Как молоды мы были...

Колесов Дмитрий Александрович

Бабушка мне рассказывала, за что ефрейтор Овсиенко получила свой единственный орден, в 43-ем году на Курской дуге. Побитый ИЛ сел на полосу с раненным летчиком, убитым бортстрелком и с не оторвавшейся от подвески бомбой. Если убирать самолет с полосы техникой, то может взорваться бомба и взлет-посадка будут заблокированы. Ожидать прибытия саперов не было возможности, так как полк был на боевой работе и потерянное время — это жизни солдат на поле боя. Оружейник Овсиенко сняла бомбу с подвески и столкнула ее в подготовленную рядом с полосой щель. Где этот подарочек и взорвался. Контузия, госпиталь и награда нашла героя по возвращению в родной полк. Проза и героизм войны.

А время шло к весне 1960 года и в марте мы вышли на

ходовые испытания после ремонта. Перед началом курортного сезона, нашему буксиру было много работы — в основном проводить плавкраны и баржи к местам ремонта причалов и отсыпки гальки или даже щебня на размытые штормами пляжи. Режим работы простой — с утра к месту работы, вечером домой. Ну и весь световой день переставлять несамоходные плавсредства с места на место. Вроде просто, а возни много и маневрирование в непосредственной и опасной близости от объектов и берега — сложное действие, даже для опытной команды. Однако были и работы по специальности, как морского буксира. Довольно часто мы осуществляли проводку несамоходные плавсредства в Николаев, Херсон, Одессу. И все же основная акватория нашей деятельности простиралась от Керчи до Евпатории, ограничиваясь курортным побережьем Крыма.

Кроме всего прочего — работы, учебы, тренировок, занятий иностранными языками, меня еще и зачислили на курсы управление малыми самоходными судами прибрежного плавания. Катерами, проще говоря. В Ялте наступал новый курортный сезону и порт готовил возможную подмену плавсоставу катеров курсировавших вдоль побережья Крыма. У меня образовался сплошной завал. Стоит ли говорить, что приглашение в организованный на спортивной базе Волгограда летний спортивный лагерь юношеских сборных СССР по боксу, присланное в спорткомитет Крыма и переданное Маркизу, было мной категорически отклонено. На вопрос Маркиза, желаю ли я съездить в лагерь, чтобы других посмотреть и себя показать, а так же получить полную форму сборника СССР. Я ответил отказом, да тренер меня и не уговаривал. Курортный сезон — это наше все.

Глава 3. Гегемон

Ялта. Июль 1960 года.

Неделю назад я прошел портовскую квалификационную комиссию и получил удостоверение моториста. Теперь я уже официально являюсь мотористом морского буксира «Богатырь». И еще раньше, по окончанию курсов по управлению самоходных малых судов, был прикреплен стажером на прогулочный катер «Ласточка». Недавно самостоятельно ходил с отдыхающими санатория «Шахтер» на морскую прогулку. Матросом у меня был Санек, а его добровольным помощником попросился Вал. Парни с исключительно серьезными лицами отдавали мне честь и на все чихи спрашивали разрешение. Потом всем рассказывали, что я в натуре смотрелся кэпом — злой, босой, в одних трусах, но зато в фуре с крабом.

Ходили в Гурзуф, где в примерно трёх кабельтовых от береговой линии пацаны навесили по бортам катера трапы и сбросили спасательные круги. Купание на глубине совсем не то, что на пляже — чистейшая вода и глубина… многие женщины просили одеть им спасательные жилеты и плавали в них. Я зарядил рыбакам пару литров столичной и они сделали на всех классную шкару, да еще, по-быстрому, копчушку из свеженькой ставридки. Объеденье, кроме того у наших пассажиров было с собой. И они неплохо отдохнули. Хотя я всех предупреждал, что на борту сухой закон. Но кто я для бригадира рыбаков, кап раза в отставке и шахтеров, из которых двое были Героями Социалистического Труда? Попросил своих ребят максимально серьезно отслеживать морскую обстановку и внимательно следить за купающимися. Все обошлось. В санатории теперь образовалась очередь, из желающих на морскую прогулку. Записываются даже те, кто вообще до пляжа не доходит, за весь отдых. У стакана застревают, а так как шахтеры, мужики ушлые и денежные, то они стали просто заказывать у рыбаков

