Шрифт:
ГЛАВА № 1. О предложениях, кандидатах и кризисе
Когда в один безрадостный день мне стукнуло тридцать, я думала, что сойду с ума от несправедливости. Мне?! Тридцать?! Да я ведь даже замуж выйти не успела и ребенка не родила, и чувствую себя максимум на двадцать пять! А можно мне скосить хотя бы год, а?
Нельзя, как оказалось.
С утра пораньше, не приняв во внимание предостережение «Молчи, а то убьет!», которое явно читалось у меня в глазах, сотрудники облагодетельствовали сувенирные лавки и наказали мой новый стол, завалив его безделушками. Но мало того — вечером они устроили грандиозный праздник с тостами о здравии и во имя, чтобы я уж точно не забылась. Отчасти такой активности способствовало, что мы работаем в Event-агентстве
Признаюсь, я едва удержалась от соблазна отомстить Сонечке увольнением, но она хороший специалист — это раз, и два — я не хотела показать страха перед цифрами. Об этой фобии знали только две моих подруги — Лиля и Катерина, с которыми я и провела тот день. Они уже прошли через эту дату, они меня понимали и были в курсе, как и что солгать в утешение, чтобы жизнь снова заиграла радугой.
Тридцатилетие я пережила и думала, что с минимальными моральными потерями, но спустя два месяца, когда депрессия прошла, а я уверилась, что кризис среднего возраста это — тьфу, ерунда, да его просто нет, все выдумка, ко мне в квартиру заявился зеленый человечек с предложением выйти замуж! Увидь я его в день своего рождения, я бы молча вызвала скорую и подождала, пока меня заберут и подлечат. А так мне стало крайне любопытно поболтать с ним, узнать, почему сумасшествие задержалось и вообще, последний раз мне делали предложение два года назад.
Но мобильный я из сумочки достала.
Пока при памяти.
— Итак, — проверила зарядку на телефоне — почти полная, не на один вызов хватит, а то в городе психов развелось, с первого раза могут и не доехать. А мне важно прийти в себя до свадьбы мэра, чтобы заказ, о котором я всю жизнь мечтала, не привел к краху моего бизнеса только потому, что ко мне в гости без предупреждения нагрянула псевдостарость с последствиями. — На чем мы остановились?
— На том же, — проскрипел зеленый человечек, сверкая желтыми глазами, и я невольно умилилась удачно подобранной цветовой гамме: зеленое с желтым — модно в этом сезоне. — На замужестве!
— Ах, да… — я поправила диванную подушечку, перевернулась на бок, чтобы лучше видеть гостя. Диван большой, подушечка мягкая, галлюцинации мои, почему бы не рассмотреть с удобствами?
Однако, гость от моего внимания был явно не в восторге — поморщился, что не украсило его и без того перекошенное лицо, и если моя стильная настольная лампа в виде глобуса не подводила — еще больше позеленел. Не нравлюсь я ему, видать. Эх, сдаю позиции, точно сдаю, если уже и такие носом крутят! Крупным носом, кстати, и острым, как орлиный клюв, а взгляд желтых глаз такой выразительный, что без сомнений угадывалось одно желание — заклевал бы!
Вообще очень выразительный гость. Его бы Катерине показать — она любитель нафотографировать все необычное, а потом устроить вечер загадок: угадай, что на снимке? Иногда она и сама понять не могла, что там в кадр попалось, но на выставках ее работы расхваливали и в последнее время даже начали покупать. Покупали, кстати, активно, что позволило ей продать свою двушку в хрущевке и переехать в этот новый дом следом за мной.
Позвонить ей, что ли? Пусть захватит фотоаппарат и приходит? Мартини у меня есть — на тот случай, если галлюцинация исключительно для меня, и подруга начнет упрекать, что во-о-от, зря спускалась на целый этаж в девять вечера да еще воскресного дня! Там ведь по телевизору как раз такая увлекательная реклама шла! Несмотря на сто с лишним каналов, в последнее время по телевизору я только на рекламу и попадаю. Катерина тоже. Лиля принципиально телевизор не смотрит. О, может, и ей позвонить? Правда, здесь, если что, одним мартини не обойдешься. Во-первых, потому что Лиле не спускаться, а подниматься
Ладно, посмотрю пока на глюк одна, а подружки, может, сами заскучают и придут. В конце концов, предложение руки и сердца, пусть даже от такого кандидата — это дело лишь двоих, так сказать, интимное.
