Избранное

Топорищев Фома Евграфович

Что же касается моих собственных отдельных мыслей, то, ежели вам так приспичило, - извольте, печатайте. Однако же, без упоминания имени Топорищева. Соглашаюсь на это потому, что мой племянник и без моего согласия распространил мои глупости в Питербурге, так что теперь они ходят

по России, отчего создается впечатление, что у нас очень много дураков, соперничающих между собой в умении сочинять всякую чушь под видом мудрости. После Вашей публикации выяснится, что дурак-то один, отчего всем будет облегчение. Так что польза от публикации несомненна. Более того, я даже согласен написать предисловие, чтобы другим неповадно было.

Засим разрешите откланяться, ваш Фома Топорищев.

ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ АВТОРА

(из первого прижизненного издания заметок

Фомы Евграфовича Топорищева)

Заметки должно читать в том порядке, как оные расставлены, ибо их соединяет замысел. Иным сие не придется по вкусу, тогда умываю руки: желающий страстно отведать слоеного пирога свалит в кучу и творог и мякину.

Многие здесь углядят тонкие намеки, коих автор не подозревает, а посему, стало быть, и не делал. Ежели кому придет в голову отнести их на свой счет - в добрый путь! Однако, не стоит забывать, что со многими читателями автор не знаком; но пусть даже и так, почему он должен иметь ввиду этих, а не тех, ets?

Дело автора - марать бумагу, а на что ее употребить - дело читателя.

Критику скажу: критикуй, да знай меру. Чем строчить критики на других, пиши лучше на себя, а нет - так пиши дельное.

Издателю посоветую все оставить как есть,

листов не перекладывая, и не марая их глупыми примечаниями. Не всякое лыко в строку - на иные примечания потребны свои примечания, а где сему конец?

Племянник мой - студьозус - толкует, что углядел здесь афоризмы. Таковые мне не известны. Назови хоть овцу коровою - молоком богаче не станешь! Что писано, то думано, стало быть это - мысли.

В языке великорусском достаточно своих слов и грамматик, иных знать не желаю. Отчего можно было француза из Руси взашей вытолкать, а слова оставить, поелику только они красивы? Все красиво, что не дурно! А чем дурен наш язык?

К сему прибавлю, что плохих вещей нет, но есть дурное оных употребление. Кнутом можно эдак лихо щелкать, как мой кучер Вахрамей, а можно и по спине пройтись, как делает иной приказчик.

Особо коснусь прекрасного пола, ибо ему присущ тонкий вкус, а по нынешним временам и изрядная образованность. Наипочтительнейше прошу не списывать сии заметки в альбомы с виньетками и росчерками, ибо там оные будут соседствовать с глупыми стишками уездных щелкоперов, отчего случится вред и тем и другим. Поэзия хороша и сама по себе, а от дурного соседства портится характер.

Еще прибавлю вслед за Паскалем* :

"Гораций и Депрео говорили это до вас." Верю вам на слово, но все же это мои собственные суждения. Разве я не могу разумно думать и после них, как другие будут разумно думать после меня?"

– --

* Автор ошибается. Высказывание принадлежит Жану де Лабрюйеру. (Ред.)