Избранный путь
Шрифт:
— Сами справимся. Кроме вас с отрядом идет целых два менталиста, пусть и послабее, но много ли на дикаря надо? — отмахнулся от повелительницы перворожденный и проследовал в арьергард армии, куда уже тащили связанного ремнями пленника.
— Ну-ну, — задумчиво протянула ему в спину эльфийка. — Удачи вам. А не справитесь, разжалую обоих мозгокрутов обратно в ученики, а тебя определю к ним в помощники.
«Значит, ты не только камни двигаешь, но еще и мысли читаешь», — понял Остар, похолодев и благословив про себя натянутый на голову шлем, по внутренней поверхности которого мастера клана сотни лет назад вырезали руны, защищающие разум владельца
— Ну в чем-то, где-то, как-то, — хмыкнула волшебница и смерила гнома снисходительным взглядом. — Под настроение и если подготовлюсь хорошо, захватив кое-какие вещички из своих запасов. Вот как сегодня, например. Кстати, у тебя хорошие амулеты. В один момент обойти их защиту не смогла.
— Кхм. — Гном подавился воздухом и с подозрением покосился на землю, проплывающую за бортом платформы. А ну как та взметнется щупальцем и уволочет в глубины недр? Даже родичи, марширующие сейчас где-то в конце растянувшегося войска, подумают о том, что виноват в такой гибели какой-нибудь спрятавшийся гоблинский шаман, решивший ударить из засады по вождям нападающих подобно давешнему арбалетчику.
— Ну вообще-то камень с ближайшей скалы на чересчур много думающую голову уронить куда легче, да и подозрений меньше, — успокоила его Ликаэль, чем заставила старейшину разволноваться еще сильнее. — Впрочем, не стоит беспокоиться. За мысли мы, сумеречные эльфы, не наказываем. А вздумай ты их осуществить, руки бы поотрывала. Без всякой магии. Поверь, я могу.
— Да, — тяжело вздохнул Остар, которому почему-то и в голову не пришло усомниться в услышанном. — Суровые вы ребята. И даже уже верится, что действительно наладите добычу артанита в тех чудовищных объемах, которые хотите.
— Для большого количества магопроводов нужно очень много изоляции, — непонятно ответила девушка. — А то сейчас в нашей промышленности почти двадцать пять процентов силы уходит на транспортные расходы духам-переносчикам и на неизбежное рассеивание. И потому я, как лучший геомант страны, буду частым гостем на руднике. Местным духам гор придется мне помогать, хотят они того или нет, а там, где эти нематериальные куски энергии будут сопротивляться магическим методам извлечения полезных ископаемых, в ход пойдет самый вульгарный динамит. Уж если против кирки они не возражают, то и с взрывчаткой им придется смириться. Или на своей шкуре узнают, какие проблемы может доставить отряд хорошо тренированных охотников за привидениями!
ГЛАВА 6
— Мы строили, строили и наконец построили, — мрачно пробурчала Ликаэль, косясь на вызвавшую ее неудовольствие деталь ландшафта. — А вот теперь разносим вдрабадан! В пыль! В прах! В пепел!
— Сплюнь, — посоветовал ей Михаэль, тоже весьма нервно разглядывая представшую его глазам картину. — Денег, затраченных на постройку этого сухопутного чудовища, хватило бы, чтобы в течение трех лет платить жалованье всем нашим служащим, не исключая и мастера магии пространства, нанятого позавчера. Если все это сгорит, то мое изображение надо будет поместить в толковые словари рядом со словом «растратчик». А может быть, даже и «идиот». Но пусть лучше в бюджете образуется дыра, чем наши ребята пойдут на дело в необкатанной машине.
— А ты уверен в том, что получится в точности воссоздать условия мира, славного самовозгоранием магов и магии? — уточнила эльфийка.
— За достоверность расчетных показаний возмущений астрала, обязанных дать требуемый эффект, расспрошенный
— Все-таки старикан до сих пор нам помогает по мелочам, — со странной интонацией в голосе заметила Ликаэль. — Одним фактом своего наличия и того, что мы с ним связаны, пусть и весьма своеобразным способом.
— Ему это несложно, — пожал плечами шаман. — Если Келеэля какой-нибудь умник, создающий долгосрочный прогноз развития взаимодействий с эльфийской расой, рискнет не брать в расчет, то его филькину грамоту, скорее всего, даже читать никто из серьезных людей не будет. Да и сам правитель Западного леса очень даже приятная в общении и дружелюбная личность. Не понимаю, почему ты его недолюбливаешь.
— Он тебя спаивает, — недовольно пробурчала Ликаэль. — Тоже мне нашелся, алкоголик венценосный. Как еще страну с таким отношением к делу не профукал, просто не понимаю!
— В моем состоянии, — шаман хмыкнул и демонстративно превратил свою правую руку в полупрозрачные струи свитого воздуха, полностью повторяющие форму настоящей части тела перворожденного, — опасаться цирроза глупо, ибо вырастить новую печень — дело пяти минут, а можно и без нее прекрасно обойтись тысячелетие-другое. А уж если зеленые чертики в порыве белой горячки нагрянут, то наше знакомство станет, пожалуй, самым страшным эпизодом в их нелегкой карьере алкогольных галлюцинаций, так как говорящий с духами, обладающий возможностями твоего, дорогая, супруга, архидемону, разумеется, уступает. Но меньше, чем на порядок.
— Паяц, — раздраженно бросила Лика. — И выпендрежник! Вернись в нормальный вид, или снова захотел через слово выпадать в отключку и передвигаться на четвереньках?!
— От такого маленького фокуса рецидива не случится. — Шаман снова облек свою конечность плотью. — Но ты права, сегодня мне надо быть особенно осторожным. Не хотелось бы опозориться во время удачного запуска нашего первого сухопутного корабля. А уж если случится неудача, тем более стоит держать марку перед окружающими.
— Главное, чтобы их ветром не сдуло, когда эта громадина рванет, — устало махнула рукой эльфийка. — А то международный скандал будет. В толпе зевак, между прочим, все послы иных государств, имеющиеся в нашей столице. Оба!
Предмет обсуждения возвышался над землей примерно в километре от венценосной четы и выглядел с такого расстояния не слишком впечатляюще. Простой вытянутый глухой прямоугольник серо-стального цвета, по бокам которого шли два десятка колес. Каждое из которых заставило бы надорваться дракона, вздумай разумный ящер его поднять. Ну а целиком махина производила впечатление действительно ошеломляющее только лишь благодаря своим размерам. Абсолютную симметричность конструкции нарушал полукруглый нарост на одном из его концов, где располагалось немалых размеров дуло, да громадное окно из темного непрозрачного снаружи стекла под ним. «Единорог» — гласили эльфийские руны, выбитые по бокам передвижной крепости. Вокруг пока еще пустой и неподвижной магической машины суетились два десятка чародеев: в понятном только им порядке они располагали вокруг нее какие-то кристаллы, светящиеся от избытка сил, и тушки животных, пронзенных в разных местах серебряными иглами.