Как на роду написано ...
Шрифт:
«Похоже, именно так выражается у Луизы радость встречи со мной.»
– Дорогая, я тоже очень соскучился по тебе и рад тебя видеть. Расскажи, как ты жила прошедшие три недели здесь, чем занималась? Поделись своими успехами.
– Если ты оглядишься, то заметишь, что твой участок уже обнесён отличной оградой, через которую не проберётся ни один бомж или нарик. И уже началась разборка развалин дома и гаража. Сейчас эти работы выполняют три человека, живущие в бытовке, установленной у ворот. Все некондиционные материалы тут же вывозятся на свалку.
– А как обстоят дела со строительными чертежами? Архитекторы привязали строительные объекты, о которых я говорил, к местности?
– Работы ведутся, срок их выполнения – двадцатое января. И хватит меня расспрашивать о всякой ерунде! Расскажи лучше о себе и часто ли ты вспоминал обо мне?
Вскоре автомобиль Луизы остановился у дома, и Лёва оказался в её квартире. Неожиданно для себя он увидел там отца и деда Луизы.
– Здравствуй, Лев! Мы не очень нарушили твои и Луизы планы, появившись здесь без предупреждения? – проговорил дедушка.
– Как сказать… Это несколько неожиданная встреча. Я, конечно, всегда рад Вас видеть, но лучше это делать подготовившись. Ведь любая неожиданность говорит о чрезвычайности, а это никогда не радует, по крайней мере, меня.
– Да, в этом конкретном случае так и есть. Луиза сообщила отцу о твоём ожидаемом появлении здесь, он – мне и мы решили встретиться с тобой сразу, как только ты появишься в Америке, поскольку буквально пару дней назад возникла неординарная ситуация, касающаяся в первую очередь тебя и затрагивающая Луизу.
Луиза сидела тихонечко в стороне, слушая разговор родственников с Левой, боясь, что её выставят за дверь.
– Вы меня заинтриговали. Как я понял из вступления, интрига касается в первую очередь меня, поэтому предлагаю перейти к существу вопроса.
– Предлагаю присесть за столик на стоящие вокруг него кресла, а Луизе – принести бутылку виски и немного мясного ассорти и маслины, - проговорил отец Луизы, - поскольку разговор предстоит не простой и нам потребуются определённые стимуляторы для поддержания соответствующего настроя.
«Вот это да! Даже дед не возражает, а ведь месяц назад еле ходил: в чём только душа держалась! Что же такое произошло в этой семье, что все её члены так озаботились и забеспокоились?»
Пока Луиза накрывала стол, выполняя пожелание отца, мужчины сидели молча и только переглядывались, тем самым повышая градус интриги.
– Господа, всё ли Вас устраивает из закусок? Извините за скромный стол, но я не ждала сегодня такого количества гостей!
– Всё отлично, Луиза, не беспокойся, теперь можешь отдохнуть, - проговорил отец. – Можешь погулять, пока мы обсудим некоторые вопросы.
– Ну уж нет! Я – такое же заинтересованное лицо, как и Лев! И я останусь с Вами!
Отец переглянулся с дедом. Тот только покачал головой: уж он то знал характер своей дочери, а характер внучки ничем от него
– Хорошо, оставался. Только слушай молча - нам не нужны твои комментарии! – проговорил дед.
Отец скрутил пробку с бутылки виски и плеснул янтарную жидкость в бокалы присутствующим мужчинам. Все только пригубили бокалы.
– Лев Алексеевич, я вынужден поделиться информацией, что о проведённом Вами моём омоложения узнали неизвестные лица и теперь стали этим меня шантажировать, - проговорил дед.
Глава третья.
В середине января Северцев снова появился в конторе нотариуса и получил от него полный комплект документов на зарегистрированную на его имя недвижимость. Он тут же отправился в свой дом, где обнаружил дворника, убиравшего мусор во дворе.
– Я – новый владелец этой усадьбы. Моё имя Северцев Владимир Павлович. Кто Вы и что здесь делаете?
– Я – дворник, Джеймс Борд. Мой контракт заканчивается двадцатого января, поэтому я продолжаю работать.
– Есть ли здесь ещё работники?
– Уже нет: у повара контракт закончился 31 декабря, и он ушёл, а горничная ушла неделю назад тоже после окончания контракта.
– Где Вы живёте?
– Во флигеле за каретным сараем. Там же жили и повар с горничной.
– Проводите меня туда, - проговорил Владимир.
Они прошли по узкому проходу между домом и каретным сараем и оказались перед входом во флигель. Дворник открыл дверь, и Владимир прошёл в небольшую прихожую, в которую выходили две двери и узкая крутая лестница в мансарду.
– Наверху жили повар и горничная: они родственники, дядя и племянница. Там две комнаты. Я живу здесь, - дворник открыл правую дверь, - в следующей комнате большая кухня, где мы питались, и туалет, - он открыл и вторую дверь.
Лева заглянул в кухню-столовую, потом в комнату дворника. Поднялся по лестнице в мансарду. Ещё две одинаковые комнаты.
– Отопление центральное?
– Да, в подвале дома стоит угольный котёл. Моей обязанностью было его топить.
– Пройдём в дом, покажешь, что там и как.
Дворник подошёл к проходу между каретным сараем и домом и открыл узкую дверь в стене дома – «чёрный ход». За ней оказалась маленькая комната с тремя дверьми: одна вела в прихожую, вторая в большую кухню, оборудованную электрической плитой, разделочным столом с мойкой и стеллажами вдоль стен с кухонной утварью и стоящим между ними небольшим ящиком-холодильником. Тут же в нише над столом был установлен маленький ручной механический лифт для подачи еды на второй этаж в гостиную.
За третьей дверью начиналась лестница, ведущая в полуподвальное помещение. Оно был разделено на три части: в одной комнате стоял угольный котёл и бункер для хранения угля, над которым находилось окно для подачи угля с задней стороны дома. Следующая комната была приспособлена под прачечную. Третья комната была сушилкой, в которую подавался предварительно подогретый воздух от угольного котла электровентилятором.