К ясному небу
Шрифт:
Оригинальное название: К Ясному Небу / Into the still blue
Автор: Вероника Росси / Veronica Rossi
Серия: Под небом, которого нет 3/ Under the Never Sky #3
Перевод: Светлана Дианова
Редактор: SD
Глава 1 АРИЯ
Ария резко выпрямилась, эхо выстрелов
Сбитая с толку, она стала оглядываться по сторонам, разглядывая брезентовые пологи, два тюфяка и поставленные друг на друга потрепанные сундуки, пока, наконец, не узнала палатку Перри.
В ее правой руке постоянно пульсировала боль. Она опустила взгляд на белый бинт, обматывающий ее руку от плеча до запястья, и живот скрутило от страха.
Стражники подстрелили ее в Грезе.
Она облизала пересохшие губы, ощущая горечь обезболивающего. Просто попробуй, сказала она себе. Насколько трудно это может быть?
Боль пронзила ее руку, когда она попыталась сжать в кулак. Ее пальцы лишь слегка дернулись. Как будто ее мозг потерял способность давать указания руке, импульс пропадал где-то вдоль ее руки.
Поднявшись на ноги, она покачнулась и застыла на месте, ожидая, когда пройдет волна головокружения. Она оказалась в этой палатке, как только они с Перри прилетели сюда несколько дней назад, и с тех пор никуда не выходила. Но она не могла оставаться здесь ни секунды дольше. Какой в этом смысл, если ей не становится лучше?
Ее ботинки стояли сверху сундуков. Решив найти Перри, она попыталась натянуть их, что характерно, одной рукой.
— Ну давай же, тупые ботинки, — пробормотала она. Она потянула сильнее, боль в руке обжигала.
— О, не вини бедные ботинки.
Молли, целительница клана, шагнула через створки палатки с лампой в руке. Мягкая и седовласая, она совсем не походила на мать Арии, но у них были схожие манеры поведения. Спокойные и основательные.
Ария сунула ноги в ботинки — ничто так не мотивирует, как аудитория — и выпрямилась.
Молли поставила лампу на сундуки и подошла.
— Ты уверена, что тебе можно вставать?
Ария убрала волосы за ухо и попыталась замедлить дыхание. Холодный пот выступил у нее на шее.
— Я уверена, что сойду с ума, если останусь здесь дольше.
Молли улыбнулась. Ее полные щеки пылали в свете лампы.
— Сегодня я уже несколько раз слышала эти слова. — Она положила шершавую руку на щеку Арии. — Температура спала, но тебе нужно еще принять лекарства.
— Нет. — Ария покачала головой. — Я в порядке. Я устала валяться.
Валяться — не совсем подходящее слово. От прошедших дней у нее осталось несколько мрачных воспоминаний о том, как она выныривала из небытия, чтобы принять лекарства и глотнуть бульона. Иногда Перри был рядом, обнимал ее и шептал на ухо. Когда он говорил, она видела перед глазами лишь тлеющие угли. Кроме них, не было ничего,
Молли взяла ее онемевшую руку и сжала. Ария ничего не почувствовала, но когда Молли подняла ее выше, она втянула воздух от боли, ее желудок сжался.
— У тебя повреждены нервные окончания, — сказала Молли. — Полагаю, ты и сама это понимаешь.
— Но ведь это заживет, правда? В конце концов?
— Я слишком забочусь о тебе, чтобы давать ложную надежду, Ария. По правде говоря, не знаю. Мы с Марроном сделали все, что могли. По крайней мере, нам удалось спасти конечность. Какое-то время казалось, что нам придется отрезать руку.
Ария отодвинулась, повернувшись к теням, когда до нее дошли слова. Ее руку чуть не удалили. Чуть не сняли, как какую-то расходная деталь. Фурнитуру. Шляпу или шарф. Неужели она действительно была так близка к тому, чтобы проснуться и обнаружить пропажу части себя?
— Именно эта рука была отравлена, — сказала она, прижимая ее к боку. — В любом случае, начало было положено давно. — Ее Отметина, наполовину сделанная татуировка, которая определила бы ее как Слышащую, была самой уродливой вещью, которую она когда-либо видела. — Молли, ты мне все покажешь?
Ария не стала ждать ответа. Желание увидеть Перри, да и забыть о руке, было непреодолимым. Нырнув в щель входа в палатку, она остановилась как вкопанная.
Она подняла глаза, охваченная внешним видом пещеры — огромной необъятности, которая ощущалась как близко, так и повсюду. В темноте наверху перед ней предстали сталактиты разных размеров, в темноте, совсем не похожей на ту, в которой она пребывала в лекарственной дреме. Та была пустотой, небытием. Эта же темнота обладала звуком и громкостью. Она казалась всеохватывающей и живой, постоянно низко гудящей в ее ушах.
Она глубоко вздохнула. Прохладный воздух нес аромат солоноватого дыма. Запахи были настолько сильными, что она чувствовала их вкус.
— Для большинства из нас темнота самая трудная часть всего этого, — сказала Молли, подходя к ней.
Ария увидела еще несколько палаток, расположившихся вокруг них, стоящие аккуратными рядами. Во мраке они казались оборванными призраками. Звуки, доносившиеся издалека, где мерцали факелы — хруст телеги, катящейся по камням, ровное журчание воды, умоляющее блеяние козы — все это неистовым эхом отдавалось в пещере, поражая ее чуткие уши.
— Когда не видишь дальше, чем на сорок шагов, — продолжала Молли, — легко почувствовать себя в ловушке. Слава небесам, что пока это не так. До этого еще не дошло.
— Как там Эфир? — спросила Ария.
— Хуже. Бури бывают каждый день с тех пор, как вы приехали, некоторые проносятся прямо над нами. — Молли провела рукой по здоровой руке Арии. — Нам повезло, что у нас есть это место. Хотя иногда и тут бывает нелегко.
Образ Грезы, рассыпающейся в прах, возник в голове Арии. Ее дом исчез, и поселение Потока тоже было заброшено.