшего:
– Чего вы все взъелись? Ребенок не виноват, - протянул руку, хотел коснуться волос и погладить, но ребенка рядом уже не было. Он не привык к ласке и доброте. Но подарок на прощание принял, - возьми, - маленький мешочек с монетами, - на еду хватит, а другой пищей обеспечишь себя самостоятельно. Да и не пристало в обносках ходить. Купишь себе чего-нибудь нового, - на вопрос ребенка, почему он ему помогает, страж сказал: - это тебе прощальный подарок нашего города. Я не могу изменить прошлого, но могу внести лепту в твое будущее.
– Спасибо, - поклонился ребенок, принимая мешочек.
–
Ребенок и не собирался, путь лежал далеко отсюда, туда, где к таким, как он относятся терпимее. Не принимают, но и не призирают. В больших городах живется спокойнее. Можно смешаться с толпой. Путь предстоял долгий, но то, что за спиной ненавистный город и приют, уже радует.
1 часть "Судьбоносная встреча"
1 глава "Эльф в доме!"
Ифа
Если снится прошлое, значит, жди неприятностей. Откуда им взяться с моим образом жизни, ума не приложу. Так я думала, выходя на работу. Картинная галерея, старинные пейзажи, портреты королей, правителей и владык мира, лики божеств и демонов, великих архимагов и колдунов, карты мира до войн и истреблений неугодных иным расам народов. Всем занимается группа художников. Нас трое, и у каждого своя стезя, свое направление. Мой профиль в реставрации - это портреты. В галерее выставляются как частные коллекции, заимствованные у правителей, королей и местные, принадлежащие галерее.
Дорога на работу встречала меня пустынными улицами и закрывающимися на ночь лавками. В отличие от остальных я не работаю по утрам. Предпочитаю ночной образ жизни из-за своей нечеловеческой сущности. Солнце на меня плохо влияет, оставляет ожоги и приносить боль. Так было всегда, помогает одежда с капюшоном, перчатки и очки, в дни сильной жары спасает зонтик. Сегодня и на ближайшие пару месяцев именно такая погода. С утра и до вечера невыносимая жара, а ближе к ночи марево от дневного солнца, нагретых за эти часы камней и воздуха, находиться на улице трудно и душно.
– Ифа!
– кричала мне знакомая дриада. Как и все представители ее народа отличалась разнообразием зеленых оттенков, длинная коса зеленых волос, раскосые зеленые глаза и с оливковым отливом кожа, махая рукой, - ты пришла? Думала, ты дома останешься, - удивилась девушка.
– С чего бы это?
– Так в нашу галерею эльфы пожаловали, - да, не приятная ситуация, мой народ с эльфами в натянутых отношениях, я бы даже сказала негативных. Но не нападаем друг на друга по простой причине, и нас и их осталось мало, к этому прибавляется пакт о ненападении. Пять, шесть столетий назад, я бы развернулась и пошла домой лишь бы не сталкиваться, но сейчас мне плевать. Пакт гласит, если хоть кто-то один нарушит договор о ненападении, начнется война.
– Мне все равно, - отмахнулась и пошла к своему рабочему месту.
Переоделась в свободную рубашку, лосины и на босу ногу. Завязала длинные волосы в тугой пучок, повязав платок. Пару пассов руки и я зависла над полом в трех метрах. Магия ветра, стандартное заклинание левитации и я на три-четыре часа парю. Мне этого вполне хватит, чтобы закончить сегодня работу трехнедельной давности. Краска успеет высохнуть и дойти до заказчика. Когда оставалось пару мазков, послышались детский смех и топот ног. Остановился как раз подо мной.