Каратель
Шрифт:
Черт, как же мне дерьмово!
Тут же вновь подорвался Бугай, выхватил нож и прыгнул прямо на меня. Я не успел толком собраться — удар ботинком в лицо оказался очень, ну крайне болезненным. И то, это через наспех выставленный блок.
Следующим действием был бы удар ножом, от которого защититься я бы уже не смог. Но тут снова вмешалась Мара.
Она с яростным криком ударила ликвидатора в ботинком в колено. Даже не смотря на стоявший снаружи шум и грохот, оно громко хрустнуло. Бугай взвыл от боли, отшатнулся и едва не рухнул через все тот же разложенный посреди кузова
— Зарежу! — прорычал противник, отталкивая ящик и двигаясь ко мне.
— «Сдвиг»! — крикнула Маргарет.
Способность Мары оттолкнула и без того потерявшегося в пространстве обезумевшего от злости Шакала. Его швырнуло на стену, где еще кое-как висели ошметки брезента и гнутые дуги. Треск разорванной ткани и вопящий Бугай вывалился наружу, возможно, прямо под колеса того же пикапа.
Из моего носа хлестала кровь, заливала глаза и лицо. Все болело. Остальные раны тоже кровоточили, отчего я даже не мог толком координировать свои движения.
— Чего разлегся, вставай! — Мара потянула меня к себе.
— Да не могу я. Крови натекло как со свиньи.
— Вижу.
— Ай, отвали.
Я несколько раз тряхнул головой, приходя в себя. Услышал плотную стрельбу — Белка и Корсар отстреливались еще от кого-то. Кажется, появились новые противники.
— Ладно. Я, кажется, нормально, — собравшись с силами, пробормотал я, затем почувствовал, что голова снова закружилась. — Но это не точно.
В руке у Маргарет уже был мой «Кедр». Я это дело заметил и напряженно замер, глядя то на нее, то на ствол.
— Ну чего смотришь? — пробурчала та, сунув мне его обратно. Затем подхватила нож Шакала, разрезала путы на ногах. — Все еще сомневаешься? Мы сейчас в одной связке.
Я молчал, думая то о лежащем без сознания Хопере, то о сильно подорванном доверии к Маргарет.
— Да я сука, ты прав, — вдруг продолжила она, глядя на меня с какой-то ярой решительностью. — Но подыхать мне не хочется. А они не будут разбираться, кто свой, а кто чужой. Сейчас я друг.
Неожиданно загрохотало.
— Эй! Хан, ты там жив? — крикнул Корсар. В проходе показалась голова Белки с распоротой и окровавленной щекой.
— Что там у вас? — спросила она.
— Очко!
— Ясно!
Кустарно собранный переход между кабиной и кузовом чем-то погнуло — скорее всего, тем упавшим колесом. Перелезть было еще можно, но уже не так свободно как раньше.
— Хан?
— Чего?
— А какого хрена эта сука с оружием?
Я обернулся — Мара стояла позади меня на коленях, вытаскивая из оружейного ящика автомат.
Вдруг раздался визг тормозов. Рев движка.
Тяжелый удар слева. Несколько случайных пуль пробили брезент, часть угодила в деревянный оружейный ящик. Полетела выбитая деревянная щепка.
Выругалась. Белка вновь пропала из вида.
Громко взвыл движок и слева показался еще один пикап, но на этот раз совсем другой. Здоровенный, явно больше и мощнее предыдущих. Выкрашенный в черный цвет, усиленный серыми накладными бронелистами.
— Ай, дерьмо! Еще не все, — отозвался Корсар взволнованным голосом. — Черт! Далеко не уйдем, маневренности почти нет — колеса прострелены.
Очнулся оглушенный Хопер, но увидели его не сразу. Он привстал, потянулся и сразу же ударил кулаком Мару в раненую ногу. Девушка вскрикнула, упала назад. Ее автомат грохнулся на пол и Шакал тут же потянулся к нему, намереваясь воспользоваться огнестрелом.
«Урал» трясло и бросало. Дорога была просто ужасной.
Выставив «Кедр», я не сумел быстро снять его с предохранителя, потеряв драгоценные пару секунд. Щелкнуло. Еще раз.
В то же время, ремень автомата Мары зацепился за станок «ДШКМ», Шакал дергал за него снова и снова. Безуспешно.
Его лицо перекосило от злости и напряжения.
Мысли крутились в голове бешеным роем, подготовить к стрельбе самострел времени не было. С силой пнув тяжелый ящик ногой, я с криком бросился на Хопера. Рухнув на него и придавив собственной массой, я не дал ему воспользоваться огнестрелом.
Двинул его локтем, попав прямо в глаз. Штурмовик взвыл, резко дернулся. По лицу текла кровь. На инстинкте самосохранения, он резко оттолкнул меня, затем замешкался и потянулся к разгрузке. Ухватился за кольцо гранаты, но выдернуть его не успел — я оказался быстрее. Подобрал с пола металлический прут и загнал ему в тот же поврежденный глаз.
С силой пропихнул. Мерзко чавкнула.
Идентификатор Шакала мгновенно почернел. Победного лога не выскочило, значит все еще опасно. Кстати, я заметил, что Бастион начал халтурить — после боя не всегда приходили сообщения о результатах проведенных боев, что начало напрягать — бонусов-то не было.
— Да неужели, — облегченно выдохнул я. Дышать через сломанный нос было проблематично и довольно болезненно. Вот только времени разбираться в своих проблемах и ощущениях, не было.
Неизвестно, по какой причине, но Шакалы на черном пикапе до сих пор не начали стрелять из «АГС», и это, безусловно, было нам на руку. Но какой им от этого смысл?
— Хан! Это не просто Шакалы. Это их элита, — подала голос Мара. Ее голос был полон боли и страданий. Только сейчас я заметил, что она лежит на полу кузова, зажимая пулевое ранение плеча. Еще одна, легкая рана была в мягких тканях предплечья.
— Да насрать кто они… — начал было я, шагнув к «ДШКМ».
— Ты не понял!
Я глянул на почему-то отставший пикап.
— Уроды-ы! — вдруг истошным голосом завопил Корсар. Вскрикнула Белка.
И в этот момент раздался оглушительный громкий треск, словно от статического разряда. Грузовик вздрогнул, а затем земля поменялась местами с небом. Тяжеленный «Урал» словно подпрыгнул в воздух, накренился и душераздирающим грохотом упал на левый бок. Пол ушел из-под ног. По звук сминаемого металла, все, что не было закреплено, обрушилось прямо на нас. Перемешалось все — оружие, тяжелые оружейные ящики, предметы и инструменты, стреляные гильзы.