Изабель
Шрифт:
— Все мы плохо справляемся с переменами, — тихо произнесла Кимберли.
Меган посмотрела на нее.
— По крайней мере, ты доросла до своих белых волос.
Нед перевел дух. Он увидел, как тетя Ким закрыла глаза. Когда она их открыла, они подозрительно ярко блестели. Одна сестра, возможно, способна плакать.
— Мне нравится на тебе этот красный цвет, — сказала Ким.
Мать Неда скорчила гримасу.
— Раз в месяц. Жан-Люк с Грин-авеню. Без него я выглядела бы печальной и серой.
Она окинула взглядом
— Давайте закончим с Грегом, — сказала она, — а потом вы мне расскажете, что происходит. Мне необходимо узнать, что случилось с Мелани.
— Ладно, — согласилась Ким, — но придется много рассказывать. Нам понадобится вино.
— Это я могу организовать, — произнес отец Неда чересчур весело.
Взглянув через лужайку, Нед увидел, что Кейт Уэнджер выглядит смущенно и испуганно, словно чувствует, что она здесь чужая. Ему захотелось пойти и подбодрить ее, но он не мог. Еще не время. Сначала кое-что еще.
— Нельзя ли попросить Веру-как-ее-там вскипятить воды? — спросила Меган Марринер.
— Я схожу, — вызвался Нед.
Он взбежал по лестнице на террасу, прыгая через ступеньку. В доме он передал Вере-коку просьбу и сообщил ей, что ужинать будут еще два человека. Потом отправился искать дядю.
Он нашел его в ванной на первом этаже, возле спальни, которую заняли Ким и Кейт. Спальни Мелани.
Он брился. Вот почему он не вышел.
Седые и каштановые волосы лежали в раковине и на плитках пола. Мартынюк положил ножницы и намылился, чтобы сбрить оставшуюся щетину бритвой. Он брился слишком быстро и пару раз порезался.
— Вы действительно думаете, что это поможет? — спросил Нед, стоя в дверях ванной.
Дядя бросил на него взгляд из-под пены для бритья.
— Мы все обречены, если не поможет, правильно?
— Не я, — возразил Нед. — Вы. У меня хватит сил с этим справиться.
— Покидаешь меня на произвол судьбы?
— На произвол моей матери? Точно.
— Что там произошло? — Дейв Мартынюк водил бритвой по щекам и по шее.
Нед заколебался.
— Пока все в порядке. Лучше, чем я думал.
— Никакой взрыв не бывает лучше, чем я думал. Как я выгляжу?
— Почти таким же окровавленным, как Грег, — ответил Нед.
Дядя нахмурился, глядя на свое отражение.
— Это я улажу. Но моя внешность достаточно изменилась?
Нед кивнул.
— Думаю, да.
— Дай мне еще пять минут.
— Там кипятят воду, чтобы промыть рану Грега. Сбавьте темп, вы привлечете акул.
Дядя улыбнулся:
— Мне это нравится. У меня остроумный племянник. — Бритва на мгновение застыла. — Единственный племянник.
Нед посмотрел на него.
— Разве… мне казалось, у вас есть брат и…
— Там две племянницы. Старше тебя.
Нед сглотнул.
— А у вас с тетей Ким никогда…
Дейв Мартынюк быстро покачал головой.
— Нет, никогда. Мне уже слишком
Нед постарался улыбнуться. Он был достаточно взрослым, чтобы понять, что за этим что-то кроется.
— У меня роста не хватает. Игра по периметру, защита, вот на что я гожусь.
Дядя опять покачал головой.
— Угу. Хороший защитник должен уметь бросать мяч в корзину. Позже найдем баскетбольную площадку с сеткой.
— Я знаю, где здесь корты.
Мартынюк опять принялся бриться слишком поспешно.
— Хорошо, — сказал он. Потом выругался, еще раз порезавшись. — Возвращайся обратно, я приду через несколько минут, неузнаваемый.
— Боже мой! — воскликнула Меган Марринер.
Она отвела глаза от Грега, которому обрабатывала рану у обеденного стола.
— Иворсон? Что вы здесь делаете? Я не…
Она резко замолчала. Нед видел, как она сопоставляет факты. Уже. Можно было проследить за потоком мыслей, отражающихся на ее лице.
Дейв Мартынюк, с двумя заклеенными пластырем порезами, которые продолжали кровоточить, остановился в дверях столовой. Кимберли поспешно подошла к нему. Они обнялись, крепко, потом она отступила назад.
У отца Неда, который хотел представить Дейва, слова замерли на губах.
Грег сидел на стуле у стола. Меган бинтовала его. Кастрюли с кипяченой водой стояли на треногах рядом с чистыми салфетками, белыми рулонами бинтов и тюбиками с антибиотиками.
Кимберли отвернулась от мужа, расправила плечи и посмотрела на сестру, словно готовясь встретить удар. Неда, стоящего рядом с Кейт у стеклянной двери на террасу, охватила тревога. Они далеко не покончили с этим. Он посмотрел на дядю.
«Неузнаваемый».
Да. Конечно. Если ты ростом шесть футов и три дюйма, с широкими плечами и большими руками, и с синими глазами, и ты сбрил бороду, то кто сумеет отличить тебя от Дени де Вито?
А мать Неда очень быстро соображает. Поэтому они и хотели, чтобы она приехала сюда, прежде всего. Это была одна из причин. Вторая причина имела отношение к минам, ружьям и бомбам, и они не собирались говорить об этом. Хотя именно поэтому его дядя взял фальшивое имя — Иворсон, или как там, — и много лет ездил за ней в разные места на другом конце света.
Нед ждал взрыва. Но его не последовало.
Вместо этого Меган Марринер, которая никогда не плакала, заплакала.
— Ох, Мег, — прошептала ее сестра. — Ох, дорогая…
Меган быстро подняла руку, чтобы остановить ее. Нед увидел, как стоящая рядом Кейт Уэнджер прикусила губу, этот жест был ему уже хорошо знаком.
Мать вытерла глаза тыльной стороной ладони. Вздохнула и подняла взгляд. Она долгое мгновение смотрела на Мартынюка.
— Три раза? — наконец спросила она.
Он кивнул.