Канашибари
Шрифт:
Дополняли противоречивую обстановку живые цветы, на которые я сначала не обратила внимания. Разглядев букеты получше, я усмехнулась. Вытянутые и тонкие, слегка изогнутые алые лепестки и длинные стебли. Хиганбана, или паучья лилия. Ядовитые цветы, которые называют цветами «из загробного мира». Обычно их высаживают рядом с кладбищами.
— Время на побег вышло. Полицейские могут начинать преследовать воров.
По телу невольно прошла дрожь. Мне вдруг стало холодно, и ночная прохлада была ни при чем. Я нервно огляделась, пытаясь решить, что делать дальше.
Никакой крупной мебели, чтобы спрятаться
Однако если мне все же удастся ненадолго спрятаться, полицейские пройдут дальше, например, в дальние здания за синдэном. А я в это время пройду их путем в обратную сторону. Возможно, лучше было держаться недалеко от внутреннего двора и тюрьмы, где нас точно не будут искать. Скорее всего, «полицейские» станут обыскивать комнаты. Только вот где мне было спрятаться? Вблизи от тюрьмы располагались только галереи без стен, пруд и дерево.
Значит, надо было продолжать прятаться — повсюду, оставаться в движении, меняясь местами с противниками.
До меня донесся стук шагов. Они были легкими, но неторопливыми. Судя по звуку, «полицейских» было двое, и они добрались до небольшой комнаты с правой стороны.
Я огляделась. Здесь точно не получилось бы скрыться. Передо мной находилась дверь, но она вела во внутренний двор, а там мог кто-то остаться. С восточной стороны располагалась еще одна дверь. Идея идти туда казалась логичнее. Преследователи, скорее всего, сначала смотрят омойя.
Я поспешила к боковой двери, стараясь не шуметь, однако, прежде, чем выйти, прислушалась. Вдруг «полицейские» решили разделиться и обойти синдэн с боков.
Тихо. Кажется, никого.
Я осторожно отодвинула дверь, и та издала шорох, показавшийся мне громче выстрела. Я замерла, а затем разозлилась сама на себя. «Полицейские» близко, но у них не настолько острый слух. Это был всего лишь шорох.
Аккуратно выглянув и убедившись, что путь свободен, я выскочила наружу, быстро задвинув за собой дверь. Я оказалась в галерее, ведущей в западные комнаты. И побежала туда.
У двери я снова прислушалась, но до меня не донеслось ни звука. Я также аккуратно отодвинула дверь, вновь поморщившись от шороха, и заглянула внутрь. Это строение было меньше синдэна. Передо мной расположилась небольшая комната: на татами лежали циновки, у стен располагались расписанные ширмы ямато-э [57] с изображением четырех времен года, посередине — невысокий чайный столик. А на нем я увидела два кинжала, явара — короткую деревянную палочку, применяемую вместо кастета, и гораздо более угрожающего вида тэкко-каги, кастет в виде длинных «когтей».
57
Ямато-э (яп. ????, также пишется ??? и ??) — стиль японской живописи, распространённый в периоды Хэйан (794–1185) и Камакура (1185–1333), чаще сего представлен изображениями на раздвижных дверях и ширмах, тематика картин — повседневная жизнь и пейзажи.
Подумав, я зажала в руке явара. Холодным оружием я пользоваться не умела и не собиралась даже пытаться — его скорее используют против меня. Более того, я не собиралась становиться «особо опасным преступником» или, по-другому, ходячей мишенью. А вот
Из следующей комнаты, отделенной от этой тонкой раздвижной дверью, донесся тихий шум. Я напряглась и сильнее сжала в руке явару. Я вдруг поняла, что и в дверь за моей спиной в любую секунду могут войти. Так куда же идти?..
Во второй комнате снова послышались какие-то звуки, а затем до меня донесся тихий вздох сожаления. Я нахмурилась. Возможно, это был не «полицейский».
Стараясь ступать как можно тише, я пошла вперед, прихватив все таки еще и короткий меч — для более угрожающего вида. В случае чего, скажу, что я чемпионка по кэндо. Это могло бы сработать. Тут никто не знает, с кем имеет дело. Никому не известно прошлое тех, кто стал героем кайдана.
С этими малоприятными мыслями я резко отодвинула дверь и, шагнув внутрь, вытянула вперед руку с мечом. А затем быстро его опустила.
Передо мной, приподняв бровь, стояла девушка-старшеклассница. Тоже «вор». Круглые очки сползли на нос, школьная юбка замялась, стильно подстриженные волосы были растрепанны.
Я хмуро оглядела девушку. Чем она так шумела? Если бы в той комнате вместо меня был «полицейский»…
— Успокойся, я из твоей команды, — на всякий случай произнесла я, хотя не заметила на лице старшеклассницы ни капли страха, лишь легкое облегчение.
Переведя взгляд вниз, я увидела, что девушка смахнула со столика икэбану. Это какой же надо быть неаккуратной…
Старшеклассница вздохнула.
— Aut vincere, aut mori [58] … — пробормотала она.
— Что? — не поняла я.
— Ничего, — встряхнув головой, уже громче ответила девушка, и я заметила у нее легкий акцент. — Спасибо.
— За что это? — мрачно спросила я. Несмотря на то, что девушка была младше меня на несколько лет, она была выше на голову. Вкупе с худобой это делало её несколько неуклюжей на вид. Видимо, так оно и было.
Я обратила внимание на её большие светло-зеленые глаза, которые контрастировали с японскими чертами лица, и на её легкий акцент, а потому поняла, что школьница, должно быть, была хафу [59] .
58
«Победа или смерть» (лат.)
59
Хафу (яп. ???, от англ. half) — японское определение, обозначающее людей полуяпонского происхождения, то есть имеющих одного родителя неяпонца.
— Прошло пятнадцать минут, — неожиданно прозвучал голос из ниоткуда.
— Не знаю, — не обращая внимание на слова «ведущего», девушка снова пожала плечами. — Спасибо просто за то, что оказалась не «полицейским». Я Эмири Тэйлор.
Как я и думала. Судя по фамилии, отец девушки был не из Японии.
— Акияма Хината.
Я представилась, но несколько недовольно посмотрела на Эмири, ведь была не настроена на болтовню.
— Будь осторожнее. Тут рядом ходили «полицейские». Не попадись.