Капсула
Шрифт:
– Нет.
– Поехали в эти выходные! Тут неподалёку есть конюшня. С новичками всегда проще: они всего боятся. А вот тех, кто уже знает, что такое рысистые бега, кросс, дерби и стипль-чез, без страховки не пускают. Ну так как?
– Зачем он это сделал?.. Ведь можно же было бы и сказать!
– Ты всё про статью?
– Ну… – Вилей в какой-то мере оправдывал поступок отца Оноры – ведь, в конце концов, в научных кругах многие друг у друга что-нибудь да воруют, а потом из-за этого судятся – и зачастую стараются как можно быстрее опубликовать
– Я не знаю, – схитрила Онора, – но в любом случае он был бы рад и дальше иметь с тобой дело. А того, что произошло, я уверена, больше не повторится.
– Ты думаешь?.. – с надеждой спросил Вилей.
Он не просто потратил время на изучение алгоритма доказательства этой формулы. Он почувствовал то, как она дышит. Да-да, именно дышит – потому что он увидел её живой.
– Я, конечно, не буду выступать в роли третейского судьи, но папа мне обещал. Так, значит, ты согласен? – осторожно спросила девушка, и после того как Вилей молча кивнул, его поцеловала.
2. Нужно проверить
Вилей согласился на дальнейший совместный с профессором труд, хотя в глубине его души обида всё ещё оставалась. Уильям Батлер при встрече с Вилеем, пусть и косвенно, но всё же извинился. Плюс к тому профессор пообещал, что, если удастся доказать все составляющие уравнения и успешно провести испытания прибора, то имя Вилея будет вписано в анналы истории физики и математики.
Вдохновлённый такой перспективой, молодой человек в этот же день сел за работу. Не всё шло гладко, но иначе и быть не могло – ведь, если бы формула была простой, то её бы уже давно доказали.
Прошёл почти месяц, однако продвинуться за это время Вилей так и не смог. Казалось бы, он всё решил правильно, а когда начинал проводить сверки, идеально выстроенный домик рушился так же, как карточный.
– Подъём! – скомандовала Онора и, открыв окно, выглянула наружу. – Наступил новый день!
– Ага… – потягиваясь и с характерным звуком разминая суставы, пробормотал Вилей.
Он пробовал работать ночью, когда никто и ничто не мешало. Часы пролетали, а результат по-прежнему оставался нулевым. Но Вилей заметил: если он прогуливался, то его мысли сами начинали выстраивать между цифрами связи, и ему оставалось лишь взять карандаш и всё как можно быстрее записать.
– Одевайся, погода замечательная! – воскликнула Онора и, вытянув в окно руку, попробовала поймать капельки дождя.
– Ничего себе – «замечательная»! – присвистнул Вилей, глядя на серое небо.
– Ещё какая замечательная! И что же мы до сих пор сидим? – с лёгким возмущением спросила девушка, увидев, что её молодой человек всё ещё не оделся.
– Я, кажется, понял…
– Да ничего ты не понял! Так, встали и пошли! Иначе обижусь! – фыркнула Онора и, подойдя к Вилею, взяла его за руку. – Я тебя накормлю. Ведь ты же хочешь есть, правда?
Прогулка не прошла для него даром. Пару раз юноша
– Готово! – с восторгом сообщил Вилей и с видом победителя сел в кресло.
Уильям Батлер разложил перед собой листы, пробежался по ним глазами, а после этого почти целых полчаса сидел и вникал в суть доказательства.
– Нужно проверить на практике. Кто там у тебя работал над прибором? – не отрывая глаз от формул, спросил профессор.
– Давин.
– Хорошо, – задумчиво произнёс Батлер и, порывшись в кармане, достал банковскую карту. – Вот, – он протянул её Вилею и, немного помолчав, добавил: – Купи всё, что необходимо. Приступай. А я пока что буду смотреть дальше.
– Там всё верно. Ошибки нет! – воскликнул Вилей и, взяв карту, вышел из кабинета профессора.
– Ну как всё прошло? – спросила сразу же подошедшая к нему Онора и, взяв Вилея под руку, повела его в сторону выхода.
– Идём к Давину. Нужно сделать новый прибор.
– Ура! – вскрикнула девушка. – Ты гений! Я знала, что у тебя всё получится! Так, значит, отец с тобой согласен?
– В формуле всё правильно – я проверял. Много раз проверял. Но это – всего лишь вторая часть доказательства, а всего их в формуле шесть. Понимаешь? Шесть. То есть остаются ещё четыре.
– Эти деньги лично папины, так что особенно много не трать, – на всякий случай напомнила Вилею Онора и, выйдя на улицу, изящно поёжилась от прохлады.
Уже через час они ворвались в комнату Давина, но, поскольку его не оказалось, в поисках друга им пришлось побегать по всему университету.
– А, вот ты где! – устало, но радостно воскликнул Вилей и заглянул за стойку огромного серверного шкафа. – Получено добро на изготовление нового прибора.
– Думается мне, разбирать твою кофе-машину не придётся, – отозвался Давин.
– Да нет, всё же потребуется её разобрать, – заявил Вилей. – А всего приборов должно быть шесть. Я принёс расчёты. Вот, взгляни, – и он протянул Давину блокнот.
– Привет, – робко сказала Онора и помахала инженеру рукой.
– Мы не знакомы, – выбравшись из-за шкафа, Давин сперва посмотрел на девушку, а потом на своего друга.
– А! – воскликнул Вилей, вспомнив о том, что до сих пор их не познакомил. – Онора, это Давин.
– Должна признаться, я хочу кофе. А вы? – произнесла девушка и посмотрела на молодых людей.
– Я тоже, – отозвался Давин.
– А тебе, значит, с молоком, – посмотрев на Вилея, Онора хихикнула и сразу же убежала.
– Кто? – вопросительно приподнял брови Давин.
– Дочь профессора Батлера. И наш с тобой кошелёк. Вылазь давай. Дело есть. Вот, смотри…
– Да-да, конечно. А сколько всё это будет стоить, ты прикинул? Если в прошлый раз ты вложил четыреста восемьдесят евро, то сейчас я даже и думать боюсь.