Шрифт:
Зашибись! Стоило мне на секунду отвлечься от дороги, тут же последовал страшный удар. Кто в меня врезался, или в кого я уткнулся капотом отцовского "форда" осталось за кадром. Вспышка страшной боли, свет, мрак, безвременье, всё слилось, спаялось, смешалось. Что за хрень? Почему я ещё размышляю, вроде же говорили, что со смертью всё заканчивается. Вообще всё, но я же чего-то соображаю.... Наконец меня, куда-то понесло. Странно, я не ощущаю своего тела, тогда интересно, как я понял, что меня "понесло"? Тем не менее, чувствуется некое движение. Боже! Твою маман! Что это? Я падаю! Куда? Аааааааааа....
Кха - кха-кха...,твою маман! Что за хрень, рот полон солёной воды, на зубах скрипит песок, по шее ползёт какая то многолапая дрянь? В уши ударил звук прибоя, волны накатываясь на берег, выбросили моё тело на границу воды и суши, смерти и жизни.
– Вот хрена себе съездил
– Давай будем немного подумать Дима, вот мы едем, вот удар и мрак, и вот мы уже на пляже, что за прыжки в сторону? Ведь до моря от Воронежа, ой как далеко, да и не сезон, ноябрь всё- таки. Что неужели это то, о чём я читал в одной книжке? Новая жизнь? Жизнь после смерти? Попаданство? Только вот куда, и когда и в кого, а...? Глаза закрылись, и я, так и не закончив мысль, опять потерял сознание.
Пришёл в себя от того, что кто-то нагло меня раздевал, нисколько не заботясь о моём самочувствии, а оно, как ни странно значительно улучшилось, настолько, что я, приоткрыв глаза, разглядел на берегу небольшой баркас, пару полуголых мудаков копошащихся у наспех сооружённого очага. Кстати по всему видать уже утро, во всяком случае, краешек солнца едва, едва поднялся над горизонтом. Тип, который раздевал моё тело, довольно грубо дёрнул за шнурок медальона, я выматерился, и вежливо так поинтересовался,
– Ты чего мужик? На что тот отскочил, выхватил небольшой кинжал, и попытался ткнуть им меня в шею. Попасть не попал, кто бы ему это позволил, но он зачерпнул стопой песок и едва не попал мне им в глаза. Убедившись, что молодой баран по серьёзному решил бодаться, я нащупал пальцами, какой-то камень и при следующей попытке меня ударить, поймал оппонента за ногу, чуть довернул её, и лёгким ударом, выбил ему коленную чашку.
Судя по всему, нападавший от болевого шока потерял сознание, потому что упал он, молча и практически мне на колени. Добавил ещё, но уже по голове. Оппонент подёргал ножками и затих. Один ноль. На первый взгляд, человек, парень мой одногодка, лет восемнадцать - двадцать. Перевернул тело, ну ё-моё, он умудрился наколоться на собственный кинжал. Быстрый обыск принес мне кинжал, нож, пояс, серебряное кольцо на пальце, ещё одно кольцо и десяток серебряных монет в кожаном кисете, а на шее, как и у меня, висел какой то медальон. Надел это кольцо на свой палец, а второй медальон и кольцо сунул в кошель. Аккуратно снял с погибшего хулигана жилет, скажем прямо, неплоха была и рубаха, гораздо лучше моей, извахратившейся о камни в лохмотья, но её надо было быстро застирать от крови, жалко сапожки маловаты, а вот шаровары придется тоже простирнуть, обоссался парнишка, расслабился. Среди хабара, не было одного, того, что помогло бы мне определиться с местом и временем моего прибытия в этот мир, никаких документов, ни клочка бумаги. Как ни странно, но его спутники не обратили внимания на нашу возню, никто видно не ждал каких-то проблем от утопленника, каждый из них занимался своим делом. Один, ушел далеко по берегу, собирая плавник, а второй чего-то копошился стоя по колено в воде и высокий борт, скрыл от него последние события. Это дало мне время тщательней продумать свои последующие действия, Для начала, перепоясался, вложил кинжал в ножны, встал, и спокойно пошёл к баркасу. Куда спешить? После того как в руки мне попало холодное оружие, остальные мне были не противники. Два года армии, меня учили выживать и убивать, в любых условиях и всем чем попадёт под руку, и я был очень хорошим учеником. Увы, мне недолго пришлось прожить после дембеля, всего неделю, пока добрался до дома, туда-сюда, родаки решили устроить праздник, под нож пошло некоторое поголовье пернатых и ушастых. В какой-то момент обнаружился напряг с солью, я вызвался съездить в ближайший универсам на отцовом Форде, дальнейшее вы знаете. Жалко конечно стариков, вместо праздника встречи, им придётся устраивать поминки, но как говорится,- Не судьба!
– Простирни рубаху и портки, я бросил перед сидящим на корточках оборванцем, слегка обгаженные шаровары и окровавленную рубаху. Но тот поднял на меня взгляд, вдруг ощерился и замахнулся увесистым молотком намереваясь проломить мне голову.
– Да ты охренел, паря! Я не дал ему шанса закончить удар, перехватил руку, и кинжалом ударил его в грудь. Оборванец, уронил молоток и молча упал мне
– Хреново конечно, что не можем поговорить, надо нам, что ни будь придумать, давай для начала познакомимся, меня зовут Дмитрий, пришлось опять жестикулировать, ткнув сначала себя в грудь, затем его, - а тебя как зовут?
– Старик понимающе кивнул и ответил, - докан Мартоварис.
– А этого как звали? Ткнул пальцем в труп всё ещё плавающий у берега, старик пренебрежительно махнул рукой и произнёс короткое слово,- Бас.
– Что то имена у вас не как у людей. Ну почему скажи мне на милость не иметь нормальные имена типа,- Томас, Педро, Адольф, Ахмет, Джулиано, Вася на крайний случай? Сразу бы определился, кто вы и где я нахожусь. А так догадывайся ... Ладно, скажи мне, а как звали вон того молодца, тоже наверное Бас? Старик замотал головой, протестующе замахал руками, и в конце концов выдал, Эка, эка бас, и помахал перед моим лицом пальцем, донго Оглор! Донго! Потом указал на меня пальцем и сказал, донго Диметрий. Взял меня за руку и показал на кольцо, которое я снял с пальца мародёра и на медальоны - кевана Донго на пальце, кубана Донго -медальон.
– Понял я, это кольцо и медальон господина. Кевана, кубана Донго Дмитрий.
– Хо, донго Диметрий.
– Ох и тяжко мне будет молодому да безъязыкому, надо, что то с этим делать, но сначала нужно похоронить мертвецов, найти попить, потом поесть чего ни будь, а дальше видно будет.- Раздень его, и постирай эти шаровары и рубаху,- жестами я дал понять Марту, что делать с трупом и вещами, а сам пошёл за телом бывшего хозяина кольца. Приволок его, стащил в море, затем сам разделся догола, оставив на себе только пояс с оружием, затем поволок тела к видневшимся неподалёку от берега камням. Там нашёлся небольшой подводный грот, куда я и сунул тела раба и его хозяина, рядом нашлось пара тройка больших камней, которыми и завалил вход в подводный склеп. Аминь! Тут же пригляделся к своему отражению в воде, зеркало из лениво колыхающегося моря так себе, но и то, что я увидел, было достаточно. Тело было не моё. Не хуже моего прошлого, местами даже лучше. Если я был там кареглазым шатеном, то здесь, выдернув пару волосков из богатой шевелюры, определил цвет волос как радикально черный, цвет глаз в воде не рассмотрел, но нынешнее тело было хорошо прокачано, а бицепсы трицепсы и прочая мускулатура на груди и животе, чуток получше моих прежних статей, да и в плечах, здешний я, был шире. Сполоснувшись, я побрёл к баркасу, старик ждал меня у борта.
– А давай ка Март, чего ни будь, съедим, есть у нас чего поесть? Свои слова приходилось сопровождать жестикуляцией, но Март прекрасно понял, метнулся в баркас, и принёс мне лепёшку, кусок сыра и небольшую кожаную флягу. Вытащил пробку, понюхал, вроде вино, сделал небольшой глоток, ну точно, кислое вино. Да и хрен с ним! Запить пресную лепёшку и твёрдый вонючий сыр, самое то. Однако с едой у них напряг, где спрашивается колбаса, кусок сала, луковица наконец? Перекусив, почувствовал себя гораздо лучше, теперь надо бы узнать, где я?
– Март, позвал я задумавшегося над чем то старичка. А давай ка попробуем выяснить, где мы? Вот послушай, тебе что ни будь говорят эти слова, Азия, Африка, Америка, Европа, нет? А что ты знаешь? Нарисовал грубо карту мира с её континентами, отдал прут старику и спросил, указывая по очереди на себя и его и на карту,- где мы?
Старик внимательно рассмотрел чертёж, пробормотал, что то и начал рисовать свою версию Карты мира. То тут , то там небольшие архипелаги, то там то сям, отдельные острова, все они были разбросаны вдоль экватора, острова были разные и большие и маленькие, поднимались приблизительно до широты Москвы и опускались да широты Кувейта, всё остальное, по мнению Марта, было занято морем или не изучено.
То, что я кричал в небо следующие полчаса, Март не понял, но видимо догадывался, потому что, собрав всю одежду, отошёл метров на двадцать в сторону, и принялся стирать её, изредка поглядывая в мою сторону. А я, сбросив эмоции, и сделав три хороших глотка вина, вдруг запел "чёрного ворона"... Вино не произвело на меня никакого действия, то ли я был весь на нервах, то ли оно было слабенькое, короче говоря, напиться с горя не удалось. Так я просидел в этом состоянии полной прострации с полчаса, Потом махнув на всё рукой, решил, да идёт оно всё лесом, могло быть хуже, а так жив, здоров, есть баркас, спутник, еда вода и огонь, даже выпить есть, кислятина, но при неимении гербовой..., а со всем остальным разберёмся.