К + К + К
Шрифт:
Кроваткой в этой спальне служил диван, в разложенном состоянии занимавший пространство два на два метра. Кристина взяла подругу под руки и осторожно стянула ее с Кирилла. Тот подхватил девушку под коленки и они вдвоем переложили Катю на диван. В ее тихом стоне едва можно было разобрать слово 'спасибо'.
– А теперь поиграем по-взрослому, - сказала Кристина.
Взгляд Кирилла переместился с Катерины на нее. Если в первом приближении костюмчик из алых ремешков, казалось, ничего не скрывал, то теперь стало отчетливо видно, что он еще и подчеркивал всё, что нужно. Девушка вновь
– Ну что?
– спросила Кристина.
– Будешь только любоваться или хочешь большего?
Кирилл, естественно, сразу захотел большего. Он протянул руки к ремешкам и застыл в некотором сомнении.
– Всё расстегивается очень просто, - сказала Кристина.
– Надо просто сжать пряжку с двух сторон.
И она продемонстрировала сказанное на примере. Крохотная пряжка, удерживающая на месте два ремешка в нижней части костюма, тихо щелкнула под ее пальчиками. Ремешки свободно повисли.
– А они не помешают?
– тихо спросил Кирилл.
В его нынешнем состоянии овладеть девушкой ему не помешали бы и полные доспехи, так что вопрос, скорее, был выражением любопытства, чем тревоги за результат.
– А вот сейчас и узнаем, - ответила Кристина, делая шаг вперед и оказываясь в объятиях Кирилла.
Как оказалось, они нисколько не мешали. Уже в собранном виде Кирилл с Кристиной вернулись обратно в кресло, и там тоже помех не возникло. Ремешки оказались очень мягкие на ощупь и не мешали даже там, где тела терлись друг о друга. Для полноты эксперимента Кирилл с Кристиной переместились на пол, на мягкий ковёр, где было на практике установлено, что и там никаких помех ремешки не создают. Потом экспериментаторы так увлеклись процессом, что исследования напрочь вылетели из головы до самого финала.
Потом Кирилл с тихим вздохом сполз с девушки на пол. Катя по-прежнему лежала на кровати, но уже на боку. Подперев голову рукой она, как оказалось, с интересом следила за смелым экспериментом.
– Ну как?
– спросила Катя.
– Хотя можете не отвечать, всё и так видно.
Кристина нашарила расстегнутые ремешки и застегнула обратно. Кирилл принял сидячее положение. Его взгляд, скользнув по волнительным изгибам катиного тела, добрался до столика в углу спальни, где девушки заранее 'накрыли полянку', и желудок напомнил о растраченных калориях. Предложение перекусить было встречено единогласным одобрением и одной ухмылкой от Кати: мол, не знаю насчет сердца, но вообще путь через желудок мужчины точно есть.
Впрочем, за столом она от остальных не отставала. Кирилл откупорил вино. Новое время диктовало новые традиции и первый тост был за выживание. Второй, однако, вышел за любовь. Поначалу Кирилл хотел поднять его за дружбу, но, сидя между двух очаровательных и практически обнаженных девушек - Катя вообще поленилась одеваться, а Кристина осталась в своем костюме из ремешков - он не смог не признать, что в конкретно данном случае слово 'дружба' выглядело бы форменным лицемерием.
Подобный тост вполне логично перерос в предложение выпить на брудершафт. Втроем это получилось
– Ох, нет! Так мы заляпаем вином мой костюм, - взмолилась Кристина.
Не похоже было, чтобы ему это могло серьезно повредить, но Кирилл с удовольствием согласился помочь его снять. Дело действительно оказалось не простое. Ремешки объединялись в костюм при помощи целых шести пряжек: две на плечах, две по бокам, одна на поясе и одна - уже знакомая - чуть ниже. Когда Кирилл расстегнул их все снизу вверх, ремешки сами рухнули к ногам девушки. Та ловко подцепила их стопой, и одним движением закинула на кресло.
– Ну вот, - сказала Кристина, сопроводив вторую часть фразы выразительным взглядом в сторону Кирилла.
– Теперь костюм в безопасности и можно делать всё, что пожелаете.
Пожелания курьера обозначились сразу и твердо.
– Так-так, - усмехнулась Катя.
– Нас ждет вторая серия.
– А я только за, - ответила Кристина, прижимаясь к Кириллу.
Тот, в свою очередь, обнял девушку. Катя зашелестела оберткой от шоколадки.
– О, Боже, Катя, я всё-таки немного смущаюсь делать это при зрителях, - взмолилась Кристина.
– Ладно-ладно, не смотрю, - проворчала Катя, демонстративно отворачиваясь.
Демонстрация продолжалась не больше минуты. За это время Кирилл успел уложить Кристину на кровать, и приступить к активной части второй серии. Долгий поцелуй побудил девушку закатить глазки. Потом они внезапно округлились с претензией на дальнейшую эволюцию в сторону квадратной формы. Кирилл, увлекшись процессом, заметил это не сразу, и только почувствовав, как что-то коснулось его бока, вздрогнул и повернул голову.
Катя была рядом. Просто смотреть ей стало скучно и она активно включилась в процесс, добравшись до левой груди Кристины. Эксперт-криминалист никак не могла помешать такому нахальству. Правую ее руку прижал к кровати Кирилл, на левой боком устроилась Катя. Озвучить свое недовольство ей также не удалось. Рот был занят языком Кирилла, а сам курьер слишком увлёкся, чтобы заметить помеху справа. Всё, что смогла сделать Кристина, это немного согнуть левую руку в локте и шлепнуть нахалку по заднице.
– Ну ты же сама сказала, что можно делать всё, что пожелаем, - с коварной улыбкой напомнила Катя.
– Но ради тебя я готова сделать всё, что пожелаешь ты!
Кристина от такого предложения откровенно растерялась. К тому же, Кирилл уже вошел в ту часть серии, где остановиться невозможно, и сильно мешал ей сосредоточиться. Новая серия поцелуев снова временно лишила Кристину права голоса.
Катя засчитала отсутствие внятного ответа за молчание, которое суть синоним согласия, и пристроилась сбоку. Ее рука протиснулась между Кириллом и Кристиной, добравшись до правой груди девушки, тогда как губы и язычок приступили к обработке левой. Выглядело это так, будто она знала, что делать. Легкое возмущение из глаз Кристины никуда не делось, но наслаждение задвинуло вопрос морали далеко на второй план, где оно и осталось до самого финала, да и потом не спешило возвращаться.