Каприз
Шрифт:
— Мэрделл, сэр. Это моя девичья фамилия.
— Ваш отец, если я правильно понял, был старшим садовником в Нэсс?
— Нет, то был мой старший брат. Я была самой младшей в семье. Нас было одиннадцать. В Нэсс-Хауз Мэрделлы были многие годы, — добавила она с гордостью. — А сейчас все рассыпалось. Отец был последним.
— «Фоллиаты всегда будут в Нэсс-Xауз», — пробормотал Пуаро тихо.
— Простите, сэр?..
— Я повторяю слова, которые ваш отец сказал мне на пристани.
—
— Значит, Марлен была внучкой старого Мэрделла, — медленно промолвил Пуаро. — Так… я начинаю понимать… — Он умолк. Сильное волнение мешало ему говорить. — Вы сказали, что ваш отец утонул в реке?
— Да, сэр. Лишнего выпил. Не знаю, откуда только у него взялись деньги. Конечно, он иногда получал чаевые на пристани и очень ловко ухитрялся прятать их от меня. Боюсь, что он-таки лишнего выпил. Упал в реку и утонул. На другой день его тело вынесло течением у Хэлмута. Удивительно, что с ним не случилось этого раньше. Ему было девяносто два года, и он почти ничего не видел.
— В том-то и дело, что этого не случилось раньше…
— Что делать, несчастные случаи всегда бывают…
— Несчастный случай, — произнес в раздумье Пуаро. — Интересно… — Он встал. — Я должен был догадаться, — пробормотал он. — Давно… Девчонка, по существу, сказала мне…
— Простите, сэр?..
— Ничего, ничего, — сказал Пуаро. — Примите еще раз мои соболезнования по случаю смерти вашей дочери и вашего отца.
Он пожал им руки и вышел.
— Глупо… очень глупо. Я совсем не там искал.
— Хи… мистер…
Пуаро обернулся на осторожный шепот. В тени у стенки дома стояла толстушка Мэри. Она поманила его к себе.
— Мама не все знает, — сказала она шепотом. — Марлен не брала косынку у той леди.
— А где же она ее взяла?
— Купила в Торки. И помаду купила тоже. И духи. «Тритон в Париже», смешное название, правда? И питательный крем, она прочитала о нем в одной рекламе. — Мэри хихикнула. — Мама не знает, — продолжала она. — Марлен все прятала в своем ящике, в шкафу, под теплым бельем. А когда ездила в кино, на автобусной остановке красила губы. — Она снова хихикнула. — Мама не знала.
— Разве мама ничего не нашла, когда твоя сестра умерла?
— Нет, — затрясла Мэри пушистой головкой, — я все переложила в свой ящик. Мама ничего не знает.
Пуаро внимательно смотрел на девочку.
— Ты, кажется, умная девочка, — сказал он.
Мэри застенчиво улыбнулась.
— Мисс Бирд говорит, что мне нечего и думать о грамматической школе.
— Грамматическая школа — это еще не все. Скажи мне, где Марлен взяла деньги на свои покупки?
Мэри потупилась и очень внимательно стала рассматривать водосточную трубу.
— Не знаю, — пробормотала она.
— А мне кажется, знаешь.
Не стыдясь,
— Есть еще помада очень красивого оттенка, называется «Фиолетовый поцелуй»…
— Железно? — восхищенно прошептала Мэри, и, протянув руку к пяти шиллингам, быстро заговорила: — Марлен немножко любила совать нос в чужие дела. Она подсматривала кое-какие делишки… вы знаете, какие! Она обещала молчать, и за это ей платили, понимаете?
Пуаро отдал деньги.
— Понимаю.
Он кивнул Мэри и ушел.
— Понимаю, — пробормотал он снова, но уже с совершенно иным значением.
Теперь он знал многое. Не все, конечно, но он был на верном пути. Прояви он больше ума, он мог бы заметить его сразу. Тот первый разговор с миссис Оливер, несколько случайных слов Майкла Уэймена, важный разговор со стариком Мэрделлом на пристани, многозначительные фразы мисс Брэвис, приезд Этьена де Суза — все это теперь приобретало смысл. Телефон был рядом с деревенской почтовой конторой. Пуаро вошел и набрал номер.
— Вы откуда звоните, месье Пуаро? — спросил инспектор Блэнд.
— Я здесь, в Нэссикум.
— Но вчера днем вы были в Лондоне.
— Чтобы добраться^ сюда хорошим поездом, нужно всего лишь три с половиной часа, — заметил Пуаро. — У меня есть к вам вопрос.
— Слушаю вас.
— Что из себя представляет яхта Этьена де Суза?
— Если я вас правильно понял, месье Пуаро, то должен сказать, что ничего такого там не было. Никаких замаскированных помещений или тайников. Мы бы нашли их. Спрятать труп там негде.
— Вы ошибаетесь, mon cher [15] , меня интересует другое. Какая у него яхта, большая или маленькая?
— О, это была роскошная и необыкновенно красивая яхта. Все прекрасно подогнано, свежевыкрашено… Видно, немало денег стоила своему хозяину.
— Отлично.
В голосе Пуаро было столько удовлетворенности, что инспектор Блэнд с удивлением спросил:
— Что вы узнали, месье Пуаро?
— Что Этьен де Суза, — ответил Пуаро, — богат. А это, мой друг, очень важно.
15
мой дорогой (фр.)
— Почему?
— Потому, что совпадает с моей последней идеей.
— Значит, у вас появилась идея?
— Да. Наконец-то она у меня появилась. До сих пор я был очень глуп.
— Вы хотите сказать, что мы все были очень глупы?
— Нет. Я имею в виду лишь себя. Мне с самого начала преподнесли отличную зацепку, а я ее не заметил.
— Вы полагаете, что теперь вы на верном пути?
— Полагаю, что — да.
— Послушайте, месье Пуаро…