Камень Чародея
Шрифт:
— Ты сам сделал все в этой комнате? — спросил Род.
— Все. Попробуй мое печенье, добрый человек.
— Нет, спасибо. Ведьмин мох мне вреден. Магнус даже пролил свой чай.
— О, печенье не из ведьмина мха, вовсе нет! Соседи приносят мне муки и яиц время от времени, да, в благодарность за то, что я им делаю разные пустяки.
— Не сомневаюсь, — пробормотал Род.
Он повернулся, услышав стук, и успел заметить, как дверь раскрылась пошире и совершенно новый стул вошел в комнату.
— Ай-яй-яй! —
Род готов был поклясться, что стул покраснел. Во всяком случае он повернулся и захлопнул дверь ножкой.
— Очень трудно научить их не хлопать дверью, — Ари вздохнул. — Нет, маленький стул, найди того, кому ты нужен, — он кивком указал на Магнуса, и стул подбежал к старшему сыну Гэллоугласов.
Магнус попятился.
— Извините, я не могу сесть, когда рядом ждет женщина!
Стул повернул к Корделии.
— Нет, брат, уступаю его тебе, — быстро отказалась и девушка. — Я насиделась.
— Магнус… — строго сказала Гвен. Старший вздохнул, встал с пола и сел на стул.
Тот удовлетворенно скрипнул по его тяжестью.
— Теперь он будет стоять, — успокоил всех Ари.
— Это желательно, — признался Род. — Теперь у тебя есть один лишний, на случай если заглянут твои друзья волшебники.
— Да, хотя я в этом сомневаюсь. Они всегда приходят только по двое, хотя Убу Маре уже с полгода не заглядывала.
Род почувствовал, как напряглась все семья.
— Убу Маре?
— Да. Она… — Ари прикусил губу, потом оглянулся, как бы стараясь убедиться, что никто не подслушивает, и зашептал, наклонившись к Роду и Гвен: — Она всегда очень вежлива и говорит приятно, но у бедняги отвратительная наружность.
— Неужели? — Род взглянул на Гвен.
— Действительно бедняга, — сказала она.
— Вот именно, — Ари вздохнул. — Должно быть, самая уродливая ведьма во всей округе. Но она очень вежлива и всегда платит золотом за то, что я делаю. Можете себе представить? Золотом!
— Я почему-то не сомневался в этом, — у Рода были подозрения, где ведьма берет это золото. — Ты и этот дом построил?
— Нет, потому что не владею искусством плотника. Это сделали для меня добрые люди из деревни: они были рады, когда я заплатил им золотом.
— Еще бы! — усмехнулась Гвен. — А ты платишь, чтобы тебе подстригали лужайку?
— Только парню из деревни, который приводит сюда овец. Не очень дорого, а все остальное, что мне нужно, я создаю сам или вымениваю. Даже не знаю, что делать со всем золотом, которое мне дают.
— Правда? — недоверчиво спросил Магнус.
— Да, — Ари развел руки. — Ничего не смог придумать, поэтому стал каждый месяц давать деревенским по золотой монете, чтобы покупали еду для бедных и нуждающихся.
— Неужели? — недоверчиво воскликнул Грегори. А Джеффри удивленно покачал головой.
— Правда-правда!
— Поразительно! — ответил Род, чувствуя холодок на спине.
— Так оно и есть! Но она уже шесть месяцев не приходит, только шлет вместо себя Ягу и Аксона. Не сомневаюсь, что они приносят ее золото, потому что они тоже покупают у меня камни, которые делают музыку.
— О! — напряжение становилось все сильнее. — Так это ты делаешь удивительные камни, которые издают чудесные звуки? Мы их слышали у тебя во дворе.
— Да, они мои, — расцвел Ари. — Это мои самые последние. Каждый раз я создаю новую музыку: мне нравится изобретать новые формы, — тут он внезапно нахмурился. — Но не те, какие заказывает мне Убу Маре, нет. Это ужасные камни, они издают скрежет и звон и слова, которые не имеют смысла. У них даже нет рифмы!
— Ужасно, — поддакнул Род. — Мне кажется, мы несколько таких слышали. Где они находят такие звуки?
Ари пожал плечами.
— Там же, где я нахожу свои, — в сердце.
— Но какое у них может быть сердце? — воскликнула Корделия.
Ари опечалено повернулся к ней.
— Девушка, девушка! Разве пристало судить соседей? Нет-нет! Если их вкусы и обычаи отличаются от моих, кто я, чтобы говорить, что они неправы, а я прав?
— Ты тот, кто делает эти камни, — напомнил Род.
Ари удивленно посмотрел на него.
— Неужели ты считаешь, что у меня есть право судить?
— Несомненно, — заявила Гвен, — а также у тебя есть и обязанности.
— Обязанности? — Ари, совершенно растерявшись, посмотрел на нее.
— Ответственность, — объяснил Род. — Ты должен всегда понимать, что могут сделать с созданными тобой вещами.
— Но ведь эти музыкальные камни — всего лишь развлечение!
— Я начинаю подозревать, что ничего не может быть «всего лишь развлечением», — твердо сказал Род. — Ты должен был задуматься, добрый человек Ари, какие последствия могут иметь твои изобретения.
— Какие последствия может иметь музыка? — удивленно спросил Ари.
Род глубоко вдохнул.
— Мы видели, как молодые люди уходят от родителей, убегают от работы и ничего не делают, только слушают музыку камней.
— Вот-вот, — подхватил Грегори, — а еще плывут вниз по реке с твоими камнями, едят лотос, лежат и мечтают.
— Наши ровесники всегда в смятении, хотя мы это тщательно скрываем, — мягко сказала Корделия. — И это смятение только усиливается словами, сопровождающими музыку.
— Не может быть!
Один за другим гости поведали хозяину, что видели, когда шли сюда от Раннимеда. Он был поражен, услышав о ходячих мертвецах, и пришел в настоящий ужас от рассказа о бичующихся. Наконец они закончили, но Ари все сидел с посеревшим лицом и шептал: