Калуга
Шрифт:
Однако, несмотря на незначительность, со второй половины XVII в. Боровск делается очень известен как один из видных центров русского старообрядчества. В насаждении здесь раскола крепкое основание заложил сам пламенный протопоп Аввакум, дважды ссылавшийся в Пафнутиев монастырь. В первый раз его отправили сюда в конце 1665 г. и продержали до 13 мая 1666 г., когда представили его на собор: «и туда присылка была, тоже да тоже говорят: „полно тебе мучить нас, соединись с нами, Аввакумушка“»! С 3 сентября 1666 г. до 30 апреля 1667 г. его снова держали в Боровске. Игумену дана была инструкция: «вы б его, Аввакума, приняли и велели посадить в тюрьму и приказали беречь накрепко с великим опасением, что б он с тюрьмы не ушел и дурна никакова бы над собою не учинил, и чернил и бумаги ему не давать, и никого к нему пускать не велеть». Монастырские власти первоначально в своем рвении забили двери и окна темницы Аввакума. «К счастью, нашелся добрый человек, дворянин друг, Иваном зовут, Богданович Камынин (сын Калужскаго воеводы), вкладчик в монастыре, и ко мне зашел и на келаря покричал и лубье и все без указу разломал, так мне с тех пор окошко стало и отдух». Но строгости у монахов
212
Сестры были помещены в монастырь вместе с женою стрелецкого полковника Марией Даниловой после 19 апреля 1673 г., где содержались до самой своей смерти (11 сентября 1675 г.). См. сб. «Старина и новизна», кн. 20, М., 1916.
Нисколько не удивительно, что в XVII веке в Боровске сожгли еще 30 человек наиболее фанатичных раскольников, и воровские раскольники еще и в XIX в., по словам о. Леонида, считались самыми «злыми», т. е. закоснелыми.
Со времени образования губерний при Петре Великом Боровск вошел в состав губернии Московской [213] . А в 1776 г. он назначен уездным городом Калужского наместничества [214] . В 1777 г. был утвержден его герб, содержание которого навеяно подвигом князя Волконского: «серебряное поле знаменует непорочность; червленое сердце — верность, а в середине его находящийся крест — истинное усердие к Божьему закону, яко основание всех добродетелей; сие сердце окружается лавровым венцом, изъявляющим славу, на веки нерушимую, которыя сказанный вождь и с ним погибшие от руки злодеев достигнутыми учинились, сохранив непременную верность к Отечеству» …Жителей в это время было в Боровске 5175 душ об. п.; домов — 714, церквей — 11, из которых 4 — каменные; 5 парусных фабрик, на одной из которых было 250 рабочих. Купцы торговали пенькой, хлебом, конопляным маслом, холстом, яблоками, но главная торговля велась луком и чесноком, которых в иные годы продавали на 4 тыс. руб.
213
Петр I знал о боровских местах не понаслышке; например, он в 1722 г. около месяца пробыл в Боровском уезде на р. Истье и лечился местными минеральными водами (что случалось неоднократно). Рассказывают, что накануне отъезда император посетил тамошние железоделательные заводы, причем собственноручно вытянул полосу железа в 18 пудов и «заклеймил оную своим штемпелем».
214
За шесть лет до этого, в 1770 г., по указу правительственного сената, была проведена большая работа «по сочинению общаго Российской империи атласа и географического описания». Вот как выглядел город в присланном по указу донесении: «Боровск окружен земляною осыпью, или городищем, с восточной стороны длиною в 34, вышиною в 13, с полуденной стороны длиною в 52, вышиною в 9, с северной стороны длиною в 52 и вышиною в 12, и с западной длиною в 22 и вышиною в 12 сажен; в 30 верстах от города на реке Луже, железный завод графа Шувалова» («Летопись калужская, отдельный оттиск из Общества истории и древностей Российских». — Спб., 1877.). (Яффи: наобум)
В 1812 г. Боровск жестоко пострадал от французов. Они заняли город 10 октября, принудив поспешно отступить из него отряд ген. Дорохова. Но церковное имущество, казна, дела присутственных мест были уже вывезены из города, вино выпущено. Неприятелю пришлось разграбить только остатки имущества; не удовольствовавшись ими, французы сожгли 5/6 города [215] , так что из 800 домов уцелело только 120. 11 октября в городе был Наполеон, заехавший опять вторично 14 октября на пути из Малоярославца. Останавливался он на Успенской улице в доме купца Большакова.
215
По некоторым сведениям, это было на обратном пути.
Город расположен по обоим берегам Протвы [216] , главным образом, на правом берегу. Занимает он возвышенное ровное пространство, несколько наклоненное к Протве и впадающему в нее ручью Тикиже. Здесь площадь оканчивается довольно круто и местами обрывисто, образуя углубленное полушарие. Другая часть города лежит на слабом скате левого берега Протвы и называется Зареченскою. Площадь города в окружности около 10 в. и распадается на 22 улицы, среди коих есть и мощеные. Населения в городе (по данным 1905 года) 11.230 человек, в том числе 70 % старообрядцев. Строений в городе 1006, из коих 276 каменных. Фабрик и заводов 19 с 244 рабочими и производством на 170 тыс. руб.; известна ф-ка Акц. О-ва Ермолинской мануфактуры и кожевенные заводы. Торговля в Боровске преимущественно мелочная; торгуют хлебом, пенькою, конопляным маслом, холстом, кожами, салом. Одною из доходных статей для жителей является приготовление грибов впрок и разведение садовых школ, наиболее же распространен промысел — огородничество, которым занято до 6 тыс. человек.
216
Протва — левый приток Оки. Она вытекает из небольшого болота близ д. Замошицы Гжатского у. В Калуж. губ. протекает по Боровскому, Малоярославецкому и Тарусскому уездам. В начале ширина 20 с., в устье — 50 с., глубина от 1 1/2 до 14 фут. По губернии течет 129 верст.
Церкви:
1) Благовещенский собор, один из древних; по архитектуре его можно отнести к XVII в. Собор пятиглавый, каменный, с двумя приделами, устроенными в 1819 г. Иконы древние, греческого письма. Особенно замечательна икона св. Николая, резная в рост человека. Святитель изображен с моделью церкви в одной и мечом в другой руке. Икона в серебряной ризе, особо чтимая, преданием относится к XIV в.
2) Борисоглебская, каменная, пятиглавая. Из вкладной книги видно, что она начата постройкой в конце XVII в. В ней придел во имя преп. Пафнутия. На церкви богатые кирпичные детали XVII в.; колокольня построена в 1819 г. В ночь под 21 июня 1889 г. церковь сгорела — купол, главы, крыша. Ныне она приписана к Троицкой церкви.
3) Единоверческая, была открыта из молитвенного раскольнического дома беглопоповщинского толка. Освящена церковь в 1846 г., каменная, с колокольней и приделом.
4) Успенская, построена в 1826 г. Ранее на этом месте был мужской монастырь во имя Богородицы на Гноище, основанный в 1633 г. и упраздненный в 1761 г. При церкви придел. Из монастыря в церковь перешли: a) икона Благовещения и 4 евангелиста, что на царских вратах; b) икона св. Михаила Малеина, храмовая в приделе; возможно, что она пожертвована царем Михаилом Федоровичем, так как он носил имя этого святого, и c) евангелие, печатанное при патр. Филарете; на евангелии надпись: «сию книгу пожаловал государь, царь и великий князь Михаил Федорович всея Руссии в Боровск, в монастырь пречистыя Богородицы, что на Гноищи. Лета 7144 (1636), апреля в 27 день, а подписал сию книгу приказу Б. Дворца дьяк Іуда Басманов».
5) Христорождественская, построена в 1834 году. Ранее на этом месте был Рождественский девичий монастырь, основанный в 1544 г. повелением Ивана Грозного. В столб колокольни вделана часть плиты с вязаной надписью о построении церкви в царствование Алексея Михайловича. Надпись можно читать с паперти. В этот именно монастырь были сосланы кн. Евдокия Урусова и боярыня Морозова, которые здесь и умерли. В церкви есть древний сосуд особой формы. В 1861 г. при церкви московские купцы Поповы, дети священника Рождественской церкви, выстроили богадельню для призрения 10 лиц женского пола из духовного звания.
6) Преображенская, что на взгорье, построена в 1804 г. сыном священника московским купцом, а потом дворянином Протопоповым. В 1848 г. при церкви им же была выстроена каменная богадельня на 12 человек женщин духовного звания и обеспечена вкладом в 12 тыс. руб. Эта церковь — одна из богатых боровских церквей.
7) Преображенская, что на площади, бывшая приписная; выстроена в 1836 г. с приделом во имя Параскевы, почему она называется в просторечии Пятницкою. При церкви велись беседы с раскольниками, почему при ней имеется миссионерская библиотека.
8) Троицкая, построена в 1793 г., с приделом.
9) Крестовоздвиженская, основана в 1814 г. вместо сгоревшей в 1812 г. деревянной; два придела.
10) Покровская.
Старообрядческие: 1) на Успенской улице церковь во имя Всех Святых, три главы. 2) На Московской, Покровский собор, пятиглавый, еще не отделанный. 3) На Круглой ул., одноглавая, Покровская.
Из достопримечательностей города можно упомянуть про «Городище», которое находится около полицейского управления и женской прогимназии. На этом месте есть камень, под коим покоится прах боярынь Урусовой и Морозовой. Старообрядцы чтут их память и служат здесь иногда панихиды.
В 3-х верстах от Боровска находится на левом берегу Протвы Пафнутьевский монастырь. По монастырским владениям протекает речка Истерма. Близ монастыря лежат два селения — Рощинская и Ребушенская слободы.
Монастырь основан пр. Пафнутием [217] в 1444 г. в княжение Василия Ярославича Боровского. Преп. Пафнутий происходил из татар. Его дед был баскаком Боровским и впоследствии принял христианство. От сына этого баскака и родился Парфений. Он в зрелом возрасте ушел от родителей и поступил в Высокий Покровский монастырь в Боровске (ныне приписная Покровская церковь). При пострижении Парфений получил имя Пафнутия и подвизался в монастыре под руководством ученика преп. Сергия Радонежского Никиты. Через 20 лет иноческих подвигов Пафнутий был выбран игуменом Покровского монастыря и управлял им 10 лет, а затем оставил его и удалился на Истерму, в лес, ища уединения. Но за ним последовали и некоторые другие иноки, которые основали новый монастырь, построив деревянную церковь в честь Рождества Пресвятыя Богородицы. Этот деревянный храм потом был заменен каменным, который иноки Митрофан и Дионисий раскрасили живописью «чудно вельми», так что красоте храма и его благолепию дивились «самые самодержцы русской земли».
217
На Казенном дворе московского Кремля, где хранились не вошедшие в Крестовую (или моленную) палату святыни и церковная утварь, хранились «башмачки и онучки Пафнутия Боровского» (И. Е. Забелин. «Домашний быт русских царей в XVI и XVII ст.». Часть I. — М., 1918.).