Камил видит руками

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Original title: O Kamilu, kt'ory patrzy rekami

Вот книжка, где в конце почти каждой главы хочется рассмеяться! А заодно и порадоваться за семью 6-летней Зоси и её 5-летнего брата Камила, где умеют с настоящим юмором относиться к течению жизни. Ни дня без происшествий, которые случаются просто потому, что в отношениях людей, близких и дальних, всегда немало не только

хорошего, но и острых углов: нелепых представлений, недобрых мнений, уверенности в том, что может быть только так, а не иначе, обидной жалости, лишающей ребенка возможности просто жить, а не соответствовать чему бы то ни было. В этой семье умеют выбираться из завихрений жизни – будь это столкновение в детском саду, или когда Камил потерялся в супермаркете, или когда брат и сестра за спиной родителей скормили все пряники их псу Лупи – он ведь так их любит! Но и взрослые вокруг не отстают и умеют превратить острые углы в мирные решения, чтобы можно было увидеть себя глазами других и отступить перед желанием навредить кому-то, расчистить мир вокруг себя и утвердиться в нём. Ах да, главное же в этой истории – то, что Камил не видит от рождения и все в его семье понимают, как с этим непросто жить!

Анна Годинер, Совет по детской книге России

Зосе шесть лет, а её брату Камилу – пять. У него светлые волосы…

Но давай-ка лучше начнём заново – с Камила.

Камилу пять лет. У него есть сестра Зося. У Зоси каштановые волосы. Но Камил не знает, какого цвета каштаны. Он не видит с самого рождения.

Хочешь представить, как это? Закрой глаза, а ещё лучше – возьми шарфик и сделай из него повязку. А теперь попробуй дойти до ванной и вымыть руки. Будь осторожен, а то ещё попадёшь в стиральную машинку! А ты не грязный носок, чтобы туда попадать. Иди, а я подожду.

Трудно, правда? Камил живёт так каждый день. Он не знает, как выглядят мама и папа и всё вокруг. Ты, наверное, думаешь, что он очень несчастный? Вовсе нет.

Например, вчера мама сказала:

– Милек, накрой на стол, будем ужинать.

Дома все называют Камила Милеком. Так проще: Ка-милек.

Камил знает, где что лежит. Он достал из холодильника маслёнку, тарелки с огурцами и сыром, блюдца с творогом и оливками. Расставил на столе и побежал в свою комнату.

Чуть позже на кухню вошла мама.

– Милек, ну что это такое? – воскликнула она.

На столе стояли тарелки… с собачьим кормом! Кажется, я забыл тебе сказать, что у Камила есть пёс, Лупи. Это его корм оказался на тарелках.

Камил вернулся на кухню, но ничего странного не заметил. Ты же помнишь, что он не видит? Камил гордо ответил маме:

– Это я накрыл на стол.

– Вот уж не знала, что Лупи ждёт гостей, – покачала головой мама. – И что они будут есть вилками.

Под столом кто-то прыснул со смеху. Но кто? Точно не Лупи. Ах, это Зося. Это она спрятала маслёнку и подменила тарелки. Зося обожает розыгрыши.

Камил дотронулся до тарелки и нащупал пальцем собачий корм. Мальчик решил проучить Зосю.

Ужинать начали с опозданием, ведь Зосе пришлось заново накрывать на стол – для людей, а не для собак. Зосю не ругали: никто не заметил, что это она подменила тарелки.

Во время ужина Камил вдруг замер и стал прислушиваться.

Мама, папа и Зося тоже замерли и уставились на Камила. Они знали, что он слышит лучше всех.

– Лупи что-то грызёт в твоей комнате, – предупредил Камил сестру.

– Наверное, ножку стула, – Зося пропустила мимо ушей слова Камила. – Больше ему там нечего грызть.

– А печенье?

– Моё любимое! Для завтрашней экскурсии!

Зося сорвалась с места и даже опрокинула стул. Примчалась в свою комнату и видит… Печенье лежит себе спокойно на столе. А Лупи хрупает сухой корм из миски на полу.

– Милек, ты меня напугал!

– А кто первый начал?

И так всё время.

– Тётя Хелена придёт к нам на обед, – сказала мама.

– Ой, нет! – воскликнули в один голос папа, Зося и Камил. Даже Лупи тяжко вздохнул.

И вот в воскресенье тётя Хелена и дядя Казик пришли в гости. Дядя всё время повторял одно и то же:

– Совершенно верно, Лёлечка!

Ужасный зануда! Тётя, увидев Камила, всплеснула руками:

– Ах, мой бедненький калека!

И обняла мальчика так, что он чуть не задохнулся. А потому не мог возразить тёте и сказать, что никакой он не калека. Он просто не видит, вот и всё. Интересно, понравилось бы тёте, если бы он сжал её со всей силы и стал причитать: «Ах, моя бедненькая толстая тётя! Лучше не садись на стул, а то он тебя не выдержит».

Но тётя Хелена и сама знала, что на стул садиться опасно, поэтому устроилась на диване рядом с Камилом. Диван заскрипел, но не проломился. А тётя воскликнула:

– Милечек, давай покормлю тебя супчиком.

Камил хотел сказать, что умеет есть сам, но его перебил дядя Казик:

– Совершенно верно, Лёлечка!

Тётя засунула первую ложку в рот Камилу.

– За мамочку, – сказала тётя.

Суп оказался горячим, и Камил фыркнул.

– Вообще-то Милек умеет есть сам, – заметила мама. Но тётя как будто оглохла.

– За папочку, – вторая ложка горячего супа оказалась у Камила во рту.

И тут мальчик не выдержал. Выплюнул суп. И прямо на платье тёти Хелены.

– Ой! – крикнула тётя.

– Совершенно верно, Лёлечка, – поддакнул дядя Казик.

– Камилек, ты меня обжёг, – заворчала тётя, – и испортил моё платье!

Камил смутился, но что теперь поделаешь? Не слизывать же суп с платья. Родители извинялись перед тётей, Зося смеялась украдкой – пока никто не видит, а дядя Казик ел суп и дул на каждую ложку.

Тётя Хелена ушла в ванную привести себя в порядок. Когда она вернулась, то застыла как вкопанная: Камил сам ел суп.

– Смотрите-ка, он ест! – воскликнула тётя.

– Конечно, если Милек не будет есть, то умрёт от голода, – ответил папа.

– Но он ест сам. Он обожжётся!

– Ещё ни разу такого не было, – заявила мама.

– Как это? – рассердилась тётя. – Ведь он только что обжёг меня!

Конец ознакомительного фрагмента.