Шрифт:
Э. Панкратова. О новеллах Юхана Боргена
Юхан Борген (1902-1979) известен советскому читателю преимущественно как писатель-романист. Заслуженное признание получила его трилогия о Вилфреде Сагене - "Маленький лорд", "Темные источники", "Теперь ему не уйти", - повествующая о бесплодности исканий буржуазного интеллигента, крайний индивидуализм которого закономерно приводит к его духовной и физической гибели.
Между тем значительные художественные достижения принадлежат Ю. Боргену и в области малой формы. По мнению многих критиков, незаурядное стилистическое мастерство писателя проявилось именно в новеллистике. Боргену неоднократно присуждались литературные премии как за сборники новелл, так и за отдельные произведения в этом жанре.
В целом же романы и новеллы - это два равноправных
Известный исследователь норвежской литературы Вилли Далл считает, что художественной основой новеллы, в частности боргеновской, является "сильное, интенсивное впечатление повествователя, мгновенно охваченная единым оком картина". Создавая многоликий образ повествователя, Борген именно в новеллистике, по мнению исследователя, проявил дар перевоплощения, столь органически присущий творческой индивидуальности художника. И с этим нельзя не согласиться.
Борген, многогранная творческая личность, выдающийся критик, явился и своеобразным теоретиком жанра новеллы.
Его перу принадлежит вдохновенное эссе "Новелла" (1975), которое отличает как основательность и высокое литературное мастерство, так и тонкость наблюдений над природой этого жанра в целом. Энергию, заключенную в коротком рассказе, Борген сравнивает с энергией, скрытой в распускающейся почке.
"Новелла сравнима с извержением вулкана, ибо представляет собой спонтанное проявление внутреннего л писателя" 1, - говорит Борген, он как бы дает нам возможность проникнуть в свою творческую лабораторию, в самый процесс создания произведений малой формы: "В такой день все подчинено короткому, напряженному ритму; это день для чтения новелл. Так происходит и с теми, кто пишет, и с теми, кто читает. День, месяц, год человек живет в опьянении отрывистым ритмом, который звучит как эхо космического ритма. Это время создания новелл в жизни писателя. ...Общепризнано, что новелла близка музыке: сонате, конечно, а не симфонии" 2. "Она [новелла] находится во всем моем бренном существе. Новелла очень тесно связана с музыкой. Писатель имеет большую власть над ней: там больше слышимого в зримом и зримого в слышимом" 3. Пожалуй, мысль Боргена о музыкальности новеллы во многом сродни высказыванию Бунина о необходимости "найти звук", ритм, из которого возникнет его будущее произведение. Неоднократно Борген подчеркивал, что образцом для него во многом служила русская новелла, он считал, что "бессмертный дар повествования русским присущ в первую очередь, он живет в народе, но оттачивается писателем в соответствии со своими задачами и требованиями времени". С особой теплотой Борген писал о Чехове и его мастерстве: "Что же в произведениях Чехова наполняет нас острым чувством наслаждения, которое мы не испытываем ни от какого другого чтения? ...Когда читаешь чеховские новеллы, знакомые и близкие с давних пор, или забытые, или новые, переживаешь удивительное чувство, что мотивы его рассказов как-то связаны с тем, что происходило когда-то с тобой. Но вдруг память подсказывает: нет, это было у Чехова" 4.
1 Писатели Скандинавии о литературе. М" "Радуга", 1982, с. 259.
2 Там же, с. 257, 258.
3 Johan Borgen 1902-1962. Oslo, s. 32.
4 Писатели Скандинавии о литературе, с. 249.
Свою литературную деятельность Борген начал сборником новелл "Во тьму". Эти незрелые во многих отношениях произведения дают возможность заглянуть в ранние истоки творчества писателя и в
В целом сборник написан в стилистической манере Гамсуна. В рассказах доминируют мотивы одиночества, трагических заблуждений человека, дисгармонии окружающего мира, делающей человеческое счастье фатально невозможным. В центре каждой из новелл - индивидуальное сознание героя, причем чаще всего сознание больное, деформированное какими-то конкретными жизненными переживаниями.