и шкару, и напиток рыбацкий. Кстати, деньги они мне сами собрали по прибытию — больше пятисот рублей. По полторы сотни отдал парням. Хватит каждому и на маску хорошую, и ласты приличные. В принципе, за сезон нормально можно заработать, если такую цель иметь. Но это на любителя. Лично мне, примитивно гоняться за башлями, собирая с людей рублевки, было скучно и как-то… не в дугу. Ребятам тоже.

Сегодня из порта подогнали кучу статей на перевод. Предупредили, что в большей части, это директорский заказ. Поэтому вполне возможно, что ремонт в нашей квартире выполнят строители порта из своих материалов и по государственным расценкам. Так мне пояснили компетентные граждане. Однако нужно будет учесть личную заинтересованность трудящихся. Особенно в очень достойном виноградном продукте… ну это дед сам знает. Поэтому, ты за свою работу товарищ, а мы за за свою. Товарищи дружно опрокинули граненные соточки и закусили помидорами. Кто не работает, то ест. Называется.

Саня решил пойти по моим стопам и летом походить матросом на прогулочных катерах. И просил меня посодействовать. Я, сначала, получил добро Петровича, моего первого капитана, а затем и разрешение от его вышестоящего начальства. Оказалось, что меня в порту знают. Наверное помогает, выставленный в приемной секретаря профкома, Кубок лучшему боксеру всесоюзного юношеского турнира. Который у меня попросили на выставку достижений, так сказать.

— Теперь вижу, что ты не хвастался перед отъездом, — сказал тогда кэп.

— А то, — встав по стойке смирно подтвердил я, под общий смех команды.

Наступил уже август и дома была толпа приехавших отдыхать родственников. Поэтому я уступил свою верандочку молодой семье пензяков, а сам попросил у кэпа разрешения ночевать на судне. Типа постоянный ночной вахтенной. Подвесил гамак на палубе, чай на камбузе всегда есть, пара булочек и — завтрак. Поужинать всегда можно было с ресторанной кухни. Благо сам ресторан находился в здании порта, совсем рядом с нашей постоянной стоянкой. Ко мне часто приходили в гости Саня и Вал, нам всегда было о чем поговорить… или просто помолчать в дружеской обстановке. Вот так я и обретался до середины сентября, а затем вернулся ночевать домой.

Пора было начинать серьезно учиться, все-таки вечерняя школа не дает знаний достаточных для поступления на дневной отделение ВУЗа. Аттестат дает, но и только.

Поэтому решил обсудить этот вопрос с супругой тренера, все-таки она учительница с большим стажем.

— Мария Михайловна, — к ней все обращались по-русскому аналогу испанского имени, — после школы хочу поступать в технический вуз. Нужны репетиторы по математике, физике, химии. Думаю, что сочинение сумею написать сам. Вы можете мне кого-либо посоветовать?

— Коля, обычно, хорошие преподаватели надомники берут много. Потянешь?

— Потяну и лучших, поднакопил финансов. Но желательно что бы учитель жил рядом с моим домом и занятие были в вечернее время. Кроме вторника, четверга, субботы и утра воскресенья, тогда у меня тренировки.

— Хорошо, я поспрашиваю нужных людей. Мануэль тебе скажет, когда подойти узнать результаты.

Все удалось, опытный преподаватель согласился поработать репетитором по всем трем предметам, что не не являлось проблемой для выпускника физико-математического факультета пединститута. Борис Михайлович работал в старших классах моей бывшей школы, в которой продолжали учиться Саня с Валом. И они отзывались о нем неплохо, как об авторитетном преподавателе и неплохом человеке, хотя он и работает в школе меньше года. Было одно но, у них с женой было двое парней погодков, ради здоровья которых они и обменяли московскую квартиру на квартиру в Ялте. А теперь собирались переезжать в другой район. Причина была банальна, их парней травила местная шпана. Почему так случилось уже все забыли, а противостояние продолжалось.