Из пепла измен
Шрифт:
– Дина, ты что тут делаешь? – скривился он.
– Хотя, знаешь, наверное, так даже будет лучше.
2 глава
Я растерялась от его реакции, ожидая всё, что угодно: испуг, смущение, но никак не холодное равнодушие, которое отражалось на его лице.
Девушка, до этого лежавшая лицом в подушках, наглым образом перевернулась на бок, поставив руку на локоть, и будто лениво положив на неё голову.
– Антон, это кто? – кажется, она ещё и была недовольна тем, что их прервали. Абсолютно не смущаясь своей наготы,
– Жена. А ты помолчи пока. Я скоро приду. –Бросил он ей.
Муж схватил меня за предплечье, и буквально вывел из комнаты, закрыв дверь.
– Ты в своём уме, вообще? – отдернула я руку.
– Что здесь происходит?
Правдивы ли были эти сцены из фильмов, где любовники, которых застали вместе, стыдливо прикрывали свои тела простыней, сотрясаясь криками, что всё не так, как показалось и подумалось? Почему я чувствовала себя, словно нарушила чьё-то личное пространство, хотя там был мой законный муж.
– Значит так. Давай, иди домой, успокоишься, поговорим, когда я вернусь.
Что значит успокоишься?
Я дотронулась рукой до своей щеки, и обнаружила, что она была мокрой от слёз. Кажется, за этот день я уже столько раз плакала, что перестала это ощущать.
От его непоколебимости, от осознания происходящего, которое стало меня накрывать, слова словно застряли во мне.
– Как ты мог?
– Ну, как видишь, мог. Я мужчина, Дина. Это в нашей природе – хотеть женщин. И сразу предупреждая вопрос, хотеть и любить – разные вещи. Так что давай тут без истерик. Ты знаешь, я не выношу женские слезы.
– Ты серьезно думаешь, что я буду это терпеть? Уйду сейчас домой, и буду ждать тебя там, как верная собачка?
– А что, у тебя какие-то другие планы, или есть другой выбор? – ухмыльнулся Антон. А я смотрела на него, и не узнавала своего мужа.
Где тот человек, за которого три года назад я выходила замуж, который клялся мне в вечной любви? Как я могла так ошибиться и не видеть этой его сущности.
Видя мой шок, лицо Антона на секунду смягчилось.
– Малыш, это просто жизнь. Так бывает, иногда нам что-то нравится, иногда нет. Ты справишься, ты же у меня сильная. У нас всё будет хорошо, это ничего не меняет. – Он начал идти в мою сторону, но я сделала шаг назад.
– Ты больной придурок. Про каких «нас» ты говоришь? Да никаких нас больше не будет!
– Не забывайся, Дина. Что сказал врач в больнице? Как видишь, я был немного занят, и не успел написать или позвонить.
Я окаменела от его вопроса, а потом расхохоталась. Вся эта ситуация напоминала театр абсурда.
Быстро подорвавшись с места, я залетела обратно в спальню так резко, что Антон даже не успел среагировать.
Действуя скорее на инстинктах, чем думая головой, я вцепилась девушке, лежащей на кровати, в волосы, и начала стаскивать с кровати.
Она, до этого смотрящая на меня взглядом победительницы, начала тут же визжать и вырываться,
– Выметайся отсюда! – кричала я, не помня себя.
Это происходило не долго, потому что через несколько секунд, моё тело поднялось в воздух, и переместилось в пространстве так, что я не удержалась на ногах, и больно плюхнулась на пол.
От удара с полом, на глаза вновь выступили слёзы.
– Чего ты разнылась! Сказал же, дома поговорим!
– Антон, она меня расцарапала! – продолжала визжать брюнетка.
– А ты заткнись! Тебе вообще голос не давали! – рявкнул на неё Антон, и комнату поглотила тишина, нарушаемая лишь моими редкими всхлипами. – Как же вы меня обе сейчас бесите! Всё, спектакль окончен.
Словно куклу, Антон поднял меня с пола, и выволок за входную дверь, сунув в руки сумку, которую я выронила ещё в прихожей.
– Когда успокоишься, тогда и поговорим. Всё, пока. – И закрыл передо мной входную дверь.
Я осела на пол, сползая по двери, и всё ещё крепко прижимая свою сумку к груди. Из неё доносился звук звонящего телефона.
Дрожащими руками я вытащила его, и посмотрела на экран. Звонила мама, словно чувствуя, что я в беде.
Я не ответила, заглушив мелодию. Нельзя, чтобы мама слышала, что я плачу, ей нельзя расстраиваться.
Мама. Я нужна своей маме.
Весь ужас произошедшего начал медленно доходить до меня. И слова мужа про то, что у меня нет выбора, холодным потом выступили на коже.
Я действительно оказалась в ловушке, и, похоже, единственное, что мне оставалось, это сделать так, как он сказал.
3 глава
Дверь соседней квартиры открылась, и оттуда выглянула голова соседа, лет сорока.
– Девушка, вам плохо? Помощь, может, нужна? – я отрицательно покачала головой, прошептала «спасибо», встала, и заставила себя спуститься вниз.
А уже у подъезда присела на лавочку, втягивая в лёгкие уличный воздух.
Немного придя в себя, я вызвала такси, и уехала на этот раз по адресу штрафстоянки, куда эвакуировали мою машину.
Всё ещё даже не представляя, что дальше делать со своей жизнью, я решила начать с самого простого: идти маленькими понятными шажками. Мне нужна была машина – я ехала за ней.
– Заплатить штраф за парковку в неположенном месте, и оплата штрафстоянки – ответил мне сотрудник, когда я спросила, что должна сделать, чтобы забрать машину.
В мире, в котором я сейчас жила всё было именно так. Ты что-то хотел – платил и получал. Что-то наделал – платил, и все забывали, что именно ты натворил. Деньги решали всё.
Единственное, где до этого момента деньги не работали, была любовь. До сегодняшнего дня.
Один сотрудник принял у меня оплату, а второй повёл к машине. От нескольких часов под палящим солнцем машина нагрелась, как консервная банка, и я открыла окна, пытаясь выгнать удушающую жару, и ускорить процесс охлаждения салона кондиционером.