Как на роду написано ...
Шрифт:
Выходить из автомобиля гости не спешили. Они внимательно рассматривали партнёров через окна автомобиля, держа в руках ружья.
Владимир поднялся с пенька, вышел на дорогу и подошёл к машине со стороны водителя, демонстрируя пустые руки. За рулём сидел Михаил.
– Здравствуй, Миша! Я – Вовка, то есть Владимир Петрович Соколов. Привет и тебе, Борис, - проговорил он, обращаясь к пожилому мужчине на соседнем сидении.
– Не стесняйтесь, вылезайте на свежий воздух, проходите в дом. Там места для всех нас хватит. Этот парень на пеньке – Лёва, мой партнёр. Больше здесь никого нет.
–
Михаил и Борис, держась очень настороженно, всем своим видом показывая, что они вооружены и очень опасны, вылезли из автомобиля и прошли вслед Владимиру во двор, где, кивнув Лёве, уселись на приготовленные для них пеньки.
– Для начала я расскажу Вам, что случилось со мной после смерти от ковида, - проговорил Володя. – Попробуйте выслушать мою историю не перебивая, я и сам собьюсь, настолько она невероятная. На вопросы отвечу позже.
Как Вам известно, я заболел ковидом и был отвезён скорой помощью в госпиталь в Коммунарку. Болезнь протекала очень тяжело. Я был положен под ИВЛ, но организм не выдержал, и я скончался. Напомню, что на мне был надет амулет, который я называл оберегом, доставшийся мне от отца. Это был небольшой кусок неизвестного мне минерала цвета зелёного бутылочного стекла, висящий на серебряной цепочке, продетой через отверстие в минерале и висящей на моей шее вместе с крестильным серебряным крестиком. Как ты мне сказал по телефону, - проговорил Владимир, обращаясь к Михаилу, - ты его снял с меня и взял себе на память обо мне, убедившись в моей смерти. Так вот, после смерти я оказался в теле поручика российской армии Северцева Владимира Павловича, находящегося в госпитале и умирающего от ран, полученных в стычке с солдатами, находившимися под его командованием, перевозимыми на сухогрузе из Франции через Средиземное море в Алжир в порт Оран в начале января 1920 года. Это были остатки третьей особой пехотной бригады Российской армии, которой командовал генерал-майор В.В. Марушевский, отправленные в 1916 году русским императором на помощь французам в Первой мировой войне.
Думаю, что перенос моей души из тела умершего Соколова в 2019 году в тело умирающего Северцева в 1920 год произошло с помощью оберега, который не только произвёл перенос души, но и помог выздороветь поручику. Другого объяснения у меня нет. У выздоровевшего поручика, чему очень удивлялись врачи госпиталя, которые предрекали тому неминуемую смерть, осталась в памяти вся его жизнь до попадания в госпиталь в Оране плюс память о прошлой жизни Соколова. Именно поэтому, попав в этот свой старый мир с помощью Левы, ставшего моим партнёром по бизнесу в начале двадцатого века, о чём будет отдельный рассказ, я сумел связаться с тобой, Михаил, по телефону, а теперь и вживую встретился в этой деревне.
Я теперь воочию знаю, что существуют параллельные миры Земли, в которые возможны переходы живых людей из одного в другой через особые хода, называемые порталами, а также реинкарнации и вселение душ умерших. Причём имеются миры, очень похожие на этот, в котором мы сейчас находимся, так и значительно отличающиеся друг от друга. Например, я встретился с Левой в мире, где шёл 1922
Гости молчали, пытаясь осознать услышанное.
– То есть, Володя, ты живой человек, не мёртвый? Не зомби какой-нибудь, не вурдалак и т.п.? И крест носишь, и молитву можешь прочитать?
– Почему нет? – проговорил Владимир и предъявил крест, висящий на его груди и тут же прочитал «Отче наш …» и перекрестился.
Ответь на некоторые мои вопросы. Всего их три. При двух событиях присутствовали только я и ты, при третьем – ты и Борис. И мы никому о них не рассказывали!
– Спрашивайте!
– Вспомни первую встречу со мной. Когда это произошло и что случилось?
Владимир задумался. Молчание тянулось пять минут. Наконец он заговорил.
– Училище в Голицыно. 1981 год. КПП. Я прибыл для прохождения службы после командировки в …, пожалуй, это лишнее. Ночь. Три часа утра. Я вхожу в КПП и вижу дежурного курсанта, спящего на посту. Это был ты. Я беру в руки автомат, отхожу от тебя на два шага и бужу тебя. Ты вскакиваешь, видишь перед собой незнакомого офицера с твоим автоматом в руках и понимаешь, что попал! Потом наш разговор. Я вернул тебе автомат, ты вызвал дежурного по училищу офицера. Последствий для тебя не было никаких. Ничего не забыл?
– Всё так и было. Второй вопрос. Я и ты в Бильбао. Второй день сидим под арестом на таможне. Борьку увели на допрос. Что я тебе сказал?
– Просил позаботиться о Дашеньке, если я останусь в живых.
– Всё верно. Теперь вопрос Бориса.
– Что я тебе сказал при передаче конверта на хранение в твоей квартире в 2018 году?
– Это для Константина. Сохрани. Если будет жив – заберёт сам. Если сам не сможет, я пришлю Олега. Пароли – прежние.
– Всё верно. Кстати, где конверт?
– Спрятан, и надеюсь сохранился.
Все молчали, обдумывая итоги «вечера вопросов и ответов».
– Не пора ли нам определиться, что будем делать дальше: то ли возвращаемся в Москву, то ли переночуем в Валдае, а уж завтра с утра отправимся в Москву, - спросил Лёва.
– Да, уже полвосьмого, - встрепенулся Михаил, - тут есть недалеко небольшой частный кемпинг: и переночевать можно и хорошо поесть. Заодно и поговорим. Поехали?
– Для ночёвки в кемпинге требуются документы? У нас их нет, - проговорил Владимир, - не успели обзавестись ещё в этом мире.
– Хватит и тех, что мы покажем, - сказал Михаил, - его владелец – мой друг.
– Тогда – в путь!
Кемпинг «Счастливый отдых» располагался в ста метрах от трассы «Санкт-Петербург – Москва» и представлял собой алюминиевый ангар с ресепшен, небольшим кафе, магазинчиком, блоком душевых и туалетом с разбросанными вокруг него пятнадцатью небольшими домиками на два и четыре места. Все домики были утеплённые, имели туалеты, водопровод и электричество. Зимой кемпинг также пользовался популярностью, так как имел большую расчищаемую от снега стоянку для большегрузных фур.