Иван-чай

Кипрей Полина

Решено было назначить дату спуска на 2 октября на раннее утро, пока спит Антонина.

* * *

Как-то утром, я проснулась как обычно очень рано. В это время было еще очень темно, но я встаю и иду во двор прогуляться. Режим есть режим не хочу его нарушать.

Через какое-то время вижу, как открывается входная дверь и выходит во двор Антонина Петровна.

– Доброе утро – говорю я ей.

– Доброе, доброе – слышу в ответ. – хотела с тобой поговорить, чтоб не при всех. Не такая я глупая как вам кажется, вижу, как вы перешептываетесь

за моей спиной и собираетесь, когда думаете, что я сплю. Собрались лезть туда, не смогу я вас отговорить, но для меня главное мои дети. Пообещай мне, что вернешь мне их целыми и здоровыми. Не знаю кто ты, и что тебе нужно. Но я думаю если ты пообещаешь, то слово сдержишь, даже ценой своей жизни.

– Почему вы думаете, что я буду вам что-либо обещать. Что мне от этого? Я иду туда потому что надеюсь получить ответы на вопросы. Что там и как всё сложиться я не знаю. Я дорожу Николаем и вашей семьей. Они мне стали родными. Я не буду давать лично вам никаких обещаний. Но я надеюсь мы все будем живы и узнаем, что там.

– Чёрт с тобой – старуха сплюнула и пошла обратно в дом.

Не знаю на сколько она осталась удовлетворена моим ответом или нет. Мне это не важно. Понятно, что она мать. Каким бы взрослым не был её ребенок он всегда будет для неё ребенком. А тут целых два.

Я не стала никому рассказывать о нашем разговоре. Больше Антонина разговоров со мной не заводила и я старалась держаться от неё подальше.

Так незаметно прошли дни до октября.

Октябрь 1952

2 октября

Утро, довольно теплое и безветренное. Я просыпаюсь самая первая. Что нас сегодня ждет, доживем ли мы до вечера, в голове крутятся эти мысли.

Хорошо, что есть время побыть одной. Начинает накрапывать дождь, но он мне совершенно не мешает. Мои мысли где-то далеко. Там, где дом.

Надо собираться в путь, все проснулись и собрались во дворе. Андрей оставался в доме, что бы отвлекать Антонину Петровну.

Я знаю, что Антонина не спит, занавеска в её комнате чуть подрагивает. Но все остальные думают, что она спит.

Садимся в машину, и отъезжаем очень тихо. Как Николаю удается ехать не заметно для всех меня до сих пор удивляет.

Подъехали к горам, где расположена пещера. Заходим внутрь, всё так же как и в прошлый раз в Петербурге.

Белый круглый зал, а посередине дыра с желеобразной лава.

Тут же моя татуировка начинает чесаться, наверное еще и цвет меняет, но я не стала смотреть и рассказывать об этом.

Мы начали спускаться. Первой полезла я. Лава, что покрывала дыру на самом деле оказалась не горячей, как казалась, и она как бы парила в воздухе. Под ней ничего не было. То есть, конечно, было, но там можно было свободно дышать. И лава не оставляла никакого следа на одежде. Как такое могло быть. Если бы сюда современные лаборатории.

В дыре под лавой, было просторное помещение, от которой шли несколько разветвлений. На вид помещение было обычной пещерой, но земли там не было, стены были сделаны из чего-то каменного, я думаю из мрамора.

Но так как я ничего не понимаю в горных породах, хотя в школе с географией всё было в порядке, то точно сказать, из чего сделаны стены не могу. От чего-то в помещении было очень светло, но никаких источников света я не видела.

За мной спустился Николай и его сестра. Минут пять мы просто стояли и озирались вокруг, решая, куда же двигаться. Разделяться не хотелось, притом, что как раз было три направления куда можно было двигаться.

Решили двигаться прямо, туннели были достаточно широкими, и источником света были как раз стены, они излучали свет очень комфортный для глаз. Как такое было возможным не понятно. После такого задумываешься о реальных пришельцах или другом разуме.

Прошли мы очень долго, пока не наткнулись на развилку. Сделать выбор в такой ситуации очень тяжело. Мы пошли налево. Туннель казался бесконечным, и страх внутри нарастал, как в случае опасности действовать. Прошли уже больше двух часов и вышли к огромному кратеру, в центре которого была машина в виде пирамиды. Она издавала разные звуки, то пищала, то чвакала, то гудела с определенным интервалом. Невозможно было разглядеть, что было внутри.

На потолке над нами возвышался огромный вентилятор. Он быстро крутился и втягивал в себя мелкие частички пыли. К вентилятору направлялись несколько лестниц, также и к пирамидальной машине тянулись лестницы из различных направлений. Все это напоминало большой лабиринт – найди правильный путь. Нам ничего не оставалось, как идти наобум.

Как же я не люблю лестницы. На них меня сковывает такой страх, который мне сложно контролировать. Хотя, я, наверное, боюсь больше самого страха. Когда тебя сковывает, и ты психологически не можешь пошевелиться. И назад идти страшно и вперед.

На удивление здесь мой страх ушел, испарился, я не могла никого подвести. У меня было чувство, что за мной вся наша планета, все эти миллионы людей, зверей, птиц, за которых я в ответе.

По пути мы несколько раз натыкались на тупики, и приходилось возвращаться обратно. Наконец мы дошли до этой огромной машины. В ней находилась мутная жидкость, сквозь которую трудно было, что-либо разобрать.

Настораживало, что здесь никого не было, кто-то же должен всё это стеречь.

У машины было несколько дверных отсеков.

Казалось, что ты попал в фантастический фильм, а не находишься в 1952 году.

– Надо попробовать открыть и посмотреть, что там. – предложила я.

– Давай ты, те пробуешь, а я эти – сказал Николай.

Пробую все двери они не поддаются, какой-то непростой механизм.

Я пытаюсь понять, как открыть, и мне удается открыть одну из дверей, просмотры фильмов не прошли даром. Не надо было прилагать силу, а все всего лишь правильно нажать и потянуть. Почти как баночку витаминов в безопасной для детей упаковки.

Когда дверь открылась меня обдало волной непонятной жидкости и отнесло к стене. Быстро прихожу в себя, по всему телу неприятное ощущение, от той слизи, что меня облило. Но это ничего, всё можно смыть, вроде бы ничего не болит и не жжёт.

Конец ознакомительного фрагмента.