Капсулёр. Часть 3
Шрифт:
– – Теперь мне нужно выйти, – сообщил Хан.
– – Мне будет не удобно управлять пассажирской капсулой удалённо, у неё уменьшенное количество маневровых ускорителей, да и нет маскировки. Может ты просто покажешь куда подлететь?
– – Не в капсуле. Мне нужно выйти наружу.
– – Он в курсе, что мы вообще-то в космосе? – вмешался Всеволод.
– – А он в курсе, что я вообще-то Сын Семьи? – спросил Хан.
– – Прекращайте общаться друг с другом в третьем лице, да ещё и использовать меня как «передаста», – успокоил обоих Клим. – А вообще, псайкер, о таком нужно предупреждать
– – Мне он не нужен.
– – Автономная система жизнеобеспечения будет разворачиваться несколько часов, а её ещё нужно во внутрь астероида засунуть, ты столько выживешь в вакууме?
– – Я Сын Семьи, пустышка. Просто открой тарову капсулу.
– – Не вопрос.
Клим отдал необходимый приказ и через несколько секунд из вспомогательного отсека выплеснулась зелёная жижа и перепачканное в ней голое тело.
– – Вы… С ума посходили? – опешил Всеволод, он до последнего был убеждён, что парни просто подшучивают над ним, разыгрывая глупую сценку.
Шакти благоразумно не отвлекалась, продолжая заниматься установкой. Девушке ещё предстояло подогнать к «раме» несколько обломков астероидов, чтобы создать видимость нагромождения естественных объектов, так Разгонные Врата будет ещё сложнее заметить.
Несколько секунд скрюченное в позу зародыша тело Хана кубарем летело в открытом космосе куда-то в сторону звезды. Затем вдруг замерло, приняло позу «супермен в полёте» и быстро двинулось к астероиду.
– – А он ведь действительно без скафандра, – внезапно озвучила очевидное Шакти. – Я думала вы прикалываетесь.
– – Как? – выдавил из себя Всеволод.
– – Сын Семьи, – повторил Клим фразу, которой Хан объяснял любые свои решения или поступки.
Голозадый псайкер облетел астероид вокруг, выставив при этом правый кулак вперёд, а левый прижав к груди. Со стороны это смотрелось комично, но никто почему-то не смеялся. Скоро Хан что-то обнаружил и замер у поверхности, раскинул в стороны руки, словно оказался распят на кресте, и содрогнулся, как от удара током.
На секунду вокруг астероида вспыхнуло пламя или, скорее, яркие вытянутые веретеном лучи света, солнечные протуберанцы. Они были настолько яркие, что Климу захотелось зажмурится. Неясно почему корабельный сканер вовремя не снизил чувствительность, яркость излучения едва не вызвала у пилота головную боль.
\\Внимание! Обнаружены аномальные квантовомеханические эффекты!
\\Опасность! Энерогощит аварийно отключён.
\\Опасность! Повреждение брони. \\Целостность брони: девяносто девять процентов.
Сенсоры на мгновение взбесились, по обзору потянулись кляксы, будто Клим посмотрел незащищёнными глазами прямо на Солнце. «Зуум» не успел отпрянуть, а через мгновение всё уже закончилось и удирать стало поздно. Искажения быстро рассеялись как не бывало, лишь некоторые кляксы остались перед глазами, размывая видимость.
Астероид под ногами Хана перестал вращаться. Затем на нём вспучилось порядочное пылевое облако, словно от удара метеорита, а под ударом стал расширятся круглый тёмный
– – Да не может такого быть, – протянул Всеволод. – У меня щит слился.
– – Вот теперь я начинаю верить в это ваше идеальное бессмертие, – сказала Шакти. – Кстати, дыра маловата для «Орба».
– – Она всё ещё продолжает расти, – возразил Клим.
И оказался прав. Постепенно проход в астероиде открылся достаточно, чтобы пропустить во внутрь эсминец «Орб» шириной сто один, а длинной триста двадцать восемь метров. «Зуум» и «Гарпун» на сотню метров скромнее, так что влезут вообще без проблем.
«Гарпун» Всеволода первым осторожно приблизился к дыре, от которой продолжало расползаться пыльное облако. Теперь, даже если вход закрыть, облако будет демаскировать «двери». Клим навёл рельсотроны на несколько ближайших астероидов и открыл беглый огонь. Особо не целился, поскольку перед глазами ещё расплывались цветные пятна. Тяжёлые разрывные снаряды взлохматили поверхность ещё нескольких астероидов, будто здесь набедокурил небольшой метеоритный поток.
– – Три промаха, – констатировал князь, всё-таки заметив оплошность приятеля до того как скрыться внутри астероида и не смог не ткнуть того носом. – Теряешь навык.
– – Просто сенсоры ещё не полностью восстановились после вспышки, – попытался оправдаться Клим.
– – Какой ещё вспышки?
– – Во время аномалии.
– – Аномалию помню, – подтвердил Всеволод. – Вспышку не помню. Не обольщайся, на ходу придуманные доводы тебе не помогут, мазила.
Клим уже хотел вступить в шуточный спор, ведь князь явно его подкалывает, но что-то пилота остановило. Он отмотал назад логи сканера и убедился, что никакой вспышки действительно не было. Искин лишь слегка подсветил область квантовомеханических эффектов красным маркером.
– – Ладно, подловил, я неумёха, – окончательно отшутился Клим, не став заострять внимание на непонятном инциденте. – А ещё князь, называется, только бы поиздеваться.
Внутри астероида оказалось тесновато. Эсминцы один за другим осторожно «вползли» в каменный мешок и почти прижались к внутренним стенкам, чтобы не зацепить друг друга или непонятный агрегат в самом центре. Это оказался куб со сторонами метров по десять и одинаково обрезанными вершинами, в стереометрии такой называют усечённым. Куб удерживался в центре пустоты благодаря пяти колоннам, похожим на пещерные сталагнаты, которые выросли из стен астероида и упёрлись «рогами» точнёхонько в центры пяти граней куба. Одна грань осталась свободной и на ней можно было заметить какие-то мелкие рисунки частично забитые пылью.
Когда эсминцы оказались внутри астероида, вход за ними медленно закрылся. Хан встал на гладко срезанный угол куба и начал неистово размахивать руками, видимо, что-то пытаясь донести до пилотов. А может просто разминался чтобы согреться, ведь в космическом вакууме не только нельзя дышать и разговаривать, но ещё и холодновато.
– – Надеюсь это у него не предсмертные конвульсии, – протянул Всеволод.
– – Кажется он хочет чтобы мы развернули автономный комплекс вокруг этой штуки в центре, – предложила Шакти.