Калигула
Шрифт:
После первого беглого осмотра Сабин отправился к Портовой улице, протянувшейся почти на полмили немного в сторону от театра. По обеим ее сторонам в самых дорогих и самых лучших торговых лавках выставлялось на продажу все, чего жаждала душа пресыщенной городской знати.
Но Сабину не было дела до разноцветных шелков, миниатюрной глиняной посуды, изделий из благородной древесины, украшений, ароматических масел и всего остального, что с каждым днем делает богатый город еще богаче.
В многочисленных лавках покупателям предлагались
О Елене и ее семье он знал лишь то, что ее отец судовладелец, а будущий муж — трижды проклятый Петрон! — из семьи кораблестроителей.
Сабин был в отчаянии из-за того, что тогда, в Эпидавре, ему не пришло в голову спросить имя отца Елены. С чего он должен был начинать? В Эфесе, вероятно, существовала тысяча Елен, и он не мог, в конце концов, ходить по пристани и спрашивать о судовладельце, дочь которого зовут Еленой. Значит, оставался только этот Петрон, за которым она была замужем, если, конечно, тогда сказала ему правду.
Поразмыслив, Сабин подошел к одному из кораблей и спросил о Петроне.
— Петрон? Такого не знаем. Но если тебе понадобится переправить…
Сабин быстро отошел и стал пробиваться сквозь толпу к южной стороне порта. Там как раз ремонтировали парусник. Несколько полуобнаженных рабов отскабливали нарост из ракушек и водорослей с киля, другие стучали молотками и что-то пилили на палубе. Сабин обратился к надсмотрщику.
— Прости, если мешаю работать, но я здесь впервые и хотел бы знать, сколько у вас всего площадок для ремонта и постройки кораблей.
Не отрывая глаз от работы, мужчина с бородой пробормотал:
— Здесь, в порту, две. Дальше вниз, вдоль канала, есть еще несколько.
— Есть ли среди их владельцев человек по имени Петрон?
Бородач отрицательно покачал головой.
«Я по-прежнему ничего не знаю, — подумал Сабин. — По-видимому, начинать надо было по-другому».
В следующий свободный день он надел самую лучшую свою тогу, заказал дорогие носилки и велел доставить себя к портовому управлению. Стоящему в дверях охраннику Сабин сунул монету и сказал что-то о необходимости поговорить с начальником.
— О ком мне доложить, господин?
— Тит Цестий из Рима. Хочу приобрести парусник.
Начальник тут же принял его и поднял в знак сожаления руки.
— Боюсь, ты зря сюда пришел. Я отвечаю за портовые налоги, слежу за погрузкой и разгрузкой судов, определяю места причала. Тебе лучше пойти на площадку, где строят корабли, и высказать свои пожелания там.
— Но я думал, ты сможешь порекомендовать мне хорошего кораблестроителя. Кто-то называл мне имя Петрона — или какое-то похожее.
—
Сабин поблагодарил и вышел. Через минуту ему в голову пришла спасительная мысль.
Он отправился в одну из таверн, где портовый люд и слоняющиеся без дела горожане сидели, ели, болтали или просто наблюдали за пестрой толпой, и обратился к хозяину.
— Мне нужен посыльный. Ты можешь порекомендовать кого-нибудь?
Тот оглядел свое заведение и крикнул:
— Клеон! Подойди сюда!
Высокий молодой человек не спеша встал и лениво направился к ним.
— У господина есть для тебя поручение.
— Ты хорошо знаешь эти места? — обратился Сабин к подошедшему.
Клеон ухмыльнулся:
— Я здесь родился и еще ни разу не уезжал из Эфеса.
— Хорошо, пойдем.
На улице Сабин спросил:
— Здесь есть платные писари?
Клеон кивнул и попросил господина следовать за ним.
Писари ожидали под небольшими деревянными навесами:
— Чем можем помочь, господин?
— Мне кусок пергамента.
Сабин написал пару первых пришедших на ум строк Катулла, сложил пергамент и велел писарю поставить восковую печать, а потом протянул Клеону.
— В порту есть две площадки для ремонта кораблей и вдоль по каналу еще несколько, да ты это и без меня знаешь. На одной из них — не знаю точно, на какой — есть некий Петрон. Хорошенько запомни имя: Петрон. Расспрашивай о нем так долго, пока не найдешь. Передашь ему это послание. Сколько стоят твои услуги?
Клеон плутовато улыбнулся.
— Это может занять много времени, особенно если мне придется искать на площадках вдоль канала. С пятью сестерциями тебе точно придется расстаться.
Сабин кивнул.
— Договорились. Я буду ждать в твоей таверне. Когда вернешься, получишь еще пять. И я хочу знать, где ты найдешь этого Петрона.
— Понятно, господин. Я уже побежал.
Сабин отправился обратно в таверну, заказал мяса и кружку вина. Мясо оказалось слишком острым, он с трудом съел пару кусков, а остальное бросил бродячей собаке. Та ловко поймала подачку, моментально проглотила и, виляя облезлым хвостом, принялась выпрашивать добавку.
«Тоже имеет право на свое маленькое счастье», — подумал Сабин и заказал еще порцию.
Против ожиданий, вино оказалось сносным, и трибун Корнелий Сабин так и сидел, потягивая его и подкармливая пса. Время тянулось мучительно медленно. Он заказал еще вина и принялся наблюдать за плотным рядом судов, мачты которых, будто исполняя танец, покачивались на набегающих волнах. Тут появился запыхавшийся Клеон и упал на лавку.
— Поручение выполнено! Твое письмо передано в нужные руки. А мне не помешала бы кружка вина.