Избранник
Шрифт:
Вдруг небо над головой приобрело розовый оттенок. Появились странные создания с удивительной кожей, больше напоминавшей полупрозрачный хитиновый панцирь. Ларо казалось, что он видел их раньше, вот только где и когда? Пока же он с удивлением разглядывал таинственных пришельцев. Они убили его мать. Ларо не понял, как это случилось, но почему-то остался к этому равнодушным. Настроение его ничуть не ухудшилось, когда чудовища стали пожирать труп Ори, разрывая его на части острыми зубами. Ларо хохотал, глядя на залитый кровью песок. К тому же он точно знал, что убийцы его матери
Ларо смеялся так, что земля под его ногами заходила ходуном. Не в силах устоять на ней, он упал и тут же почувствовал, что лежит на чем-то мягком. Паучий шелк!
И тут же Ларо услышал голос одного из Хозяев:
«Успокойся. Ты еще слишком слаб, чтобы вставать… Все хорошо, тебе ничего не грозит. Ты в безопасности».
Этот голос вызвал у Ларо смутную тревогу. Радостное настроение не покидало мальчика, но он задумался.
«Что же со мной случилось? Почему я не могу встать?»
Но, очевидно, такова была воля Хозяев. А воля Хозяев священна. Хозяева священны. И тут неожиданно сердце Ларо защемило от боли. Он увидел сухие деревья, увитые паутиной… Мертвые, выпотрошенные тела Хозяев…
Ларо затряс головой, пытаясь отогнать кошмар, приподнялся со своего ложа и открыл глаза.
Он находился в какой-то хижине, и рядом с ним сидел небольшой паук-смертоносец, а в дальнем углу — незнакомый юноша возился у очага. Увидев, что Ларо очнулся, паук поспешил к выходу. Мальчик понял, что больше не интересен Хозяину, потянулся — и тут же боль пронзила все его тело. Посмотрев на ноги, Ларо увидел, что к правой из них привязана тонкая жердина. Именно так лечил переломы деревенский врачеватель.
Откинувшись на мягком ложе, Ларо подождал, пока утихнет боль, а потом, повернув голову, взглянул на незнакомого юношу. В хижине царила полутьма, но Ларо был уверен, что никогда раньше не встречал его. Может, это новый ученик врачевателя, пришедший сюда из другой деревни? Но потом другие мысли отвлекли Ларо. Что же с ним произошло и почему, если он сломал ногу, рядом нет ни отца, ни брата? На мгновение в памяти всплыла еще одна ужасная картина: главная улица их деревни, заваленная мертвыми телами. Однако это видение показалось Ларо слишком нереальным, и он не согласился принять его, решив, что это тоже порождение сна. К тому же зрелище кровавой бойни, точно так же как и мертвые пауки, не вызывало у него никаких чувств. Хотя Ларо обожал, боготворил Хозяев, он неожиданно для себя осознал, что может спокойно смотреть на мертвого паука, не испытывая при этом ни капли жалости.
«Может, это потому, что теперь я стал взрослым?» Взрослым? Он стал вспоминать Аудиенцию у Наместницы, попытался возродить в себе те приятные чувства, что владели им, когда он находился рядом с Хозяевами… Ничего не получилось. Перед его внутренним взором возникла блеклая картинка: бесформенное нагромождение каменных блоков; пауки, выползающие из черных дыр; старая, хромая паучиха… прекрасная Наместница!.. Седая, обрюзгшая… Но…
Неожиданно на лицо Ларо упала чья-то тень.
Возле его ложа стоял тощий, высокий старик с длинной, редкой седой бородой. Одет он был в рубаху из льняной ткани, какие носят лишь женщины, прислуживающие самой Повелительнице.
И это еще больше удивило Ларо, ведь раньше он считал, что эта привилегия даруется только Служительницам. Да и что может мужчина сделать такого, чего не сумеет сделать женщина?
— Рад, что ты наконец очнулся, — заговорил старик. Голос его был тихим, чуть хрипловатым, но в нем слышалась некая внутренняя сила. Мы уже отчаялись. Боялись, что долгое путешествие убьет тебя.
— Долгое путешествие? — удивился Ларо.
— Да, ты был без сознания дней двадцать, а то и больше. Все это время за тобой тщательно ухаживали, твои раны промыли и перевязали. Сломанная нога начала срастаться…
— Ты говорил о путешествии? — вновь спросил Ларо старика.
— Да, — кивнул тот. Сейчас ты находишься в предместье Столицы, а когда твоя нога заживет, тебя удостоят величайшей чести — предстать перед Повелительницей!
— Меня? — удивился Ларо.
На мгновение мальчику показалось, что старик его обманывает. Но, встретившись с ним взглядом, он понял: старик и не думал насмехаться. Тут же у Ларо возникло множество вопросов, на которые немедленно хотелось получить ответы. Не успел мальчик открыть рот, как старик опередил его.
— Прежде всего, я хотел бы знать твое имя.
— Ларо, — недоуменно ответил мальчик.
Неужели его привезли в Столицу и даже разрешают предстать перед Повелительницей, не зная, кто он такой? Не может быть! Старик шутит. За какие заслуги его удостоят подобной чести? И в конце концов — почему у него сломана нога? Тем временем старик пододвинул к кровати Ларо стул и присел у изголовья.
— Ларо — славное имя. Рад с тобой познакомиться. Меня зовут Ванэк. Я… скажем так… ученый.
— Ученый — мужчина?
— Пусть это тебя не слишком удивляет, — размеренно продолжал старик. В Столице порой случаются удивительные вещи… Тирб сказал мне, что твой разум полностью оправился от потрясений…
— Тирб?
— Тот Хозяин, что был возле тебя, когда ты очнулся. Это он вылечил тебя.
— Хозяин лечил меня? — еще больше удивился Ларо.
Хозяева могли наказывать или награждать, они всегда давали людям правильные советы, вели их по жизни, определяя на более подходящую работу, помогали выжить в суровом мире, но… лечить? Что значил для Хозяев один человек?
— Не удивляйся. Тебе предстоит узнать еще много нового… Но вначале скажи: ты помнишь, что с тобой случилось?
В голосе старика появилась некая напряженность. Мальчик задумался: что же в самом деле с ним произошло? Аудиенция? Точно! Его объявили взрослым, он видел Наместницу, и она сказала, что он станет каменотесом. А потом… Что было потом? Какие-то смутные образы, тени. Ларо никак не мог вспомнить и, чувствуя, что пауза затягивается, а старик все молчит, ожидая ответа, пробормотал: