Капитанский тест
Шрифт:
Наконец к подъезду подошла женщина. Девочка шагнула ей навстречу:
– Тётя, впустите меня в подъезд…
– А ты к кому?
– К тёте Тане. Её пока нет дома… Впустите… погреться…
– Твоя тётя из какой квартиры?
– На восьмом этаже…
– А, к Татьяне? Это соседка моя, – голос женщины стал приветливым. – Заходи! А знаешь что? Пойдём ко мне. Вместе подождём твою тётю. Меня зовут Надежда Андреевна, а можно просто тётя Надя. А тебя как зовут? – Светка! – довольная, девочка побежала к лифту.
Подошли
– Проходи, Света. Сейчас тапочки дам.
Замёрзшие детские руки и щёки сразу почувствовали приятное тепло. Светка сняла куртку и осталась в тонкой водолазке.
– Ты легко одета. Без шарфа, – покачала головой Надежда Андреевна. – А ведь зима ещё не попрощалась с нами.
Гостья стащила сапоги, стянула надетые на носки полиэтиленовые пакеты. Прошла.
– Да у тебя ноги мокрые! – ахнула хозяйка.
Девочка виновато смотрела на оставленные следы.
– Пакеты порвались, вот ноги и промокли.
– Где ж ты их промочила?
– Возле теплотрассы. Везде ещё снег да лёд, а там – каша с водой.
– А что ты там делала?
– Играла. Думала, что там теплее. Мы там играем в продавцов. Из магазина ящики выбросили, а мы сделали прилавок из них…
Надежда Андреевна притянула девочку к себе, погладила её по голове.
– Давай-ка иди в ванную, помой ноги в горячей воде, чтоб не заболеть. А лучше – вся помойся, – и принесла белое махровое полотенце, синий халат и шерстяные носки своей дочки.
В ванной девочка разглядывала и нюхала разноцветные шампуни и гели. Улыбалась себе в зеркале. Радовалась тёплому дождю, стекавшему по телу.
А когда вышла, на журнальном столике появились чашки с блюдцами, вазочки с печеньем и карамельками. Девочка села в кресло с мягкими подлокотниками.
– Мама говорила, что нам тоже хотели дать квартиру с удобствами.
– А где ты живёшь? – хозяйка осторожно разливала чай.
– На Привокзальной.
– Знаю… Пей чай. Печенье, конфетки бери.
Этот район, с покосившимися, вросшими в землю деревянными домами-бараками, построенными сразу после революции, знали многие: он недалеко от вокзала.
Надежда Андреевна села напротив девочки.
– Наверное, ты к тёте Тане по важному делу?
– По очень важному. Хочу у неё на праздник белую блузку попросить.
– Представляю тебя, худышку, в огромной блузке тёти! В её блузку три такие девчонки влезут! – улыбнулась Надежда Андреевна. – Слушай-ка, я собрала вещи своей дочки, чтобы кому-нибудь отдать: они ей уже малы. Ты посиди, я сейчас.
И она скрылась за дверью.
Светка, увидев на полке бордовую шкатулку, соскочила с кресла. Подошла и тихонько приоткрыла её. Заиграла музыка. От неожиданности тут же захлопнула крышку. Но успела заметить в ней цепочку и перстень.
Вскоре хозяйка вернулась с пакетом и вытряхнула из него вещи на диван:
– Вот. Бери, что понравится.
– Это
– Идёт. К твоим глазкам-незабудкам.
– А эта идёт? – девочка поочерёдно подносила к себе каждую вещь. Вытащила красный треугольник. – А это что? Пионерский галстук?! – примерила его. – Красиво! Только нам сказали больше не носить… Вот белая блузка! Ух ты! – обрадовалась она и закружилась по комнате.
Надежда Андреевна радовалась, что так легко смогла осчастливить девочку, и наслаждалась её настроением.
– А мама где работает?
– На рынке. Раньше она книжки выдавала. Но библиотеку закрыли. Мама говорит, что это перестройка её к холодному прилавку выгнала… Мама согревалась на морозе водкой и чуть печёнку себе не посадила… А теперь она рынок убирает.
– А отец чем занимается?
– Не знаю. Он уехал от нас куда-то, – девочка погрустнела.
Надежда Андреевна решила проверить, вернулась ли домой Татьяна. Как только за ней захлопнулась дверь, Светка подскочила к шкатулке, схватила перстень с большим, сверкающим гранями камнем и сунула в карман брюк. Надежда Андреевна, убедившись, что тётя Таня уже дома, проводила к ней Свету.
…В классе пахло мимозами. Разноцветные воздушные шары прикрепили к шкафам, доске, пианино. Светка в шёлковой блузке, подаренной тётей Надей, чувствовала себя красивее всех.
В класс входили родители и рассаживались. Светка поглядывала на дверь: «А где же моя мама?»
Вика объявила о начале концерта. Учительница села за пианино, и её пальцы помчались по клавишам. Она кивнула, и все запели: «Если с другом вышел в путь…»
Светкина голова то и дело поворачивалась в сторону двери. А дверь как заколоченная! Наконец открылась! Мама! Дочь уверенно запела, подняв повыше подбородок. Щёки мамы были пунцовыми. Света поняла: мама опять «согревалась» на морозе. Сердце сжалось от стыда: это могли заметить и другие.
Девочка растерянным взглядом искала свободный стул: «Куда маме сесть?» Выскочила из хора, схватила маму за руку и потащила, показывая на свободные стулья. Мама села, и Светка быстро встала в хор: «Хорошо, что ещё не закончили песню. Я ещё спою для мамы!»
Всю дорогу домой она щебетала. Ей хотелось крикнуть: «Посмотрите же, я вместе с мамой!» Слушает мама её рассказ или нет, ей было неважно – главное, что мама увидела, как дочка для неё старалась.
После ужина девочка уснула с улыбкой. Она не видела, как мама выпила рюмку и побрела в комнату. Швырнула халат на спинку стула поверх детских брюк. Вещи сползли на пол. Что-то звякнуло. «Мелочь?» – мать подняла блеснувший кругляшок и, выйдя в коридор, включила свет. Золотой перстень с камнем! Кажется, рубин… Кровь хлынула ей в голову: «Откуда он у Светки?»