Как стать миллиардером
Шрифт:
– Договорились, – сказала я. – Только не тяни, дело срочное. Обязательно перезвони сразу же.
– Бу сделано, – гаркнул Фродо, подражая какому-то виртуальному вояке. – Все, отбой.
Тем временем все еще красная как рак менеджер сообщила, что беглый управляющий найден у себя в кабинете и согласен с нами встретиться.
Это оказался невысокий полноватый мужчина, одетый явно не по сезону в толстый синий джемпер.
– Здравствуйте, Дмитрий Иванович, проходите, – начал было он. – Да, я уже слышал, какая ужасная трагедия…
– Где
– Простите, я понимаю, все это очень странно прозвучит, – замялся управляющий. – Видите ли, их утром забрал Константин Вячеславович. Всю сумму.
– Всю? – переспросил Умецкий. – И вы ему вот так взяли и отдали?
– Не совсем просто. Константин Вячеславович требовал всю сумму в валюте, но наличных долларов и евро у нас в таком количестве не оказалось. Незначительную часть, что-то около пятидесяти тысяч, пришлось выдать рублями.
– Я не об этом вас спрашиваю, – снова перебил Умецкий. – Почему вы отдали ему деньги без моего согласия?
– Но этот пункт входит в договор, – любезно улыбнулся управляющий. – Могу попросить принести копию. Любой из учредителей «Феникса» распоряжался счетом без согласия второго соучредителя. Как Константин Вячеславович, так и вы могли в любой момент потребовать всю сумму или часть ее, как наличными, так и в любом другом виде…
Мой мобильник проиграл стандартную заставку «Виндовс». Я извинилась и встала из-за стола.
– Да, Фродо, слушаю, – сказала я, выйдя за дверь. – Что у тебя?
– Все путем, – ответил Сережа. – Пробил я твой номерок. Все как полагается: фамилия, имя, отчество, дата покупки.
– Сейчас, подожди, я только ручку возьму, данные записать, – сказала я.
– Можешь не брать. Фамилия уж больно запоминающаяся, – сказал Фродо. – Фюрер.
– Что? – закричала я.
Тем временем голоса в кабинете управляющего звучали все громче. Следовало опасаться, что вот-вот в ход пойдут кулаки, но после моего вопля мужчины растерянно смолкли.
– Ну да, Фюрер Борис Карлович, – безмятежно продолжал Сережа. – Карточка «билайновская», куплена два дня назад. А ты что, его знаешь?
– Да, мы знакомы, – зачем-то призналась я. – Ладно, Фродо, спасибо, выручил. Я тебе позже перезвоню, если что. Пока.
Когда я вернулась в кабинет, мужчины смотрели на меня с опаской, как на сумасшедшую.
– Скажите, пожалуйста, – обратилась я к управляющему, стараясь не замечать подозрительных взглядов. – Вы лично присутствовали при передаче денег?
– Да, разумеется, – кивнул управляющий. – Четыре миллиона – это не та сумма, которую можно выдать в мое отсутствие. Даже если бы меня в этот момент не оказалось на месте, меня бы обязательно вызвали.
– Вы можете опознать человека, взявшего деньги? – задала я следующий вопрос. Дождавшись утвердительного ответа, вынула из кармана фотографию Бори и положила перед управляющим: – Это он?
– Послушайте, девушка, а вы, собственно, кто такая? – спросил управляющий,
– Допустим, – согласилась я, пряча фотографию в карман. – Но ведь три с половиной миллиона – это не пятнадцать копеек, их в карман не положишь. Разве что в чемодан, да и то не во всякий. Серегин был с чемоданом?
– Не три с половиной, а почти четыре, в пересчете на доллары, – поправил меня управляющий. – А положил он их в большую красную спортивную сумку. «Коламбия», как мне показалось. Впрочем, здесь я могу и ошибаться.
– Он был один?
– Да, сам вел машину, – ответил управляющий. – Так что его водителя, чью карточку вы мне зачем-то показали, я сегодня вообще не видел.
– Последний вопрос, – сказала я. – Вы не припомните, в котором часу это было?
– Между девятью и десятью. Если вам нужно точное время, могу спросить у Леночки. Это не человек, а хронометр на ножках. Помнит все до минуты.
– Нет, спасибо. Дмитрий Иванович, мне срочно нужно в одно место сгонять. Вы здесь надолго?
– Надолго, – ответил Умецкий, плотоядно посмотрев на управляющего. – Езжайте, Евгения Максимовна, я как-нибудь на троллейбусе доберусь. Заодно и молодость вспомню. Впрочем, постойте, давайте я вас хоть до выхода провожу, – Умецкий снова повернулся к управляющему и приказал хорошо поставленным командным тоном: – А ты сиди здесь, жди. Я сейчас вернусь.
Управляющий, до этой секунды державшийся молодцом, такой наглости не ожидал. Он открыл было рот, собираясь что-то ответить, но слов все не было. Так он и остался стоять с разинутым ртом, растерянно хлопая глазами.
Выйдя на крыльцо, Умецкий первым делом вытащил сигарету, прикурил и только после этого поинтересовался:
– Евгения Максимовна, а в самом деле, на фига вы этому уроду Борькину фотку совали? Думаете, он с шантажистами связан?
– А вы так не считаете? – вопросом на вопрос ответила я.
– Да нет, наверно, – пожал плечами Умецкий. – Не похоже это на Борьку. Да и бабки забрать мог только Костян, это точно. И вообще, я думал, что… – Умецкий вдруг замолчал, потом махнул рукой и добавил: – Впрочем, нет, ерунда. Не берите в голову.
– Нет уж, Дмитрий Иванович, договаривайте, раз начали, – потребовала я.
– Да так… – начал Умецкий. – Ерунду я думал, не обращайте внимания… – продолжал мямлить он. Я широко раскрытыми от удивления глазами наблюдала, как суровый, решительный и бескомпромиссный Умецкий заливается багрянцем, словно воспитанница института благородных девиц. – Короче, я думал, что у вас с Борей… ну, это… В общем, отношения. Любовь-морковь! – выпалил, наконец, он, пылая уже и вовсе инфракрасно.