Истоки
Шрифт:
– Ага, – кивнул я головой, стараясь не встречаться с ним взглядом. Мне такая мысль была не по душе.
– Ты смышленый малый. Если нам удастся договориться с Жизеэль о сотрудничестве, то можешь присматривать себе домик в Золотом квартале, – добродушно произнес полковник, как мне показалось не вполне искренне.
– Хорошо бы туда переехать, – предсказуемо пробормотал я то, что он хотел от меня услышать.
– Я думаю, что будет несложно убедить Жизеэль помочь нам. Судя по всему, она буквально ослеплена жаждой мести. Сначала помогла тебе и Косу, теперь вот нам всем. Ее даже
– Если ей что-то не понравится, то она всегда может скрыться в лесу и ни один человек недостанет ее там, – остудил я пыл Спартака, вздрогнув от порыва ветра, который заставил заскрипеть какую-то железяку, торчащую из земли.
– Да, тут ты прав, – мигом помрачнел он, опустив «калаш», который успел направить на железяку. – Что-то я начал витать в облаках. Это ведь такой шанс для нашего города…
– Если на эльфийку сильно надавить, то она может испариться, – снова предупредил я его, облизав потрескавшиеся губы. Мне было боязно за ее судьбу.
– Тогда нам останется только искать деревню эльфов, чтобы уже с ними попытаться установить контакт и купить их помощь, – в унисон мне бросил Спартак.
– Вряд ли мы отыщем их поселение, – отрицательно помотал я головой, ступив на первую ступеньку, ведущую в метро. – А уж сотрудничать они с нами точно не захотят.
– Ну, как запасной вариант, все же стоит держать в голове, – рассудительно сказал полковник, включив освещение. – Мало ли что бывает в жизни. Кстати, у эльфийки, может быть, зелье для Астрала?
– Возможно, – ответил я, с омерзением вытерев упавшую на щеку мутную каплю.
– Обязательной поинтересуйся у нее. И это… аккуратно закинь удочку на предмет сотрудничества, – приказал Спартак.
– Хорошо, – кивнул я головой, подумав о том, что полковнику надо было раньше докладывать в город о творящихся в деревне вещах. Почему он так долго тянул? Хотел лично кому-то все рассказать? Члену совета – Револьверу? А теперь, когда есть вероятность того, что ценнейшая информация может погибнуть вместе с нами, то он все-таки решился хотя бы так передать ее? Вполне вероятно. Чуется мне, что он весьма честолюбивый человек, который ведет свою игру. Надо быть с ним поосторожней.
Пока я размышлял, мы уже преодолели лестницу и оказались ровно в том месте, в котором Спартак устраивал нам разнос. Он двинулся чуть впереди меня, освещая наш путь. Мы зашлепали ногами по щиколотку в воде. Звук наших шагов далеко разносился вокруг. Тени от освещения плясали на стенах и арочном потолке: они вытягивались и превращались в фантастических спутников. Я искоса поглядывал на них, и мое воображение рисовало, как вот сейчас какая-нибудь из этих теней окажется местным мутантом и наброситься на нас. От подобных мыслей по спине пробежал холодок. Отставить, Макс, не накручивай себя.
В какой-то момент впереди показалось знакомое сияние камня эльфийки. Он лежал на полу возле стены и разгонял мрак. Спартак, вышагивающий впереди, сделали еще несколько шагов по направлению к нему, и тут раздался холодный голос
– Стой! Кто идет?
– Полковник, – громко бросил Спартак, в голосе которого прозвучало раздражение. Вряд ли он когда-нибудь забудет поступок ведьмы. Я так думаю, что в городе ее ждет наказание. Может быть, не такое строгое, как предусматривает закон, но как-нибудь ее все же накажут.
Мы подошли к девушке. Она стояла в одиночестве с автоматом наперевес, возле побитой ржавчиной двери. Полковник протянул руку, отворил жутко заскрипевшую дверь и наградил ведьму мрачным взглядом, подтверждая все мои мысли. Он точно ничего не забудет.
Наш дуэт проник внутрь и очутился в достаточно большой прямоугольной комнате, где посередине горел костер из остатков деревянных поддонов, которые чудом не сгнили за столько времени. В дальнем конце комнаты во множестве оказались набросаны дырявые матрасы. Я знал, что раньше их использовали в пассажирских поездах. Возле стены слева выстроились в ряд три железных шкафа с дверцами. У ближнего шкафа одна дверца висела только на нижней петле, и я заметил, что внутри на полках стоят ящики с консервами.
По комнате разносился приглушенный храп, идущий из слюнявого рта Бориса. Он и во сне умудрялся всех бесить. Ботаник то же спал. Оба бойца лежали каждый на своем матрасе. Лицо Паши было отмечено тенью тревоги, исходящей из самой глубины человеческого естества.
Немного узнав Ботаника за это время, я мог предположить, что лекарь переживает за свою семью, даже пребывая в состоянии сна. Не вернись он в город и что с ними станет? Пенсии от охранки не хватит, даже для того, чтобы прокормить не очень прожорливого котенка. Да уж, будь я на месте Паши, то меня бы одолевала такая же тревога.
А вот Кос и эльфийка вполне беззаботно сидели возле костра на ее плаще и ели консервы. Мой друг при этом шепотом поучал девушку, стараясь не рассмеяться и одним глазком заглядывая в ее декольте:
– Если ты не понимаешь, что говорит твой собеседник-человек, то отвечай ему: всмыссе еп? Запомнила?
– Да, – послушно кивнула головой Жизеэль и тут же закрепила материал: – Всмыссе еп? У меня хорошо получается?
– Замечательно, – улыбнулся парень, а затем посмотрел на Спартака, будто ждал, что тот сейчас похвалит его за такую шутку.
Но полковник не оценил ее. Он яростно прошипел:
– Если ты еще раз чему-нибудь подобному научишь нашу союзницу, то от трибунала не отвертишься, болван.
– Так точно, товарищ полковник, – промямлил Кос, пристыженно опустив голову.
Жизеэль тревожно посмотрела на него. Спартак мягко улыбнулся ей и пошел к костру с явным намерением завести с ней разговор. Я догадывался, что он сейчас начнет обрабатывать ее на предмет союза. Полковник ждет моей поддержки, но я не хотел давить на эльфийку и портить с ней отношения. Тем более, я уверен, что у него ничего не получится. Девушка, ни за какие коврижки, не согласится водить рейды людей в Киберград. Конечно, перспектива жить в Золотом квартале заманчива, но Жизеэль не пойдет на сотрудничество даже при моем участии, так что я смело отчаливаю.