Каратель
Шрифт:
Козырь снял пиджак и часы… давай, давай. Посмотрим, как ты сейчас обосрешься, хрен с "барьером". И Марек утрется - это он всю херню придумал. Детектор, бля, лжи!
Полиграфолог раскрыл портфель, извлек из него ноутбук, маленькую коробочку с надписью "Barrier 15/897" и ворох проводов.
– Сейчас, - сказал спец, - мы поставим простой эксперимент… с помощью полиграфа я узнаю ваше имя. Мы ведь с вами не знакомы. Вашего имени я не знаю - так?
– Так.
– Значит, познакомимся… Вы назовете мне десять мужских имен, среди которых есть и ваше. А я его "угадаю". Согласны?
–
Спец записал на бумажке продиктованные вором десять имен. Потом ловко опутал его датчиками.
– Вы, - сказал он, - сегодня выпивали?
– Ну и что с того?
– Это не очень хорошо для чистоты эксперимента, но…
– Я эту херовину что пьяный, что трезвый разведу, - сказал вор.
Полиграфолог улыбнулся и ответил:
– Сейчас посмотрим… Дело в том, что алкоголь, наркотики, большое количество кофе и тому подобное могут существенно влиять на достоверность исследования. Но тем более убедительным будет результат… итак, господа, мы начинаем. Я попрошу тишины. А вас (Козырю) расслабиться, по возможности ни о чем не думать. На мои вопросы отвечать только "нет". Готовы?
– Всегда готов.
– Итак… ваше имя Андрей?
– Нет.
Пауза.
– Ваше имя Петр?
– Нет.
Паузы между вопросами были длинны - секунд по десять. Все молчали, наблюдали за процедурой с интересом… Козырь думал про себя: да хрен ты чего добьешься. И вообще, будем считать, что мое имя не Владимир, а например… Роман. Роман - и все тут.
– Ваше имя Владимир?
– Нет.
– Ваше имя Роман?
Да, внутренне прокричал Владимир Дмитриевич Сорока, - да, мое имя Роман! Сдержанно он ответил: нет… Спец, оторвавшись от компьютера, бросил на него любопытный взгляд, продолжил:
– Ваше имя Григорий?
– Нет.
…Они сделали два "круга", и Леонид Петрович сказал:
– Я думаю, Владимир, достаточно.
– Ишь ты, - удивился Козырь.
– Ну вот видите… обмануть эту машину нельзя, хотя вы и пытались это сделать. Вы противодействовали мне на имя Роман. Так?
– Так, - был вынужден признать Козырь.
– Браво, доктор, браво, - сказал Марек.
– Посрамили скептиков. Не пора ли перейти к реальному делу?
Иван сидел в углу кабинета. Он почти не обращал внимания на то, что происходит рядом… Глаза видели, уши слышали, мозг привычно фиксировал все происходящее. Это был результат многолетней тренировки - не более того.
Таранов не был сломлен. Он просто очень сильно устал и точно знал, что его война кончена… Он был безоружен, закован в браслеты и надежно изолирован: на окне решетка, выход блокируют бойцы. Рассчитывать на помощь извне не приходится. Боялся ли он смерти? Нет, не боялся. Все мы когда-нибудь умрем. Одни - раньше, другие - позже… чего же бояться?
Обидно было только то, что Светлана останется неотомщенной… А Лидер и тот, кто нажал на спуск по указке Лидера, уйдут от возмездия. Это несправедливо. Это чертовски несправедливо… Таранов думал о том, что он так и не спас никого из близких людей: ни Славку Мордвинова… ни Иришку, ни Лешку. И даже Светлану он не сумел уберечь.
Все свои войны он проиграл. Ему ли бояться
Он мог бы закончить все прямо сейчас - спасибо Председателю за "торпеду". Достаточно только дотянуться зубами до предплечья левой руки и сдавить зубами подсаженный под кожу серый цилиндрик… "Можешь быть спокоен, - сказал Председатель, - хватит, чтобы убить слона. Мгновенно и безболезненно". Иван покосился на левую руку… мгновенно и безболезненно…
Он запросто мог бы закончить все прямо сейчас… но что-то удерживало. Возможно, мысль о Лидере. А может быть, привычка стоять до конца. До тех пор, пока остается хотя бы один шанс… Нынче шансов не было ни одного.
– С него нужно снять куртку и посадить на стул, - сказал Леонид Петрович. Марек прищурился:
– Хм… для этого придется снять наручники…
– Вы хоть обыскали его?
– спросил Гаврюшенко.
– Обыскали. Нет у него ничего, - ответил Марек.
– Ладно, Иван у нас нынче смирный… верно, Иван?
Марек под столом, так, чтобы не видел питерский спец, показал Ивану его же АПС… Таранов сплюнул на пол.
– Займись им, Джек, - скомандовал Марек. Джек приблизился и осторожно снял с Ивана браслеты. У Ивана было сильное искушение воспользоваться моментом, сделать Джека живым щитом… он отлично понимал, что это нереально: Марек, не задумываясь, спишет Джека - слишком много на кону…
Наручники снова были застегнуты, Леонид Петрович подошел к Ивану.
– Э-э, - сказал Леонид Петрович, - так дело не пойдет.
– Что такое?
– Да он же пьян.
– Бросьте, док… он давно протрезвел.
– Это не серьезно, господа, - сказал Леонид Петрович.
– Если вы хотите получить достоверный результат, тестирование придется отложить минимум на сутки. Дело в том, что алкоголь в больших количествах снижает активность физиологических реакций… У человека в состоянии алкогольной интоксикации возможно появление полного безразличия к своей дальнейшей судьбе, снижение уровня мотивации, направленной на избежание наказания. Не исключены ошибки при тестировании. Поэтому придется ждать, пока он придет в себя.
– Сколько же ждать?
– хмуро спросил Козырь.
– Как минимум, сутки. Лучше двое. Марек рассмеялся и сказал:
– Это исключено, док. Работать будете сейчас.
– Но…
– Без "но"! Здесь и сейчас… а о "снижении уровня мотивации" не думайте. Там такой уровень, что… в общем, вперед, док.
Таранов молчал, не отвечал на вопросы, и Марек сказал:
– Ничего, сейчас мы его подбодрим… он даже запоет, не то что заговорит. Ну-ка, Джек!
– Не нужно, - вдруг сказал Таранов.
– Я буду отвечать.
– Вот видите, док, соображает… А вы говорите: мотивация.
– …Я буду отвечать, - сказал Таранов. Он понял, как можно рассчитаться с Лидером! Гарантированно и надежно… пусть и с того света.
Из темноты, из мрака он дотянется до Игоря Шахова руками Козыря и Марека, руками Джека и Руслана. Эти руки, алчные и беспощадные, сожмут горло Лидера… но для этого Ивану предстояло сработать очень качественно. Очень качественно и очень достоверно - так, чтобы у спеца не возникло ни капли сомнения.