Капкан
Шрифт:
Видимо, у порождений иного мира совсем другая логика, и в данный момент эта логика была мне не понятна. Однако упустить возможность я не могла…
– Вы знаете всё? – спросила напрямик.
Вопрос, однозначного ответа на который я и впрямь не слышала. Нейс и Крам говoрили одно, а Кира с Диком насмехались, считая, что осведомлённость женщины с жемчужной чешуёй – вообще бред.
– Мм-м… – протянула она. – Это не знания, это возможность
– Вы знали о том, где держат Нейсона? – не желая впадать в философию, выдохнула я.
– Нет.
Все замерли, спальню снова наполнила тишина, а я, помедлив, кивнула.
И задумалась, понимая, что у умирающей вряд ли хватит сил ответить на всё, о чём могу спросить. Поэтому сделала новый глубокий вдох и решила остановиться на главном – на том, что по-настоящему волнует.
– Мой дядя Рант. Он нашел меня у Паривэллов, но всё-таки не забрал. Почему?
На Дайнарэ я в этот миг не смотрела и вообще старалась ни о чём не думать. А Оракул застыла, словно в самом деле к чему-то прислушиваясь, а потом…
– Рант долго сопротивлялся, но в конце концов принял выбор твоей матери. В его старой комнате, в письменном столе, есть потайной ящик – Дайнарэ знает какой. Откройте его. Там письмо, оно всё объяснит.
Теперь всё же пришлось взглянуть на бабушку, а та побледнела и схватилась за спинку кровати. Прошла вечность, прежде чем она прошептала:
– Это детская. После гибели Санта мы там действительно ничего не трогали. И я знаю, о каком ящике речь.
На глаза навернулись непрошенные слёзы, и я кивнула. Собралась с силами, и…
– Ещё я хочу спросить про кинжал Катрин Томисти.
– Почему он пришел к тебе, да еще столь удивительным образом? – подхватила Оракул.
– Да, – ответила я.
– Тебе требовалась помощь, к тому же ты… – мимолетный взгляд на Нейсона, – не посторонняя для хозяйки этого оружия. Главная причина скрыта именно тут.
Стало и приятно, и… все-таки странно. Невзирая на три года мечтаний, я еще не привыкла, что мы вместе.
– А то, как именно он появился? – напомнила осторожно.
Оракул слабо улыбнулась.
– Просто другого способа попасть к тебе в руки не было, вот и всё.
Я замолчала, перевариваю сказанное, а потом…
– А шакрам?
– Шакрам Реда Самейстона?
Я в который раз кивнула.
– Почему
Впрочем, тут я немного лукавила – почему шакрам не навредил и появился в момент битвы, я догадывалась. Оружие великого охотника не меньше меня хотело разделаться с демоном, поэтому и вмешалось. Но тогда, при первой встрече… Шакрам ведь действительно стремился меня убить?
– Оружие великих часто обладает собственной силой. Шакрам и кинжал Реда Самейстона почувствовали в тебе угрозу и захотели эту угрозу устранить.
– Кстати, – пробормотала я. – А кинжал не появился.
– Значит, в нём не было необходимости. Вероятно, он появится позже. Потом.
Потом?
Я вскинула голову и уставилась напряженно. Остальные тоже застыли, впиваясь взглядами в тонкое лицо.
– Чему вы удивляетесь? – улыбнулась Оракул.
– Но вы же сказали, что с демонами, по крайней мере на ближайшее время, покончено, – ответил за всех Нейс. – То есть и оружие, способное их убивать, не понадобится.
Речь Нейсона оборвал тихий усталый смех.
Напряженность наша никуда не делась, а Оракул действительно веселилась… А отсмеявшись, сказала беззлобно:
– Равновесие. Демоны изгнаны, но охотники с их особенной силой остались. Значит, скоро появится кто-то другой, кто-то ещё.
– Кто-то, кто должен будет истребить нас? – сказала Дайнарэ тихо.
– Не истребить, а компенсировать вашу силу.
Мы с бабушкой переглянулись – новая угроза? Но ведь мы даже не успели даже почувствовать вкус этой спокойной жизни!
– К тому же здесь остаются фанатики, – продолжила Оракул, – и справляться с ними, вероятнее всего, тоже придётся вам. Но ведь это неплохо, правда? Вы так привыкли сражаться с демонами, вы столько о них знаете, а люди – это что-то новое. Вам придётся проявить гибкость, освоить новые методы, шагнуть вперёд.
Снова игра в гляделки. Лично я о фанатиках не забывала, но после этих слов ситуация предстала в несколько ином свете. Кажется, всё действительно серьёзно, и нам предстоит новая война.
Хорошо ли это? Плохо ли? Нет, не знаю. Зато мне известно, что у меня есть семья и парень, который значит для меня очень и очень много. Я больше не одна и меня любят. И раз так, то я обязательно справлюсь. Мы справимся! Всё непременно будет хорошо.