Итоги № 4 (2013)

Итоги Итоги Журнал

Первым выступил американец, который предположил, что роль институциональных реформаторов рано или поздно перейдет к регионам, поскольку центральная власть будет пребывать в прострации и окажется неспособна к решительным действиям. Сценарий, описанный Гуриевым, может реализоваться, если цена на нефть долгое время будет стабильно высокой. Это увеличит доходы россиян. Тут бы и возрадоваться, но нет: вместе с доходами вырастет и недовольство качеством государственных услуг. Драйвером институциональных реформ в этом случае может послужить раскол в элите. Наконец, Алексей Кудрин предсказал России «шаткую стабильность» после того, как цена на нефть устремится к 60 долларам за баррель. Цены будут снижаться постепенно, но если через год-полтора обострится

долговой кризис в Европе, то падение ускорится. Опасаясь социального взрыва, государство пустит все силы на поддержание статус-кво с помощью ресурсов госкомпаний. Ухудшения же стоит ждать уже в этом году.

Короче, инвесторам не оставили выбора: упадут нефтяные цены — крах, вырастут — революция. Все ждали прогноза от Дмитрия Медведева, и он взял слово.

«Ни один из сценариев не кажется мне абсолютно реалистичным, и даже не потому, что это сценарии, при которых власть ничего не делает. Они не кажутся мне полностью реалистичными и по другим причинам. Но использованные подходы и их результаты, безусловно, полезны, хотя всякие подходы условны», — парировал премьер.

Оптимистический сценарий развития российской экономики премьер-министр развил на завтраке с инвесторами, организованном ВТБ Капитал. По его мнению, трехпроцентный рост ВВП в ближайшие годы — вещь реальная.

Что должен подумать зарубежный инвестор, когда один участник роуд-шоу обещает молочные реки и кисельные берега, а другой твердит, что все пропало? Понимай после этого загадочную русскую душу...

В Россию надо просто верить

Впрочем, и у нашей делегации есть свои претензии к Давосу. Нет, с трассами, шале и лыжами все по-прежнему sehr gut и tres bien, но вот пиетета перед всем этим благолепием явно поубавилось. Форум постепенно перестает быть главным экономическим событием в мире, утрачивая свою уникальность и эксклюзивность. Каждый год мировой политический и экономический истеблишмент, приезжая в Давос, словно проживает День сурка, обсуждая одни и те же проблемы и предлагая одни и те же решения. Но как только последний самолет с делегатами покидает аэропорт Цюриха, о результатах встреч все торжественно забывают. До следующего года.

«Я посещаю форум с конца 1990-х и видел разные Давосы. Круг тем на самом деле повторяется из года в год, и это одна из проблем ВЭФа. Выхлопа нет: делегаты съехались, поговорили, но все остается на уровне разговоров», — поделился своими впечатлениями Рубен Варданян.

Кризис идентичности — вот что напрашивается в качестве ответа на вопрос: «Что не так с Давосом?» Еще двадцать лет назад у детища Клауса Шваба просто не было конкурентов, а теперь представители власти и бизнеса пересекаются на множестве конференций мирового уровня. Саммиты «восьмерок» и «двадцаток», встречи лидеров государств АТЭС, наконец, Петербургский международный экономический форум.

Забавно, но факт: разговаривать и убеждать инвесторов у наших властей лучше получается дома — в Питере и Сочи. Да и встречи выходят результативнее: подписываются контракты на миллиарды долларов. От Давоса таких результатов никто не ждал — игра-то идет на чужом поле.

Есть и еще одна проблема. В России и на Западе даже глобальные риски выглядят по-разному. Например, по мнению экономистов форума, основные глобальные вызовы, с которыми может столкнуться мировая экономика, — это серьезное расслоение доходов, хронические фискальные дисбалансы, растущие выбросы парниковых газов, кризисы с водоснабжением, неуправляемое старение населения. В то же время Дмитрий Медведев считает, что основные проблемы развития российской экономики имеют внутренний характер: «Основные риски — не внешние. Наши внутренние ограничители сегодня выходят на передний план. А главная угроза — это слишком малый, незначительный прогресс в решении этих задач».

Примерно в том же ключе «Итогам» высказался и председатель ВЭБа Владимир Дмитриев: «У нас присутствуют внутристрановые риски, которые

носят глобальный характер. Например, риск недостаточного воздействия на зарубежное общественное мнение с точки зрения повышения имиджа и инвестиционной привлекательности России. Поэтому и иностранные инвесторы не смогут вкладывать свои деньги в российские проекты, а мы будем испытывать недостаток инвестиций, что отразится на скорости и глубине проведения реформ».

То есть, конечно, принцип работает железно: рванет в мире — отзовется и у нас. Но эта мысль — из ряда очевидных. А вот пойти по стопам американцев и сократить российскую делегацию в Давосе до пары-тройки «официалов» — вот это было бы действительно полезно.

В конце концов, дорогие зарубежные инвесторы, если хотите с нами общаться предметно и содержательно, милости просим в Питер или Сочи. Там будут те же лица, только более приветливые и понятные. Потому что дома у них масса иных мест для выяснения отношений.

Давос — Москва

Рука Госдепа / Политика и экономика / Профиль

Рука Госдепа

/ Политика и экономика / Профиль

Джон Керри: от героя войны до борца за мир

Барак Обама во второй раз вступил в должность президента США. Но для многих ключевых персон в его администрации поход во власть закончился. Главной кадровой рокировкой стала смена госсекретаря: на место Хиллари Клинтон придет демократ, сенатор от Массачусетса Джон Керри. В свое время ему не удалось обыграть Джорджа Буша-младшего на президентских выборах, но восхождение на властный олимп этой вызывающе амбициозной и при этом компромиссной фигуры оказалось лишь делом времени. Куда заведет американскую внешнюю политику отдаленный потомок Ивана Грозного?

Свой

Для демократов он заслуженный ветеран партии, опытный сенатский боец, эксперт-международник с 30-летним стажем, лояльнейший сторонник Барака Обамы. Та же Хиллари была конкуренткой Обамы на праймериз 2008 года, а вот Керри высказался в поддержку нынешнего президента на самом старте предвыборной кампании.

Что же касается республиканцев, то Керри для них наименьшее зло. За три десятилетия они научились с ним ладить в Сенате, где он давно возглавляет комитет по международным отношениям. Да и сам Керри с годами несколько поумерил радикальную резвость, научился лавировать и находить компромиссы. Словом, он более приемлем для республиканцев, чем первая предложенная Обамой кандидатура на пост главы Госдепа Сьюзан Райс, постпреда США при ООН. Республиканцы заблокировали номинацию Райс из-за ее неосторожных высказываний по поводу трагедии в Бенгази, где погиб американский посол. Но это скорее лишь повод: Райс недолюбливают за ее резкость и запальчивость, что роднит ее с однофамилицей Кондолизой Райс, госсекретарем последнего бушевского кабинета.