Таков "Рассказ о калеке Элиасе", заставляющий вспомнить новеллу Томаса Манна "Маленький господин Фридеман", а также высказывание писателя о том, что "болезнь - не буржуазная форма здоровья". Это высказывание, как нам кажется, может во многом служить ключом для понимания того настроения, которым проникнут сборник, где в любой сфере обыденный буржуазный мир выступает как нечто враждебное герою. Несмотря на положительные отзывы критики, сам Борген считал свой сборник "Во тьму" неудачей, и новеллы из него не переиздавались им.
Причину неудачи он видел прежде всего в своем "несчастном таланте подражания", из-за которого, как считал автор, он лишен индивидуального стиля. Влияние Гамсуна ощутимо здесь несомненно, хотя несправедливо было бы считать сборник полностью подражательным. Для Боргена на раннем этапе творчества Гамсун - это и предмет восхищения, и некто близкий по духу, и невольные путы, сковывающие индивидуальность художника. В дальнейшем же у Юхана Боргена почти на протяжении всего его творческого пути формируется очень сложное и противоречивое отношение к своему старшему современнику, близкому ему во многом по своим эстетическим устремлениям, а впоследствии прямому антиподу в плане мировоззренческом и общественно-политическом. Активный участник движения Сопротивления, последовательный борец с фашизмом, Борген никогда не мирился с коллаборационизмом Гамсуна, с которым они в тяжелые дни испытаний закономерно оказались по разные стороны баррикад.
Одной из характерных черт, присущих как романам, так и новеллам Юхана Боргена, является то, что их персонажи постоянно обращаются в мыслях к своему детству, события и впечатления которого часто оказываются не только решающими Для формирования тех или иных черт их характера. Они во многом являются предпосылками будущего, проецируют конфликты и события взрослой жизни.
"Ребенок все видит впервые, детские впечатления остаются на всю жизнь... Глаза ребенка столь отличны от глаз взрослого. Они не привыкли к тому, что видят, они удивляются, они видят" 1, - писал Борген.
1 Цит. по кн.: "Flukt til virkeligheten". Oslo, 1977, s. 32.
Для Боргена детство - это хоть и ранний, но важнейший этап формирования человеческой личности. Оно позволяет лучше понять человека, человеческую природу как таковую, и, кроме того, детский "наивный взгляд на мир", по мнению писателя, естествен и правомерен как одна из возможных точек зрения на действительность, часто позволяющая увидеть то, что недоступно человеку зрелого возраста. "Но разве каждый, кто пишет о детстве, не пишет о мире вообще? Ведь маленький мир ребенка - пространство, ограниченное, например, тем крестьянским двором, в котором он живет, - это в то же время безграничный мир" 1, - писал Борген.
1 Цит. по кн.: "Flukt til virkeligheten". Oslo, 1977, s. 32.
Каждое из произведений писателя в той или иной мере затрагивает проблему истоков личности героя, самый ранний этап формирования его характера.
Многие новеллы Боргена написаны непосредственно о детях, и часто повествование ведется от их лица. Маленькая Ингер - постоянный персонаж очерков и фельетонов Боргена, печатавшихся в газете "Дагбладет" в тревожные предвоенные годы и в первый год войны, пока газета не была запрещена немецкой цензурой, - осмеливается задавать такие вопросы, над которыми взрослые даже не решаются задумываться. Она же - действующее лицо в комедии "Андерсены" и повествователь в книге "Отец, мать и мы", это тот младенец, устами которого глаголет истина. Образ ее вызывает ассоциацию с тем непосредственным мальчиком из известной сказки Андерсена, который единственный осмелился воскликнуть: "А король-то голый!" Умение смотреть на мир глазами ребенка - это, по-видимому, та черта, которая привлекала Боргена в датском сказочнике, сыгравшем значительную роль, по признанию писателя, в формировании его творческой индивидуальности.