Карамелька
Шрифт:
— Кто? Ты? Не смеши мои тапочки, они и так смешные, — скривила она губы, перекладывая какие-то листочки с места на место.
— Я хочу купить билет, — ответила настойчиво, отсчитывая двести семьдесят тысяч рушек.
Горка денег получилась внушительной, потому что крупными деньгами со мной расплачивались редко, но мне было все равно. Внимательно взглянув на меня, дама приподняла монетницу и ссыпала горку себе на стол. Скрупулезно пересчитывала каждую банкноту, раскладывая их по стопочкам, чем изрядно меня нервировала.
Время — оно
— Ваш билет, — протянула она желтую бумагу формата А5.
Даже не читала то, что в ней было написано. И без того знала назубок, что, получая этот билет, я больше не существую как личность. Есть только солдат под длинным буквенно-цифирным номером и его права и обязанности, которые заключаются в том, что я больше никому и ничего не должна. Никому, кроме космической армии и аускомандира, чьи приказы обязана выполнять неукоснительно и в установленный срок.
А еще, если я вдруг забыла, напоминание о том, что впереди для меня только смерть.
По крайней мере, получая этот билет, я согласилась с тем, что за мою жизнь никто, кроме меня, ответственности не несет — об этом тоже была соответствующая пометка.
Железные ворота со скрипучим механизмом медленно отъехали в сторону. Сердце колотилось в груди, словно ненормальное, будто точно знало, что сейчас под брезентовым навесом я делаю самые важные шаги в своей жизни. Что сейчас я разделяю свою жизнь на до и после. Сама, как то и должно было быть, если бы моя жизнь принадлежала мне.
— Добрый вечер, новобранец. Еще немного, и ты бы опоздал на сегодняшний рейс, — не глядя на меня, произнес тучный пожилой мужчина в темно-синей военной форме.
Он стоял рядом с печкой, железная створка которой была распахнута настежь, открывая всем любопытным вид на огонь, что жадно пожирал чьи-то вещи. Именно эти вещи мужчина сейчас и проталкивал палкой как можно глубже.
— Я знаю, — спокойно ответила я, продолжая стоять.
Военный оборачивался медленно. На его лице с одутловатыми щеками я могла запросто прочесть скептичное к себе отношение. А все потому, что в космическую армию крайне редко приходили женщины.
И еще меньше из них оставались в живых.
— Вы должны выложить на стол все ваши личные вещи и документы, оставляя только деньги, средства гигиены и один сменный комплект одежды, — заторможенно, скорее на автомате оповестил меня вояка.
— У меня нет при себе ничего лишнего, — открыла я рюкзак, приготавливая его к досмотру.
— Вы можете идти, но должны знать, что мы не возвращаем деньги и отказаться от службы вы можете только до тех пор, пока не сели в корабль.
— Спасибо, — улыбнулась я вежливо. — Учту.
Навес закончился через несколько шагов, открывая моему взору широкую прямоугольную площадку, на которой оставался последний корабль. Я действительно подгадывала время с точностью до минуты. Во-первых, чтобы никто не успел меня остановить, если мой побег случайным образом вскроется. А во-вторых, чтобы и я сама не передумала.
Хоть
— Девушка, вы не ошиблись? — окинули меня насмешливым взглядом на подступах к кораблю.
Платформа-мостик все еще была открыта и выпускала наружу яркий оранжевый свет, освещающий дутые ступени и лицо очередного вояки, что решил блеснуть остроумием.
Я молча протянула ему свой билет. Взглянув на него лишь мельком, мужчина кивнул в сторону входного отверстия. По ступеням забиралась не спеша. До взлета всего минута.
Даже если кто-то что-то и заподозрил, то остановить меня уже не успеют.
Кабина корабля была круглой, словно сфера. Обшитая оранжевой мягкой тканью изнутри, она имела только двенадцать мест. И то два из них, отделенные прозрачной стеной от остальных, принадлежали капитану и его помощнику. Другие десять были заняты едва ли наполовину. Я стала пятым новобранцем в этом рейсе и, как бы прискорбно это ни звучало, единственной девушкой.
— Эй, малышка, ты что здесь забыла? — глумливо хмыкнул обладатель роскошной блондинистой шевелюры, оценивающе пробегаясь взглядом по моей фигуре, затянутой в черные штаны и того же цвета майку.
— Какие-то проблемы? — остановилась я у ближайшего сиденья, но садиться не спешила, чтобы в случае борьбы иметь преимущество.
Чуть тряхнув рукавом куртки, придерживала ладонью железную трубку, готовая в любой момент ею воспользоваться, но, к счастью, не понадобилось.
— Ану, быстро заткнулись и расселись по местам! — рявкнул капитан, усаживаясь за центральный пульт рядом со своим помощником.
— Дамы просто хотели познакомиться… — насмешливо протянул рыжеволосый новобранец, одним хорошо отрепетированным движением откидывая назад длинную челку.
— Я два раза не повторяю, — с угрозой обернулся к нам капитан, отмечая взглядом каждого.
С облегчением выдохнув, я села на свое место, и автоматические ремни тут же скрепились, фиксируя руки, ноги и спину. Если понадобится, я была готова убивать, но только в случае крайней необходимости. Здесь слабые не выживают, и я должна была сразу показать, что со мной шутки плохи. Иначе…
Платформа с шумом начала подниматься. Еще секунда, и сфера стала цельной, будто у нее и не было входного отверстия. Стена рядом с моей головой поплыла, оборачиваясь толстым стеклом, через которое отлично просматривалась взлетная площадка. Пальцы сжимали твердые подлокотники, сердце поднималось к самому горлу.
Я еще никогда не летала на космических кораблях и испытывала нереальное предвкушение, густо сдобренное страхом. Проглотить комок, образовавшийся в горле, никак не получалось. Руки мелко подрагивали. До скрежета сжимала зубы, когда объявили взлет. Корабль тряхнуло, еще раз — это открепились сдерживающие клешни. Мы начали подниматься, высота стремительно росла, но я еще успела заметить, как отъехали в сторону железные ворота.