Карантин
Шрифт:
Лонгуорт замолчал. Он стоял неподвижно, слегка согнувшись и опустив руки. Дональд, Ванесса и Том вопросительно посмотрели на Джона. Тот взял стакан с водой и сделал длинный глоток. Ну и подарочек ему преподнес напоследок старина Хатчинс!
Он поставил стакан на стол.
— Дональд, — спросил президент. — Считаете ли вы как министр обороны личинок враждебными?
Тот кивнул.
— Судя по тому, что нам сообщили, — однозначно.
Гутьеррес взглянул на Ванессу.
— А вы?
Она посмотрела на него таким взглядом, как будто каждое
— Я бы тоже согласилась, однако на основании полученной информации, господин президент, вынуждена настаивать на том, что нужно предать это дело публичной огласке!
— Вы что, совсем спятили? — разошелся Мюррей.
Он окинул собравшихся быстрым взглядом, после чего выпрямился.
— Прошу прощения за резкие слова, но сейчас не время связываться с журналистами. Доктор Монтойя разрабатывает тест, помогающий выявлять эту болезнь. У нас есть группа Филипса, и к тому же мы активно ищем дополнительных носителей.
— Доверьтесь людям, — сказала Ванесса. — Мы должны бороться с нашествием все вместе, как единая нация.
Джон откинулся назад в кресле. Необходимо крупное и, возможно, историческое решение, чтобы с размахом начать свое президентство…
— Мюррей, — спросил Джон. — А когда будет готов тест?
— Точно сказать нельзя, — замялся Лонгуорт. — Нужна как минимум неделя, но мы не узнаем, работает он или нет, до тех пор, пока не отыщем других носителей заразы.
Открыть для публики такую банку червей… сейчас явно не ко времени. Мюррей Лонгуорт хранил тайны, работая в администрациях пяти президентов; Джон предполагал, что он сумеет это сделать и для шестого…
— Две недели, — сказал Джон. — Мне нужно две недели для оценки ситуации. Давайте дождемся, когда будет получен работоспособный тест, и сделаем его нашей отправной точкой. И, Мюррей, пожалуйста, никому ни слова…
Лонгуорт кивнул. Он выглядел довольным, как будто, так или иначе, догадывался о конечном итоге совещания у президента. Джон не мог не заметить слабую улыбку на его лице.
Она не укрылась и от Ванессы Колберн…
День первый
Они хотят его наказать…
Тэд не позволит, даже если придется покончить с собой.
Он тихонько приоткрыл окно.
Ночной ветер заколыхал шторы. В лицо Тадеушу Макмиллану по прозвищу Тэд плеснуло холодным дождем вперемешку с кусочками льда.
Он надеялся, что легкий шум не разбудит младшего брата. Когда Сэм просыпался, то обычно плакал. Притом очень громко. На плач всегда сбегались родители.
Папа с мамой хотят его наказать…
Тэд поднял коробку с игрушками и поволок к кроватке младшего брата. Он сильно натер себе руки, но нужно было встать на коробку, чтобы потом пробраться в кроватку, а потом еще дотянуться до оконной защелки. Тадеуш поставил коробку рядом с кроваткой,
— До свидания, — прошептал Тадеуш.
Он спустился и подтащил коробку к окну. В последний раз…
— Удачи, Сэм, — спокойно проговорил мальчик, оглядываясь на брата. — Надеюсь, ты не кончишь, как Сара…
Держась за оконную раму, он взобрался на подоконник. Рубашку сразу же пропитал ледяной дождь. Мокрые льдинки впились в лицо. Порыв ветра почти сразу же отбросил его назад, но Тэд смог удержать равновесие.
Так все-таки лучше. Все что угодно, лишь бы не оставаться здесь.
Тэд Макмиллан прыгнул в ночь.
В окрестностях Южного Блумингвилла, штат Огайо, в безмолвной темноте зимних лесов, полковник Чарльз Огден стоял в окружении девяти вооруженных мужчин. Эти солдаты — его личное отделение из состава Пятого взвода роты «Икс», батальона внутреннего реагирования. Рота «Икс» — официальное наименование боевой единицы, но в свойственной для военных манере эти люди придумали для нее другое название.
Они назвали себя Истребителями.
Ребята даже разработали знаки отличия своего отряда: удар молнии, поражающий перевернутого вверх тормашками таракана. Они носили этот знак на правом плече. Ниже прикреплялись небольшие нашивки с изображением черных треугольников — для каждого боевого задания. Треугольник украшался белым перекрестьем «X», что означало убитого монстра.
На рукаве у Огдена два таких черных треугольника. На первом из них — два белых крестика «X». Это потому, что полковник Чарльз Огден никогда не отсиживался в «Хаммере» за несколько миль от фактического места высадки, а всегда был рядом с подчиненными. И вступал с чудищами в бой.
Но это не значит, что он был столь безрассуден: его отделение — лучшее из всех Истребителей, люди суровые, закаленные в боях и многократно проверенные. На каждого из них он мог положиться как на самого себя. Пятый взвод любой роты обычно состоял из вспомогательного персонала, непосредственно не участвующего в боевых действиях. Но поскольку Огден мог, в соответствии со своими полномочиями, поступать как ему вздумается, то создал для себя личную охрану, которая могла вместе с ним в любой момент оказаться в любой горячей точке.
Слева от Огдена стоял капрал Джефф Коуп, его персональный связист, справа — смуглый сержант-майор Лукас Мазагатти. Чуть позади него стояли сильно загорелый капитан Дэвид Лодж, командир роты «Виски», и грузный сержант-майор Девон Нильсон по прозвищу Гвоздь.
— Последнюю сводку, капрал, — приказал Огден.
— Через десять минут Третий взвод займет позицию сразу западнее цели, — ответил Коуп. — Четвертый через двадцать минут займет подходы северо-западнее цели. Первый и Второй взводы расположатся прямо перед нами, сэр.