Н-да, а кандидаты-то, несмотря на мой финансовый рост, обмельчали. Предыдущий был метра полтора, и это при моем метр семьдесят шесть без каблуков, а этот вообще не выше тридцати-сорока сантиметров. Я бы легко приняла его за домового, но раньше в моей квартире (новой, двухкомнатной, улучшенной планировки) такой живности не водилось. Впрочем, когда я сюда переехала, мне было всего двадцать девять, и я еще не подозревала: насколько сильно по мне ударит возрастной кризис.
Нет, если не придираться, и закрыть глаза на маленький рост, огромный нос, взгляд как у светофора, худобу и цвет кожи, то мужичок ничего так. Волосы вот у него густые, темно-каштановые, до плеч, по всей видимости, чистые и свои, одежда мрачная, но опрятная, эффектный плащ с капюшоном, что настраивает на романтизм, невольно отсылая мысли к Робин Гуду и Зорро, пивного животика нет, все более-менее пропорционально, авантюрист и шутник, судя по его предложению и серьезному виду, с которым он ждет моего согласия. А тяжелый взгляд явно намекает, что отказ как вариант не рассматривается, и вообще, такая честь выпала, а я неблагодарная — вместо того, чтобы броситься на шею с криками: «Спаситель! Ура! Наконец-то!», разлеглась, понимаешь ли, на диване и тяну паузу.
А пауза, кстати, действительно, затянулась.
— Ну, хорошо, — смилостивилась я, переживая, как бедняга воспримет отказ, — итак, вы хотите, чтобы я вышла за вас замуж…
Зеленый человечек побледнел, желтые глаза загорелись, как вспышка на фотоаппарате Катерины, хорошо, что у меня опыт позирования богатый — вовремя успела зажмуриться. Человечек спрыгнул с кресла, на котором восседал, как на троне, и прохрипел:
— Сумасшедшая! Какого демона ты мне сдалась?!
Ну, что ж, похоже, как и в случае с предыдущим желающим жениться на мне, я слишком затянула с ответом. Вот и не хотелось мне за него замуж, а вдруг так обидно сделалось, что не поленилась, встала с мягкого дивана, прошлась на кухню, открыла холодильник и достала мартини. Так, расписанный вручную бокал, с которого на меня томно взирали два оранжевых глаза, чудом уцелевшая в холодильнике шоколадка, и через пятнадцать минут настроение снова вернется.
Я сделала первый глоток и едва не поперхнулась от ворчания сзади:
— Ты еще и пьешь! — и такое искреннее возмущение, словно у зеленого мужичка все-таки были на меня меркантильные планы.
— А тебе-то какое дело? — я больше не видела смысла изображать вежливость, поэтому не обернулась, и уж конечно не бросила пить. Сделала еще глоток. — И вообще, раз мы все выяснили, и ты не хочешь на мне жениться, может, уйдешь? Не буду против, если так же бесшумно и внезапно, как и появился.
Сзади раздался тяжелый вздох, и установилась такая длинная пауза, что я почти осушила бокальчик. Обновляя мартини, обернулась. Никуда человечек не ушел. Стоял, дышал мне в колени, сверкал желтыми глазами, сжав челюсти — того и смотри, судорога сведет.
— Или ты передумал? — я добавила мартини, прошла мимо человечка обратно в гостиную, прилегла на диванчик, щелкнула пультом.
Зеленый гость зашел в гостиную минут через пять, но не уселся в кресле, как поначалу, а стал расхаживать передо мной, мешая смотреть рекламные новинки.
— Я в шоке! — видимо, устав полировать паркет, остановился. — Не представляю, что он будет с тобой делать! Насколько я не люблю драконов, но не понимаю, за что Харди такое наказание. Если бы Керопу — без вопросов, но Харди…