Камень судьбы
Шрифт:
Глава 1
Солнце опускалось за острые вершины дальних гор, выкрасив их ледяные склоны алым. Долину внизу уже заливали фиолетовые сумерки. Глеб крался по травянистому склону, сжимая в руках длинное копье-рунку. Это оружие он выбрал не случайно. Таким копьем с серпообразным ограничителем на конце удобно действовать в бою против нескольких противников – ты наносишь удар и тут же тянешь копье на себя, чтобы ударить вновь. Ограничитель не дает узкому наконечнику глубоко вонзиться и застрять в теле врага, а длинное
Орки прятались в густом кустарнике на опушке соснового бора. Оттуда, с вершины холма, они могли наблюдать за долиной, через которую лежал путь хоббитов. Как сказал умирающий пастух-роханец, посланцев Черной крепости было пятеро – так называемая «рука смерти», отряд жестоких убийц, закованных в вороненые латы и вооруженных с головы до ног.
Отборные твари из Мордора, они были уверены в успехе. Предвкушая легкую победу над парой малорослых хоббитов, орки особо не таились. Из зарослей слышались их гортанные голоса, лязг доспехов и грубый смех.
Глеб, ступая бесшумно, как и подобает настоящему эльфу-охотнику, вплотную подобрался к кустам, наудачу ткнул рункой сквозь густую листву – и попал. Раненый орк оглушительно взревел, и тут же его разъяренные сородичи сквозь затрещавшие ветки бросились на Глеба.
Поймав одного из набегающих воинов на острие, Глеб сделал несколько шагов назад и с досадой чертыхнулся. Пастух ошибся, орков было вовсе не пятеро! Мордор решил действовать наверняка и направил сюда не одну, а три «руки смерти»!
«Вот так сюрприз, – хладнокровно подумал Глеб, скользя вниз по склону. – Пятнадцать человек на сундук… Тьфу ты! Не человек, а орков. И не на сундук, а на лук. На верный эльфийский лук, что висит за спиной…»
Собственно, именно стрельба из лука была главной специализацией Глеба. Он прокачал эту функцию своего персонажа до максимума, а владыка Ривенделла Элронд за удачное выполнение миссии в Могильниках вручил ему «Золотой месяц» – легендарный лук самого Последнего Всеэльфийского государя Гиль-Гэлада.
Отбросив окровавленную рунку, Глеб вытащил лук и изготовился к стрельбе. Он удалился от зарослей шагов на двадцать пять и в принципе мог бы успеть расстрелять врагов до того, как те сблизятся с ним. Проблема заключалась в стрелах. Их было всего одиннадцать, а орков – тринадцать здоровых и двое подраненных копьем.
«Зря я потратил столько стрел на волкодлаков в предыдущей локации, – запоздало укорил себя Глеб. – Надо было магию использовать».
Первым выстрелом Глеб свалил здоровенного урука, бежавшего далеко впереди орочьего отряда. Стрела вонзилась в Т-образную прорезь глухого рогатого шлема, и воин Черной крепости с предсмертным стоном грохнулся в высокую траву, выронив ятаган и щит.
В течение нескольких секунд Глеб положил еще троих. Орки сообразили, что при таком раскладе их ждет бесславная гибель, сгрудились в клин и со всех ног устремились на одинокого стрелка, прикрываясь щитами. Глеб поменял тактику.
Выстрел! Серебряная стрела выбила из плотного строя орков невесть как затесавшегося в отряд мордорских уруков двухметрового Саруманова урук-хая с белой дланью на щите. Еще выстрел!
– Зараза! – произнес Глеб. Он промахнулся!
Орки приблизились почти вплотную. Пришлось показать врагам спину, чтобы увеличить разрыв и дистанцию стрельбы. Тяжеловооруженные посланцы Мордора не могли состязаться в беге с легконогим эльфом, и вскоре Глеб восстановил статус-кво. Присев на одно колено, он произвел несколько удачных выстрелов подряд, вынеся все острие орочьего клина. Врагов осталось шестеро, стрел – одна. Даже если умудриться убить ею двоих противников, нечего и пытаться выстоять против четверых в ближнем бою с фальчионом в руках, имея из защиты лишь легкую, пусть и мифрильную, кольчугу.
«Рунка моя валяется где-то возле кустов. Неужто я провалю миссию? – расстроился Глеб. – А ведь провалю. Магии у меня кот наплакал. Против оборотней она еще сработала бы, а вот против орков… Эх, если бы я был высоким эльфом, а не телери. Хотя…»
В его дорожном мешке лежал «Хвост Волка», артефакт, полученный за истребление волкодлаков от старосты деревни в Дунланде.
«Надо было заранее посмотреть, что это за фиговина…»
Орки между тем рывком преодолели отделявшее их от Глеба расстояние, окружив незадачливого стрелка. В упор всадив последнюю стрелу прямо в оскаленную пасть косоглазого урука, Глеб отбросил лук и выхватил изящный фальчион с эмблемой дома Трандуила на клинке. Но тут боевое счастье было явно не на его стороне. Орки обрушили на него град ударов, и золотая нить жизненной силы эльфа затрепетала, стремительно сокращаясь. Перед глазами повисла красная пелена, тяжело забухало сердце, отсчитывая последние удары…
Глеб, скрипя зубами от боли, успел-таки сделать пару выпадов и даже поразил одного из врагов в незащищенное горло. Падая, орк окатил его настоящим кровавым водопадом. В смертельном кольце, сжавшемся вокруг Глеба, образовалась брешь. Рванувшись в нее, он одновременно выхватил «Хвост Волка» и наудачу активировал его. На миг все вокруг стало серым, орки замерли, бестолково озираясь.
«Артефакт сработал! – радостно понял Глеб. – Он отводит глаза и заметает следы. Ну, теперь поглядим, кто кого…»
Вырвавшись из-под ударов ятаганов, Глеб бросился вверх по склону, лихорадочно поглощая на бегу фиалы со здравуром. Золотая нить начала медленно, но верно удлиняться. Силы возвращались, пелена перед глазами рассеялась. За спиной что-то вопили орки.
Добежав до груды тел в черных доспехах, Глеб подхватил пару серебряных стрел и помчался дальше, к следующей куче орочьих трупов. Вскоре в его колчане было шесть стрел, а за поясом – на всякий случай – андорский двусторонний метательный топорик-франциска, оказавшийся в снаряге у того самого урук-хая.