Как все началось...
Шрифт:
Что было безумием, совершеннейшим безумием. Сам случай не имел никакого значения. Просто с кем-то провел ночь. «Подумаешь», — решил Слейд, уставившись на дождь.
Но он видел не дождь, он видел снег.
Тяжелый и крупный, хлопья величиной с пятицентовую монету. В то декабрьское утро из свинцового неба Колорадо повалил снег. Самолет Слейда совершил вынужденную посадку, как и все рейсы, следовавшие из Денвера в восточном направлении.
Слейд пережидал задержку в весьма уютном,
Прошел час, а голос из громкоговорителя все объявлял об отмене рейсов. Прошел еще час, другой, третий. Снег продолжал падать, а небо — темнеть. Нетерпение Слейда возрастало.
Он возвращался домой в Бостон после долгих выходных, проведенных у брата в Калифорнии. Великолепные дни: смех, пляжный волейбол на побережье Малибу, недалеко от дома Трэвиса… Трэв, всегда такой занятый, отменил все свои встречи, что было почти невероятно.
«И вот теперь, — думал Слейд, сидя в зале и начиная нервничать, — все это отличное настроение улетучится, как дым, из-за какой-то дурацкой погоды».
Он вздохнул и велел себе прекратить брюзжание.
Чтобы не умереть от скуки оставался единственный выход: подыскать себе какое-нибудь занятие. Слейд уже проверил электронную почту, прочитал «Тайме» от корки до корки. «Что дальше?» — подумал он устало.
А потом он увидел женщину, сидящую наискосок.
Она, вероятно, вошла в зал недавно, пока он читал, иначе он заметил бы ее, как и любой другой мужчина в этой комнате. Они, конечно, старались не выказать интереса, остаться равнодушными, бросая на нее осторожные взгляды из-за развернутых газет, но Слейда в этих делах не провести.
Да и женщина, безусловно, заслуживала мужского внимания.
Цвет волос у нее казался то золотым, то медным, он напоминал ему утро ранней осени. Глаз не было видно — женщина смотрела на экран компьютера, лежавшего у нее на коленях, — но Слейд решил, что они синие.
На ней был деловой костюм, очень простой и хорошо сшитый, юбка прикрывала скрещенные ноги.
Слейд чувствовал ее раздражение, когда она что-то записывала в компьютер. «Та же модель, что и у меня», заметил он. Женщина пробормотала что-то себе под нос и подняла глаза — и он увидел не только ее глаза, которые действительно оказались синими, но и прелестное лицо.
Больше Слейд не колебался. Он подхватил вещи, подошел к ней и широко улыбнулся.
— А вот и ты, дорогая, — произнес он. Взгляд, которым она его одарила, мог бы и снег за окнами превратить в лед.
— Простите?
Он улыбнулся, выразительно посмотрел на парня рядом с ней и поблагодарил его, когда тот, поколебавшись пару секунд, уступил свое место Слейду.
— Я, — сказал Слейд, занимая освободившееся место,
Глаза у нее, казалось, совсем заледенели.
— Я вам не милочка. — Она оглядела его сверху вниз, рот у нее презрительно скривился. — Ты промахнулся, ковбой. Если эти ботинки сделаны для того, чтобы ходить, так доставь им это удовольствие.
— А-а, — мудро протянул Слейд, — понятно. Тебе кажется, я к тебе клеюсь?
— Бог мой. — Женщина опустила ресницы, которые оказались темными, густыми и невозможно длинными. — А ты хочешь убедить меня в обратном?
Слейд вздохнул, покачал головой, открыл сумку и достал запасной аккумулятор для компьютера.
— Как больно, когда тебя недооценивают, детка. — Он протянул ей батарею с самым невинным видом. — Тебе нужен аккумулятор, а у меня совершенно неожиданно оказался запасной. Ну как, похоже это на кадреж?
Она окинула его убийственным взором, и Слейду уже показалось, что его собираются отшить. Но вдруг уголок рта у его собеседницы дрогнул.
— Да, — проговорила она.
— Ну хорошо, ты права, — согласился он. — Но ты должна признать, что это изобретательно.
Она рассмеялась, он тоже. Вот так все это и началось.
— Привет, — сказал он и протянул руку, — я Слейд. Поколебавшись, она пожала руку.
— Лара.
Лара. Это имя очень ей подходило: мягкое, женственное, но с какой-то силой внутри. И рукопожатие у нее было сильным, почти мужским, а пальцы были длинными и изящными. Ее кисть утонула в его ладони.
Легкий электрический разряд пронесся между ними.
— Статическое электричество, — быстро сказала она и отдернула руку.
— Конечно, — кивнул Слейд, но он так не думал. И судя по румянцу, который заалел на ее милом лице, она тоже так не считала.
— Я слышал твою… ммм… беседу. — Он улыбнулся. — С аккумулятором. Я не расслышал, как ты его назвала, но у меня богатое воображение.
Она рассмеялась.
— Боюсь, я не была с ним достаточно вежлива.
— Я правда хочу отдать тебе запасной.
— Спасибо, я обойдусь.
— Ну, тогда возьми его на время. Чтобы закончить то, что ты делала.
— О Господи, что я делала! — Лара улыбнулась, и он вынужден был признать, что никогда прежде не знал, что улыбка женщины может осветить комнату. — Я собиралась поиграть в солитер.
Слейд ухмыльнулся.
— Компьютерный пасьянс… Изобретение века. В три карты или в одну?
— В одну, естественно, — чопорно ответила Лара, — с таймером, по правилам Вегаса.
— Панель с пальмами, да? Она расхохоталась.
— Ага. Мне нравится эта мордашка, которая ухмыляется, когда ты меньше всего этого ожидаешь.