Карьерист
Шрифт:
Беда только, что тяжёлые пояса с артефактами, обувь и одежда невероятно тянули на дно. Да и плащ, пусть невидимый да тонкий, сильно стеснял движения. Плавать с таким весом – особо не разгонишься. И дно вроде близко, вот оно, всего в метре, не совсем прозрачной, да и довольно холодной водички. Скалы довольно круто уходили вниз, зато и спрятаться между ними – вроде как просто. Только и следовало, чтобы корабль с маньяками отплыл подальше.
В принципе так и получилось. Гул трюмной машины, пусть и резко усилившийся, стал отдаляться. Как и шуршание винтов на корме. Поэтому Поль аккуратно вынырнул возле
Оказалось, что «или»! Видимо, машины сработали по команде «полный назад!», остановив пароход на месте, прямо на повороте водного пути. И тут же был отдан кормовой якорь, с помощью которого проще всего удержать громадное плавающее средство на месте. Кстати, небольшое течение в море здесь имелось, похоже, где-то дальше река впадала в залив. Потому и вода выглядела мутной. Но капитан, грамотно руководя работой машин, уверенно продолжал удерживать вверенное ему судно на месте. Потом якорная цепь натянулась, а шлепки винтов прекратились. При этом сразу с двух бортов суетящиеся моряки проворно опускали по шлюпке.
«Всё-таки здесь невероятно запретная зона, – пришлось признать с горечью. – Надо было сразу прятаться и передвигаться скрытно. А я стоял и пялился, как гарпия на общипанного джымво. Лопух!..»
Пока так с собой ругался, искал пути дальнейшего побега. Вверх по склону? Так сразу заметят и опять тир устроят. Вон сколько уже расчётов возле фальконетов толпятся. Боятся, видать, карцера.
Нырнуть опять в воду и хотя бы переплыть на другую сторону залива? Так одежда, пояса и прочее враз на дно утащат. Но тут же пришла в голову отличная идея:
«Раздеться! И всё сложить в воду, вот под этот камень! И вот этим камнем сверху придавлю. Никуда одежда не денется! И чуть позже я за ней вернусь!»
Сказано – сделано! Пусть и прилипала одежда к телу, но сбросить её подгоняемый страхом а’перв успел. Как не стал оставлять на теле даже одного браслета. Всё завернул в единый тюк, уложил на глубине под основание скалы, ну и привалил надёжно сверху солидным обломком скалы.
Вот теперь и плавать можно, пока вновь не замёрз и зубы не стали стучать друг о друга. Да и шлюпки уже отплывали от корабля. Мало того, там под злобный рёв капитана спускали ещё две шлюпки. Кажется, местные аборигены гневаются не на шутку и решили в любом случае отыскать нарушителя. Или, в крайнем случае, его труп.
Набрав воздуха как можно больше, Труммер уже собрался оттолкнуться от скалы и нырять в сторону противоположного берега, когда понял, что подзадержался с этим манёвром. Уж слишком невыгодно располагалась дальняя от него шлюпка. Вдруг матросы заметят проплывающее под ними тело? Да и ткнут по нему веслом?
К тому же вторая шлюпка тоже на месте не стояла, приближаясь к временному пристанищу беглеца. Пришлось нырять, а потом поворачивать в разрез, между плывущих параллельно шлюпок. Ну и так получилось, что случилось плыть в сторону парохода.
«Почему бы и нет? – решил не расстраиваться Поль. – Как говорится в пословице: хочешь спрятаться от скандала с вредной женой – спрячься под ней».
Выныривая под кормой, Поль больше всего опасался, что винты заработают в режиме «Полный назад!». Может посечь человека, словно
Ныряя время от времени, Труммер пропустил мимо и вторую пару шлюпок, спешащих на поиски нарушителя. А вот течение оказалось чуточку сильней первоначальной оценки. Цепь натянулась невероятно, а там и якорь заскрежетал по дну, продвигаясь на парочку метров. Вот тут и дёрнулись винты, совершая обратное вращение и подтягивая пароход на прежнее место.
Опытный капитан! Всё правильно сделал. А вот а’перв пережил минуту панического ужаса, когда его напором воды прижало к защитному кожуху. Понимал прекрасно, что ничего смертельного ему не грозит, а поди ж ты! Переволновался, мягко говоря, не на шутку. Наверное, по этой причине и стал мозг действовать не совсем обдуманно и выверенно. Иначе говоря, прижатый в стеснённых обстоятельствах поощер применил все свои воздействия во всей их силе и во всей красе. Да ещё и во всём спектре своих умений. Потому что не просто наносил удары обессиливающего свойства, которые могли оглушить или свалить с ног мотористов, трюмных или иной технический персонал. Очень яркие воспоминания оставались после сражения с морским чудовищем, когда у того, после воздействий, наружная оболочка тела дымилась и испарялась от невероятного жара.
Вот такой жар и прокрался во внутренности парохода. А может, и ещё больший получился? В виде открытого огня? Хотя для пороха, применяемого в древних пушках, и простого жара хватит. Конкретно эти знания вылетели из головы Труммера, когда там поселилась паника.
Что он успел заметить, так это гигантскую, ярчайшую вспышку во внутренностях судна. И даже удивиться успел:
«Как это я сквозь толстый слой железа видеть стал?..»
Затем всё перекрыл нарастающий грохот взрыва.
Одновременно с этим сознание поглотила полная темень.
Глава восьмая. Родная кровь
Понятно, что в первые часы создания личного портала Ласка совершенно отбилась от рук. Ещё бы! У неё теперь в подругах целая принцесса, да и остальные феи не прочь были шастать следом за девочкой то к ней в гости, то вновь в свой лес, созданный дэмом для них специально. Если учитывать полное сходство характеров (ведь чудесные создания из мира Драйдов вели себя как дети), то подобная дружба выглядела воистину взрывной и весьма опасной смесью.
Девочка носилась, бегала, проказничала и бог весть чем занималась, а феи её не только поддерживали, но и сами выдумывали буквально сногсшибательные шалости. Естественно, что времени у Ласки совершенно при этом не оставалось на примерное ученичество. Она попросту нагло твердила своим персональным учительницам, что страшно занята, и банально убегала, окружённая хихикающим и порхающим облаком из прозрачных крылышек.
Дошло до того, что ранним утром обе сестры Макиллайн устроили скандал баронессе Галлиарде Фойтинэ, потребовав от хозяйки дома со всей строгостью: