Капитан
Шрифт:
Он положил руку ей на плечо.
— Хорошо, что туники рабынь такие легкие, — усмехнулся он и указал на дверь.
Она поднялась и медленно побрела к двери. На пороге медленно сползла на пол, прислонившись головой к твердому дереву.
Отто смотрел на поднос с кубком, бутылкой вина, закуской и вянущей розой.
Она сотрясалась от рыданий. Потом Отто услышал, как стукнул засов. Дверь приоткрылась, ровно настолько, чтобы она в нее могла проскользнуть.
В одно мгновение он оттолкнул ее, с яростью захлопнув дверь. Повернувшись
— Да, — усмехнулся он, — ты красивая рабыня. Давай посмотрим, как ты выглядишь нагой.
— Господин! — вскрикнула она.
Он сорвал с ее бедер обрывки туники. Рабыня по-прежнему стояла у двери, прижав к ней ладони.
— Ты красивая рабыня, — заметил он, — почему бы не воспользоваться тобой, как другими? Или ты слишком хороша для этого?
— Нет, господин! — воскликнула она.
— Повернись и запри дверь, — приказал он.
Два тяжелых засова по очереди вошли в петли, надежно заперев прочную дверь.
— Встань на колени лицом ко мне, — приказал он. — Вот так, гордая гражданка Империи. А теперь всего лишь рабыня.
— Да, господин.
— Ползи сюда на животе, — потребовал он, хлопнув себя по ноге.
Она легла на живот, подползла к его ногам, и покрыла их поцелуями.
— Ты боишься? — спросил он.
— Да, господин, — прошептала она.
— На четвереньках подойди к подносу и возьми в зубы цветок.
Она подошла к подносу и осторожно, повернув голову, ухитрилась зажать стебель цветка в зубах. Она вернулась к нему, наклонилась и положила цветок между его ступнями.
— Ты предлагаешь мне цветок рабыни? — спросил он.
Она подняла голову; в ее глазах стояли слезы.
— Да, господин.
— Снова возьми его в зубы.
— Да, господин, — прошептала она и осторожно подняла цветок за стебель, так, что он свисал в левом углу ее рта.
— Ты снова предлагаешь мне сорвать цветок рабыни?
Она кивнула, чуть не плача.
— И на этот раз так, как следует?
Она снова кивнула, подняв голову и протягивая ему цветок.
К ее ужасу, он нагнулся и силой разжал ей зубы.
— Ты не предлагаешь его, — зло сказал он, — я сам его беру, — и он выдернул розу изо рта рабыни.
Она вздрогнула.
— На колени, руки за спину, — приказал он. — Стащи шкуру с кровати на пол.
Она в страхе взглянула
— Таким, как ты, не позволяют ложиться на кровать.
Она сдержала рыдания.
— Тащи зубами, — приказал он, и она сбросила шкуру на пол. Затем с помощью только зубов она осторожно расправила ее и встала на колени рядом.
Отто щелкнул пальцами и указал на шкуру.
— Вот туда, рабыня, — приказал он.
Она послушно поползла на шкуру. Он швырнул ей вслед розу. Он сам указал ей, как лечь.
— Господин, — прошептала она, когда ее маленькие запястья оказались захваченными в наручники далеко за головой.
— Я так долго ждал тебя, — сказал он, — с тех пор, как увидел в суде на Тереннии.
— И я тоже ждала вас, господин, — ответила она, — с тех пор, как видела в суде на Тереннии.
Он склонился над ней и вновь вложил ей в рот цветок, но он недолго оставался в ее зубах.
— Все будет сделано быстро, — сказал он, — а затем я научу тебя, что значит быть рабыней.
— О! — крикнула она.
Он выдернул цветок из ее зубов и отбросил в сторону.
— Твой цветок сорван, моя дорогая, — сказал он. — Это можно сделать лишь один раз, и теперь у мужчин ты будешь цениться еще выше.
— Да, господин, — прошептала она.
Она еще долго лежала в цепях, испытывая странные чувства и экстаз, которого она еще не знала. Только теперь она поняла, что ей предстоит, только теперь начинала видеть новый рассвет, подниматься к дальним планетам и морям, обозревать отдаленные горизонты, постигать необозримые глубины чувственности и в то же время осознавать, что теперь она навсегда, независимо от своего желания, прикована цепями к своему господину.
— Ты уже достаточно помучалась, — заметил Отто.
— Я вся ваша, мой суровый хозяин, мой повелитель-варвар! — простонала она.
— Я знаю это, рабыня, — ответил он.
— Еще! Еще! Не останавливайтесь! — умоляла она.
— Я буду поступать так, как захочу, — назидательно сказал он.
— Да, господин, — всхлипнула она.
— Этого ты заслуживаешь.
— Да, господин, но я хочу служить так, как вам угодно, всецело, изо всех сил!
— Ты будешь служить мне, — сказал он. К утру ей пришлось завязать рот.
Когда в коридорах послышался шум пробудившейся прислуги, Отто встал и оделся. Он взглянул на свернувшуюся на шкурах рабыню. Теперь на ее лице уже не было повязки, она была прикована цепью, идущей от левой щиколотки, к ножке тяжелой кровати.
Она задрожала и отвернулась. Да, подумал он, она способна стать хорошей рабыней.
Глава 34
Отто и Юлиан завтракали на террасе, у кабинета, который недавно повредил взрыв. Проломленный купол, в который попали заряды, был уже восстановлен. Наступило свежее и прохладное утро. Горные вершины, видные с террасы, поблескивали в лучах солнца. На верхушке одного из далеких пиков лежал снег.