Камень

Федин Сергей Николаевич

После недолгих поисков, он обнаружил в открытом доступе упоминание ещё о двух жертвах. У одной был снят скальп, другой отрезали губы. Всё это он уже описывал. Испытывая животный ужас, Андрей стёр все записи, а после сжался калачиком под столом в кухне и зарыдал. Он не плакал с детства, но в тот момент его словно накрыло тёмной волной, поднявшейся изнутри и нашедшей выход в потоках слез. Там, под столом его и нашла, пришедшая домой Вика. Он смутно помнил, как она вытаскивала его, целовала, сжимала в своих объятиях, стремясь защитить. А он уже притихший, уткнувшись в её шею, вдыхая лёгкий аромат духов, представил Вику без скальпа, с обезображенным лицом и вырезанным гениталиями.

Больше всего его в тот миг его испугало, что при этом он не испытал никакого потрясения. Оно настало позже, ближе к ночи, в преддверии очередного сна. И именно тогда он ощутил, что теряет Вику.

Он стал стирать записи, нашёптанные ему змеиным голосом камня сразу же после написания, не позволяя напечатанному, закрепится в памяти. В написании кровавой хроники участвовало лишь тело, как он думал, но каким-то образом образы изувеченных жертв выжигались в его сознании, ярко вспыхивая, когда, Андрей слышал об очередном зверском убийстве. Не слушать же криминальную хронику он не мог, ожидая её, как наркоман дозу, с тем отличием, что никакого кайфа, он не испытывал. Подспудно он надеялся, услышать о поимке маньяка, может быть получить надежду, что всё происходящее не более чем игра его расшатавшегося воображения, но, увы. Образы мёртвых девушек, найденные в различных глухих местах области, словно раскалённые гвозди вгонялись в его мозг голосом ведущего. Найдена без правой руки… Труп девушки, обнаружен на задворках гаражей с ампутированной ногой… Жуткое убийство, маньяк забрал с собой глаза жертвы… И каждый раз он сжимался от этих слов, словно от удара.

Вика в эти моменты уходила из кухни в комнату, где, молча, ложилась на кровать. В последние месяцы, она стала всё больше отдаляться и уходить в себя, чему Андрей был даже рад. Она перестала выпытывать у него, что с ним стряслось и как ему помочь. А что она могла сделать против камня с его проклятым голосом?! Ничего! В конечном итоге, Вика, ставшая за год мучений бледной тенью себя прежней, прекратила свои попытки спасти его и ушла, спасаясь от него сама, выбросив ему на прощанье в лицо сгусток скопившейся боли. Она впервые, насколько он помнил, кричала. Раздирая вязкую атмосферу зарождающегося безумия, скопившуюся в квартире, лавиной упрёков и слёз. Заключительной фразой, которую Вика, берегла явно напоследок, как самую болезненную, девушка породила в душе Андрея одновременно и отчаяние и облегчение одновременно.

Теперь же по прошествии трёх дней он глядел в монитор и прочитывая в десятый раз: – «Я сделала от тебя аборт…», судорожно кивал, скороговоркой шепча:

– Слава Богу. Так лучше. Для неё, так лучше. Слава Богу…

Покрасневшие глаза спустились ниже по пустому белому пространству и спотыкнулись о чёрную твёрдость короткой и ребристой, точно сломанная пила фразы: – «Её сердце будет завершением». Андрея вышвырнуло из-за стола, точно порывом ураганного ветра и прижало к стене. У него даже сомнения не возникло о ком эта строка.

***

Утро застало его лежащим на полу, провалившемся в колодец сна без сновидений, откуда его вырвал противное и громкое треньканье будильника. Телефон лежал в соседней комнате и Андрею, поневоле, пришлось встать и, шатаясь, как пьяный добраться до вибрирующего гаджета.

Ощутив прикосновение тишины к измученному бессонницей мозгу, Андрей на мгновение слабо улыбнулся и даже сделал несколько энергичных махов и наклонов в качестве утренней зарядки.

На кухне, Андрей задумчиво изучил нутро пустого холодильника и закрыл дверцу, решив про себя, что есть совсем не хочется, просто выпить чашку кофе и можно одеваться. Пока закипал чайник, Андрей с неприязнью, как на беспристрастного свидетеля

его тёмной стороны, покосился на ноутбук. Тот так и был включён в сеть. Передёрнув плечами, Андрей несколько раз с силой сжал и разжал кулаки, сопроводив это движение глубоким вдохом-выдохом. Подавив дрожь, он быстро протянул руку и провёл пальцем по тачпаду. Экран послушно загорелся, выстрелив в него пулями слов, которые Андрей не помнил когда написал. Он задержался на тексте не больше двух секунд, после чего с испугом перевёл взгляд на верхнюю панель инструментов, нащупывая непослушным курсором красный квадратик с крестом. Удалить, прежде чем прочесть, сделать это перед тем как новая порция яда вольётся через глаза в его искалеченную душу. Но прежде чем он судорожно нажал на кнопку удалить без сохранения, Андрей с горечью осознал, что две строки нашли цель и теперь загорелись у него в голове. «…Остров посреди реки на территории заповедника… огромный КАМЕНЬ…» Именно так – «КАМЕНЬ», все буквы большие, словно обычные не могли передать всю огромность и мощь камня.

Андрей рывком отвернулся к окну, за которым разгоралось редкое для начала ноября погожее утро. В один миг он потерял способность воспринимать красоту перед ним, две засевшие в мозгу строчки откинули его в прошедшую ночь. Холодея, Андрей наблюдал за третьей фразой, что закружила вокруг него, словно акула, готовая разорвать его сознание в клочья. Фраза милосердно забытая им при пробуждении, но теперь вновь представшая во всём своём ужасе: – «Её сердце будет завершением». Кто-то убивал несчастных девушек и отсылал к нему послания о своих деяниях, а теперь этот зверь наметил новую, заключительную жертву – его Вику!

Дверь хлопнула, отрезая тишину, разлившуюся в квартире от хаоса, творящегося в голове мужчины, чьи поспешные шаги скатывались по лестнице. Андрей спешил, хотя и не знал, куда и что он будет делать, когда окажется в том самом неизвестном для него месте. Ноги сами собой, пока пальцы набирали сообщение Вике, несли его привычным маршрутом в офис.

К тому моменту, когда ему на плечи упала тень торгового центра, где располагался его небольшой офис, Андрей успел отправить тридцать четыре сообщения, текст их разнился, но суть оставалась одна – «Позвони мне. Вопрос жизни и смерти!» Он как раз дописывал последнее сообщение, когда столкнулся с бомжом, которого не заметил и чуть не выронил телефон. Чертыхнувшись, Андрей с поспешностью извинился.

Он с тоской посмотрел на хмурого субъекта в грязном пальто с большой прожженной дырой, из которой торчала подкладка и красным шарфом, намотанным на голову вместо шапки. Мужик смотрел на Андрея без всякого выражения заплывшими от постоянной выпивки глазами. Протянув к Андрею грязную руку, он просипел:

– Браток, подкинь на отпуск.

Андрей невольно усмехнулся необычной формулировке просьбы попрашайки.

– Это теперь так называется – рука сама нырнула в карман куртки, где пальцы соскребли раскиданную мелочь.

– А то! Бомж довольно ухмыльнулся, продемонстрировав отсутствие передних зубов – Сейчас на волшебный эликсир насобираю и полный вперёд на волшебные острова.

Он изобразил несколько неловких па, подпевая себе под нос:

– Чудо-остров, чудо-остров, жить на нём легко и просто…

Андрея словно холодной водой облили. Протянутая рука с мелочью безвольно повисла, рассыпав зажатые монеты, весело звякнувшие об асфальт. Бомж крякнув, упал на колени и принялся суетливо собирать раскиданную подачку. Андрей вздрогнул, когда бомж нечаянно задел его. Поморгав несколько раз, словно очнувшись ото сна, Андрей отвернулся и поспешил ко входу в торговый центр. Хриплый голос догнал его уже у самых дверей.

Конец ознакомительного фрагмента.