Карибы
Шрифт:
Гад, гад, гад...тупой гладиатор!
– А мы купим корабль. И уплывем.
– Закончил Адам и замер в ожидании ответа.
– Ты после вот этого всего точно уверен, что я не всажу тебе меж лопаток нож? – Энни даже не стала разглядывать содержимое сундука. Побрякушки ее сами по себе не волновали.
Вывалив поблескивающие цацки на полотно, девушка тщательно завернула, перевязала бечевой и уложила в мешок. Адам, переломав черенки лопат ударами ноги, закинул бесполезные теперь лопаты в кусты
Только когда они добрались до городка, Энни заговорила. Но лучше б она замолчала.
– Значит, ты потерял любовника, не итак ли? И потому так ухватился за богатую наследницу и отбил эту дуру у жениха?
– Что...
– Адам опешил на несколько мгновений, но тут же заорал.
– Ты с ума сошла совсем на жаре?!
– Скажешь что это не так, считай оббъяснишься мне в любви. А ты ой как не хочешь этого, милый, - Энни шла вперед, не оглядываясь, голос ее был спокоен.
А вот Адам готов был взорваться. Какова нахалка, а?
И он поступил... так как поступил.
– Ты права, девочка.
– Выждал паузу.
– Я расстроен из-за любовника и мне нужны твои деньги. Всё.
– Вот и славно.
Домой они заскочили только для того, чтобы собрать вещи, закрыть двери, передать рабов в Коммендатуру. И никогда больше сюда не возвращаться.
***
На Кастри и Порт-де-Франс они прекрасно могут раздобыть все, что им необходимо. Но красавицу бригантину он приобретет только в Кингстоне, только на Ямайке.
Откуда вот он мог это знать? Значит, есть или был где-то в этом мире капитан Адам Лонели, где-то прах его на дне морском упокоился… И вот гладиатор Агний занял его место.
Значит, где-то есть и настоящая Энни, дочь пирата Рока Бразильца.
Энни-Елин отправилась к доверенным и нотариусу засвидетельствовать свое право на наследство. Адам не сунулся в конторки этих крыс. Как он понял: миф о белокуром монстре разгулялся по острову. Надвинув шляпу пониже, он остался ожидать Энни в таверне.
Он отпустил Пуговицу. Доверял? Не настолько, чтобы не проводить и не проверить что она взяла и куда пошла. