Камень Чародеев
Шрифт:
– Не могу я там. Скукотища.
– Раньше ты отзывался о ней по-другому, - рассмеялась Аня.
– Раньше, для того, чтобы добраться до центра города мне понадобилась бы сорок минут, а теперь минута. Разницу улавливаешь?
– Ты соскучился по машине? – засмеялась она.
– Нет. Ты не понимаешь. Мне не хватает адреналина.
– Так раскрой какое-нибудь убийство. Вот тебе и адреналин.
– Для старого Кости – да. Для нового – нет. Мне стоит коснуться трупа и я вижу как, где, и из какого оружия его убили, а там дело техники.
– Ни фига себе! Так ты уже должен был стать самым популярным детективом в городе.
– Ну стал. А толку то? Скучно. Ой, ко мне там клиентка пришла. Я пойду.
– Ты что ее увидел?
– Нет почувствовал. Она каждое утро выливает на себя полфлакона духов. А сейчас только 11
Я ушел, а Аня засмеялась:
– Вот чудак.
Вечер сам располагал к прогулке. Размышляя о новом деле, я дошел до пирса. Море угрюмо накатывало волнами на берег. Я разулся и прошел по холодному песку. Как приятно. Облокотившись на подпорку, я встал и вгляделся вдаль. Ничего. Маяк хмуро освещал пустые просторы моря. «Все-таки, мне его не хватает», - подумал я и сел на причал. Одиннадцать вечера. Его корабль должен прийти еще час назад. Окно справочной было закрыто, но я недвусмысленно постучал. Девушка недовольным голосом сообщила мне, что корабль подал сигнал бедствия, но вскоре и этот сигнал пропал, поэтому, скорее всего, корабль затонул. Она все это сообщила таким спокойным голосом, что я взбесился.
– Там мой друг!
– Сочувствую, - абсолютно спокойно заявила она.
– Корабль затонул, а вы говорите мне об этом так, как будто прогноз погоды рассказываете!
– Извините, - погрустнела девушка. – Просто у нас за последние полгода, десять кораблей утонуло, а сколько людей погибло, я вообще молчу.
– Куда смотрит ваш начальник? – смягчился я.
– Не знаю. Она строго наказала, чтобы никакая газета об этом не узнала, а то такой шум поднимется.
– А кто ваша хозяйка? Я хочу с ней поговорить.
– Она в том здании, - указала она на серое двухэтажное здание. – Там наша администрация.
Я подошел ближе и услышал, как в кабинете ругаются, но увидеть говорящих мешало высокое расстояние от земли до окна.
– Я же просил, чтобы никто и никак! – возмутился мужской голос.
– Я слежу за всем, - холодно ответил ему женский.
– Я не хочу, чтобы ваша милиция вмешивалась.
– Она не будет.
– Поймите меня. Завтра уходит корабль с очень серьезным грузом, и я надеюсь, что до таможни он как обычно не дойдет.
– Об этом уже позаботилась, - сухо сказала женщина. – Не надо мне каждую поставку об этом напоминать.
– Хочу и буду, - повысил он голос. – Поставка моя и проценты за ее безопасность, между прочим, получаете вы.
– Я помню об этом. Разговор окончен. До свидания.
Я аккуратно выбрался из кустов и вернулся на пирс. Ничего полезного или хотя бы понятного, я из разговора не вынес. Снова сняв ботинки я вошел в воду. Даже теплый день не прибавил ей мягкости. Она по-прежнему была холодная. Вдали показалось что-то, плывущее к берегу. Этим «что-то» оказался Джек, держащийся за доску, которую волнами прибило к берегу.
Я и бросился к другу и тут же стал нащупывать пульс и, о счастье, нащупал. Взвалив его на плечи, я открыл арку.
На нас подул сильный ветер, и запахло морем.
– О боже! – воскликнула Аня, помогая Косте уложить Джека на кровать.
Она принесла все свои лекарства и его стали откачивать. Когда он немножко пришел в себя, его первым делом стали разогревать. В общем, через час, он уже спал под тремя одеялами. Они ушли на кухню, а мы с Сашей встали под дверью.
– Что произошло?
– Я нашел его у берега. Произошло кораблекрушение, а он выжил.
– Везунчик.
– Не то слово. Скажи, кто твой шеф?
– Волков.
Я чуть не поперхнулась водой. Шум не остался незамеченным.
– Выходите, партизанки.
Мы молча вошли и пристыжено сели на стул.
– А теперь колитесь, - сказал Костя, - Что вам известно об этом товарище?
– Ничего, - соврала я, помня слова Марины.
Он поморщился. Я почувствовала, что к горлу подступает какая-то тошнота. Костя как ни в чем не бывало теребил край скатерти. Заклинания противоядия я не знала. Пришлось уступить.
– Ладно, - тошнота стала уходить. Я рассказала все, что мы нашли, а нашли мы оказывается много. По мере моего повествования, лицо Ани и Кости вытягивалось.
– Контрабанда?! Я идиот!
«Естественно», - подумала я.
– Не вопи. Джека разбудишь.
– Надо срочно ехать к Волкову. Если у вас есть видео,
– И про наших родителей, - вставила я.
– Нет. Сначала вы выслушаете меня, - строго сказала Аня. – Ваши знания о моем мире и о товарище Волкове несоизмеримо малы. Если вы решили связаться с ним и с другим миром, вы должны кое-что знать.
… Миллиарды лет назад существовала одна галактика, один мир. На планете Земля жили все, кто мог двигаться: люди, животные, чародеи, вампиры, лешие и прочие твари. Каждый вид приспосабливался так, как мог. Борьба за выживание была безжалостной. С годами, люди стали понимать, что являются самой неприспособленной расой. Животные могли защищаться клыками, когтями, бивнями и всем прочим. Вампиров самих можно было назвать хищниками, а вот люди страдали ото всех. Кроме палок у них не было ничего. Даже тогда, когда магия была самая наипростейшая, маг мог выбить из рук человека любое оружие. Вскоре человек стал вымирающим видом. Когда же всех оставшихся людей можно было пересчитать по пальцам рук, чародеи всерьез забеспокоились. Они нашли решение, подходящее для обеих сторон. Они создали новый мир и отправили туда только людей. Так как у людей и чародеев была взаимная неприязнь, то последующие поколения ничего не знали про существующий параллельный мир. Заклинание, которое использовали чародеи, было обоюдным. Если в одном мире происходила война, то в другом война поменьше, а то и вовсе просто заварушка. Зависело все от расположения звезд и прочей ерунды. Семнадцать лет назад один маг прознал о существовании дыры, размером с кулак. Она образовалась на месте создания мира. Это был Соловьев Владимир Алексеевич. Он создал лабораторию якобы для создания новых научных достижений. Лаборатория стала абсолютно секретной. На самом же деле, она была им создана для того, чтобы там создали камень «тьмы». Если вставить в эту дыру камень «тьмы», то параллельные миры: мир людей и мир чародеев соединятся, то есть наложатся друг на друга. Поскольку с давних времен чародеи ненавидят людей, то при соединении начнется война между ними и выиграет сильнейшая нация. На это и рассчитывал Соловьев. Он хотел, чтобы в этом естественном, как он говорил, отборе, победил сильнейший. После двух лет работы, был создан этот первый камень, а к нему была создана противоположность – камень «света». Если его вставить, то миры снова разъединятся. Так вот, после того, как первый камень был испытан, все поняли, какой огромной мощностью и возможностями он обладает. Правительство приказало Соловьеву закрыть лабораторию навсегда. Накануне закрытия, из лаборатории кто-то вынес оба камня. Когда лабораторию закрыли, всех сотрудников разогнали. Правая рука Соловьева: Боваровский – исчез, но появился некий Волков. Он создал свою подпольную лабораторию по производству этих камней. Боб, я и еще несколько ученых пошли туда работать. Но из-за отсутствия нужного мощного оборудования, которое было в той лаборатории, процесс создания шел очень медленно. Он длился пять лет. И это создали только один камень. Камень «тьмы». А камне «света» не было и речи. На него тоже могли уйти годы. Но после испытания камень снова кто-то крадет. Волков в бешенстве. Он не знает, что камень украл Боб. Волков закрывает лабораторию, и все сотрудники лишаются работы. Я тогда тоже ушла, но Волков не собирался так просто меня отпускать. Примерно через семь лет, он похитил моего алима, но от имени другого человека, и сказал, что для того, чтобы вернуть его, нужно заплатить крупную сумму денег. Для меня в то время эта была огромная сумма. Я сказала, что заработаю сама, но он предупредил, что будет договариваться с тем человеком только в том случае, если я буду работать на него. Я согласилась. Потом я узнала, что моего алима – Мэтта, похитил Волков, но расторгнуть контракт, заключенный мной и ним не могла. Пришлось работать. Спустя год я узнала, что он не сдался и нанял двух ученых для создания этих камней.
– Где тот камень, который ты украла?
– Он уничтожен.
– Ты не назвала фамилии ученых, - мягко напомнил Костя.
– Э-э-э. Самойлов и Ольшанский.
– Что-о-о? Ну попадись мне этот Волков, я с него три шкуры спущу, а четвертую замариную!
– С чего ты взял, что это Волков? Они отравились сами.
Костя хотел разразиться новой тирадой, но вдруг напрягся.
– Я говорил, что их убили, а не отравили.
– Да? Ой, а мне послышалось «отравили». Ошиблась.
– Аня.