Каппа
Шрифт:
— Короче, я тут со старым знакомцем сошелся. Он там кое-что возит, я помогаю вопросы решать. Таможня, погранцы. Сам понимаешь, когда серьезные люди грузы контейнерами гоняют, то и проблемы разные могут нарисоваться. А я помогаю эти проблемы разрулить... Но ты не бери в голову. К тебе вопрос совсем другой. – Постучав пальцем-сосиской по конверту Мишаня продолжил: – У моего компаньона есть родственник. И у него идиот капитан утопил посудину на глубине где-то в полсотню метров. Причем так утопил, что лишь координаты остались, а экипаж вместе с капитаном не выплыли. Говорят, одного лишь в жилете нашли,
— Что, своих специалистов у твоих друзей нет?
– Есть. Когда они утопленника добыли, погода была не очень хорошая. Поэтому их водолаз умудрился так о борт при спуске приложиться, что сейчас с переломом бедра лежит в больнице. А заказчик рвет и мечет, не имея возможность решить эту проблему. Сроки у него уже не просто горят, а вообще полный швах. И если за эти выходные он свое барахло из воды не добудет, то затраты на водолаза со стороны будут наименьшей его проблемой.
Виталий задумался. Вообще-то на эти выходные у него были другие планы. Но вот конверт... Умеет же Мишаня с людьми разговаривать.
– - Так вот. Здесь пять сотен. Аванс.
– Аванс?!
– Ага. Понимаешь теперь, как их приперло.
– Пять сотен... Сотен – чего?
– Не йены, не волнуйся. Доллары.
Разговор как-то неожиданно свернулся. Торговцу было непривычно выговаривать слово “аванс”, а потенциальному работнику хотелось найти какую-нибудь причину, чтобы вежливо отказаться. Слишком уж как-то попахивало от этой неожиданной работы.
Закончив со своей порцией Мишаня сжевал первый пирожок, запил его горячим чаем из безразмерной кружки и тихо зашептал:
– Тебя несколько человек им рекомендовало. Все же репутацию уже заработал. Вот ко мне вчера вечером и постучались. И тоже люди не из последних. Одним словом, аванс тебе за то, чтобы ты поговорил с заказчиком. Выслушал его. Может, какие технические детали уточнил. Может, там и не полтинник, а куда как глубже и ты просто донырнуть не сможешь... Но гарантии дают, что если не сторгуетесь, то так бортами и разойдетесь, без каких-либо последствий. Но вот если надумаешь, то они двадцать косых зеленью готовы отвалить без обсуждения. Больше вряд ли, но эту сумму платят без вопросов. Бабки у них есть. Оборудование – это уже на тебе. Потянешь?
– На пятьдесят могу. На сотню уже не полезу, – ответил Виталий и понял, что уже внутренне согласился. Потому что после этого контракта он до следующего лета сможет завязать с любыми шабашками и жить потихоньку в свое удовольствие. Может, даже женский вопрос как-то разрешит, а то последняя подруга продержалась в его холостяцкой квартире меньше недели. Не везет ему на девушек, что поделаешь.
– Ты же ходил весной с яхтсменами, документы оформлял? Тогда я сейчас эту проблему утрясу и вечером уже сможете с нужными бумажками выйти. Яхта моего приятеля тебя до места добросит, там уже корабль будет ждать. Ну и все остальное.
– А с кем разговаривать-то?
– Это здесь, в марине. Доедай и пойдем, – Мишаня убрал руку с конверта и облегченно улыбнулся. Похоже, ему тоже был чем-то очень важен
Заказчик оставил двойственное впечатление.
Из плюсов, во-первых, это был белый мужчина, худой как щепка и абсолютно без какой-либо растительности на голове. Даже бровей не было. Но – не азиат. А азиатов после некоторых сложностей с оплатой за выполненную работу Виталий недолюбливал. Без яркой враждебности или каких-либо расистких штучек – но предпочитал все же общаться с согражданами или изредка мелькавшими янки. Там хотя бы мимика иногда читалась и можно было понять, где тебе врут в глаза, а где сами не понимают, в какие неприятности собираются засунуть команду. Во-вторых, чужак предельно четко и ясно обрисовал задание и оплату за его выполнение. Глубина – пятьдесят пять метров, до шестидесяти. Старая железная лоханка затонула и легла ровным килем на грунт. В основном скальные породы, хотя есть и песок, и чуть водорослей. Опасных хищников нет. Тел погибшего экипажа на корабле нет. Надо поднять небольшой сундук из верхней рубки, в которую приоткрыта дверь. Спуск, зацепить сундук, подъем. За все – двадцать тысяч долларов наличными.
К минусам Виталий был склонен отнести некоторую спешку. Выходить на яхте нужно было уже вечером. А завтра ранним утром их ждал дальше в океане корабль, на котором еще двое суток ползти до места. Точка спуска не оглашалась. С командой разговаривать не рекомендовалось. Гарантом сделки выступал сам Мишаня и его многочисленные друзья и знакомые во Владивостоке. Которых на том самом корабле не будет.
Окончательную точку в переговорах поставил заказчик, выложив на стол четыре перевязанные резинкой пухлые пачки.
– Деньги передаю вашему посреднику, этому рыжему господину. Когда вернетесь, заберете. Устроит?
И Виталий поехал домой за оборудованием. Компрессор для баллонов у незнакомца был, но вот сами баллоны, компоненты для воздушной смеси, гидрокостюм и еще кучу разного нужного барахла следовало из кладовки достать, проверить и упаковать для путешествия. Заодно и ключи от квартиры нужно было отдать соседям, с которыми за эти годы Виталий близко сошелся и при случае приглядывал за хозяйством, когда те уезжали на дачу или в редкий отпуск. Мало ли что, океан может и взбрыкнуть. Запросто три-четыре дня путешествия обернутся неделей, а то и двумя.
Уже на пристани водолаза притормозил рыжеволосый коммерсант:
– Ты это, поосторожнее все же там. Хоть и обещают все тип-топ, но мало ли. Не знаю, нож там поближе к себе держи или монтировку какую. В армии тебя же должны были научить, как за себя постоять.
Вздохнув, Виталий пожал протянутую руку и криво усмехнулся:
– В армии меня научили, как кверху пузом не всплыть, если шланг перекрутило. А железякой от целой команды не отбиться. Но ты не волнуйся, я буду аккуратным. В чужие секреты нос совать не стану, выполню заказ и домой.