К третьему полюсу
Шрифт:
Три первые эверестские экспедиции — 1921, 1922 и 1924 годы — породили почти необозримое число книг, статей и очерков. Они могут считаться поэтому настолько общеизвестными, что мы можем ограничиться кратким рассказом о них. Многие описания и пересказы не лишены грубых ошибок, поэтому предпочтительнее обращаться прежде всего к первоисточникам.
1921 г.Первая эверестская экспедиция, возглавляемая подполковником Ч.К. Говард-Бери, должна была произвести разведку и составить обзорную карту всего района и успешно справилась с этой задачей. Два майора Индийского топографического управления, Г.Т. Моршед и О.Э. Уилер вместе со своими помощниками за три месяца охватили съемкой около 40000 кв. км, площадь, примерно равную всей территории Швейцарии. Конечно, здесь могла идти речь только о составлении
Основной состав первой эверестской экспедиции выступил из Дарджилинга очень поздно — 18 и 19 мая. Помимо всего прочего, возникли большие организационные затруднения. Военные власти предоставили в распоряжение экспедиции 100 мулов, но привыкшие к равнинам животные не выдерживали трудных переходов в горах. Пришлось заменить их лошадьми и мулами из горных местностей. По издавна известной дороге на Лхасу экспедиция прошла через Калимпонг и Джелепла (4385 м) в тибетскую долину Чумби и миновала Паро. Преодолев перевал Тангла (4633 м) в главном водораздельном хребте у западных склонов тогда еще непокоренного Чомо-Лхари (7314 м), экспедиция достигла тибетского плоскогорья и направилась к Камба. В пути А.М. Келлас умер от сердечного заболевания — его силы были подорваны напряженной работой во время подготовки экспедиции. Ему не довелось вступить в страну своей мечты, он видел ее только издали. Теперь он покоится возле Камба, в месте, откуда открывается вид на покоренные им гиганты — Паухунри (7127 м), Чомиомо (6837 м), и Канченджхо (6920 м). А на западе, более чем в 160 км, высоко над окружающими вершинами поднимается Чомолунгма, «мать богов». Достойная могила для выдающегося восходителя, одного из первых исследователей Гималаев.
Дальнейший путь экспедиции вел через Тиндже и Шекар с его знаменитым монастырем в Тингри, расположенный уже к северо-западу от Эвереста. 19 июня экспедиция достигла Тингри, на путь от Дарджилинга был, таким образом, затрачен ровно месяц. Но только в начале работ Тингрн был центром, от которого в разные стороны разлетались небольшие разведывательные группы; уже к концу июля главная квартира была перенесена в живописную долину Кхарты, расположенную к востоку от Эвереста. Ни одна из позднейших эверестских экспедиций не охватывала своими маршрутами всего района так, как это было сделано в 1921 г. Проведенные тогда исследования не потеряли своего значения и теперь.
Предполагалось, что альпинистскую группу экспедиции будет возглавлять опытный восходитель Гарольд Реберн. Но Реберн заболел, был вынужден вернуться в Дарджилинг и смог снова присоединиться к экспедиции только в сентябре. Таким образом, ответственнейшая задача альпинистской разведки на протяжении более двух месяцев была возложена на двоих (только двоих) молодых альпинистов Д.Г.Л. Мэллори и С.Г. Баллока. С небольшой группой носильщиков, которую возглавлял ненадежный и лживый Гиалген, они направились прямо к Эвересту в долину Ронгбук и разбили постоянный лагерь поблизости от монастыря. Казалось, что они должны были бы сразу найти тот путь, который и теперь представляется наилучшим [10] , но события развертывались иначе. Они даже видели ручей, стекающий с восточного Ронгбукского ледника, но не исследовали его верховьев, а направились к главному Ронгбукскому леднику и прошли его весь до перевала, ведущего в Непал — Лхола («Южный перевал»), откуда Эверест выглядел не очень заманчиво. Выход с главного Ронгбукского ледника на перевал, получивший впоследствии название Чангла («Северное седло»), также показался им неприемлемым. Поэтому они вернулись обратно и удивительным образом избрали путь на западный Ронгбукский ледник, хотя тем самым удалялись от Эвереста. Затем они покинули долину Ронгбука, не имея ни малейшего представления о том, что правый приток главного ледника, не доходящий до него в настоящее время, восточный Ронгбукский ледник представляет собой самый легкий и естественный подступ к Чангла и северному склону Эвереста.
10
Этот путь представлялся наилучшим до 1950 г. — Прим. переводчиков.
Эта ошибка стоила экспедиции трех месяцев потерянного времени, но в то же время была
Из долины Кхарты удалось подняться на высокую, но легкодоступную седловину Лхакпала (6766 м), оттуда наконец-то был виден восточный Ронгбукский ледник и нормальный подход к Чангла (Северному седлу). Но уже наступило 20 сентября! Чтобы не упустить полностью возможность разведки пути на вершину в этом сезоне, нужны были совместные усилия альпинистской и топографической группы — ведь к этому времени Уилер уже сделал съемку нижней части восточного Ронгбукского ледника.
23 сентября Мэллори, Баллок и Уилер с небольшой группой носильщиков спустились из лагеря у перевала Лхакпала на запад и разбили лагерь на восточном Ронгбукском леднике у подножья Северного седла.
24 сентября после утомительного подъема по покрытому глубоким снегом склону, не представлявшему особой технической трудности, они достигли Чангла (7007 м). Это место с тех пор стало всемирно известным начальным пунктом для всех позднейших атак вершин Эвереста [11] . Но в 1921 г. не могло быть и речи о попытке штурма. Ведь базовый лагерь был расположен слишком далеко — в долине Кхарты, по ту сторону перевала Лхакпала. Мэллори, душа всего этого дела, оказался единственным, кто был бы в состоянии подняться выше. Силы Баллока, Уилера и носильщиков были уже в достаточной степени истощены. К тому же разразилась буря.
11
До 1950 г. — Прим. переводчиков.
«Верхняя часть гребня выглядела устрашающе. На исполинском склоне Эвереста нескончаемой чередой поднимались гребни огромных волн свежей снежной пыли. Белая буря со всей своей силой устремлялась на идущих впереди.
У гребня снежная пелена вертикально взлетала вверх, затем снова обрушиваясь с удвоенной яростью на подветренный склон. Этого было достаточно: стало ясно, что дальнейшее движение вперед было бы безумием», — указывает отчет экспедиции.
На Северном седле нужно было бы разбить хорошо оборудованный лагерь, верхний базовый лагерь, чтобы иметь возможность переждать непогоду. Это не могло быть осуществлено в 1921 г.
Разведка 1921 г. сделала свое дело, все сомнения отпали: ребро, ведущее от Чангла к плечу в северо-восточном гребне Эвереста, было проходимо. На всем его протяжении, которое просматривалось с Северного седла, крутые фирновые склоны чередовались с несложными скалами. Можно было с чистой совестью отправляться в обратный путь.
1922 г.Второй эверестской экспедицией была осуществлена первая решительная попытка штурма самой вершины. Подготовка к ней началась сразу же после возвращения первой экспедиции в Англию. Новое предприятие организовывалось тщательно и на широкую ногу. Руководство на этот раз принял на себя генерал Ч.Г. Брюс, лучший знаток Гималаев, 30 лет прослуживший в гуркхских частях, владеющий местными языками и наречиями, отлично умевший обращаться с гуркхами, шерпами, бутиями и тибетцами и пользовавшийся их любовью и уважением [12] .
12
Оставляем эту характеристику на совести автора. — Прим. переводчиков.