Как стать хранителем
Шрифт:
На следующий день, у Мирона появилось несколько догадок, где найти описания этих существ, но вместо этого, он захотел осилить больше страниц. На это раз в уже упоминаемом рассказе о ордене, особый упор рассказа пошел о хранителях.
Упоминались хранители только одной ветви. Как немного погодя узнал Мирон, хранители оберегали семь амулетов, которые собирали лишь в день избрания верховного хранителя. Складывая в храме выбора все амулеты, они образовывали круг или если быть точнее причудливый цветок всех цветов радуги.
Если говорить о хранителях камня, то каждый из них имел солидное
Пролистав пару страниц, Мирон обнаружил старые, но весьма различимые рисунки. На них изображался молодой человек, где было подписано - основатель академии.
Он представлял собой, стройного высокого парня, с развитой мускулатурой, острым и внимательным взглядом, и одетым в скромный наряд. Немного в стороне около него был запечатлен маленький дракончик, присматриваясь на свет Мирон определил, что он был рубинового цвета, правда было одно но. Не было понятно, то ли это знак семьи основателя, то ли это на самом деле обитали такие диковинные существа, ведь рисовальщик не утруждался в вырисовывании местности, ограничившись парой штрихов.
Примечательно, что у дракончик не было торчащих отростков со спины, челюсти да и вообще где либо, хотя во многих книгах их описывали огнедышащими с щипами в размер с локоть человека не меньше. Только когти выделялись как самая острая часть тела. В отличии от виденных когда либо ранее рисунков, у этого существа был небольшой стреловидный хвост и достаточно широкая и не длинная шея. Рисунок очень понравился Мирону, что он хотел даже забрать его с собой.
Если на одном рисунке они были запечатлены строгими как на портрет, то на многих других они были нарисованы в случайный момент. Ну например, вторая картинка показывала, как персонаж одетый в легкий кожаный доспех и перчатки боролся с тем же дракончиком, причем тот был ему едва по пояс, на четвереньках.
Мирон смотрел на это и не знал как реагировать. Его смутило, что в реальности в академии он не видал ни одного узора похожего на узор шерсти или чешуи существа, еще вызывало сомнение назначение этой литературы. Она была похожей больше на небрежно написанный роман, чем на действительность, а уж о существовании неудачливых курсантов-фантастов, он не сомневался. Мирон хоть и был романтиком, но почти с уверенностью предположил, что от скуки он сам и не такого напишет, и пылиться ему придется не один век.
Дома ему не разрешили и собаки завести, а тут такое... Сам факт нереальности истории и в то же время романтичности и очаровывающей новизны волновали нервы. Однако после прочтения и представления как оно было, в душе Мирона оставалась лишь непонятная обида и тихая зависть.
Однажды Мирон втихую завел себе питомца, поймал луговую ящерку, с зелеными и коричневыми оттенками и маленькими карими глазками, но добром это не кончилось. Уже зимой она удрала из самодельного террариума и спустя месяц была найдена им в подвале под железным ведром, придавленным сверху из-под которого у нее не было шансов выбраться. Можно было подумать
После картинок в книге описывались моменты из жизни, хоть их было не так много, но там было чего почитать, и о чем помечтать.
Допоздна сидеть Мирон не стал, однако уснуть ему сразу не получилось, мысли и яркие образы надоедливо возбуждали разум, мешая спать. Только уже за полночь он уснул, чему утром был очень не рад.
Одно порадовало, что следующий день прошел тихо, даже слишком. Немногим больше недели осталось до долгожданного посвящения, а за ним и новый распорядок. Привыкая к повседневности - время ускоряло свой ход...
***
На улице вовсю шла золотая осень. Березовые листья горой лежали на еще зеленой траве, окрашивая живой ковер в причудливые краски.
Хоть на улице было холодно, общая атмосфера ожидания посвящения, и упрощенная зарядка, составили настроение на день.
На привычном утреннем построении курсанты с оживленным ожиданием ждали слов Малурентия. Тот, прохаживаясь перед ними, довольствовался сияющими физиономиями, и вдоволь налюбовавшись, приступил к разъяснению.
– Поздравляю вас с окончанием самой тяжелой части подготовки. За это время вы все прибавили в силе, выносливости и теперь вас ждет новый распорядок.
После завтрака будет теперь небольшая практическая подготовка с препятствиями. После обеда около двух часов, теоретических основ боя, а после них будет практическое закрепление боевых навыков и умений. Итого у вас освободится еще пару часов до ужина. Кстати сразу предупреждаю, в стремлении развлечь себя, я настоятельно не советую приставать к девушкам, из спец назначения, они хоть и милые, но можете отхватить "неслабыхъ щщей".
– Один уже отхватил- раздался тихий шепот Карла, но мастер стоя спиной к нему услыхал и лишь скромно улыбнулся обернувшись в их сторону.
– По решению главы завтра у вас будет почти выходной: Состоящий из небольших тренировок до обеда, затем следует торжественное посвящение, с праздничным обедом... Все курсанты за время подготовки празднуют всего два праздника. День посвящения и день выпуска - Сделав глубокий вздох, и посмотрев вдаль, он продолжил - Теперь вы сами обязаны выбрать в каких направлениях вы хотите развиваться, список вам будет предложен на занятиях, на следующей неделе. Выбрать и окончательно определиться будет еще неделя. А теперь если нет вопросов, как обычно, десять кругов, средним темпом.
Строй дружно повернулся и не спеша побежал, плавно растягиваясь на удобные пары.
Мирон на занятиях работал в паре с Дарнеллом, так как он наиболее ближе был по телосложению, и в частности с которым неплохо сдружился. Его честность и простота особо нравились Мирону.
От раздумий, в которые он внезапно окунулся, его отвлек Дарнелл.
– О чем задумался?
– Да я тут вспомнил...
– чуть не упав очнулся он - Недавно я заметил небольшое дупло в дубе.
– И чего в этом особого? Дуб большой, старый... Нет! Ты же не хочешь сказать что...
– растерялся Дарнелл, поняв задумку Мирона.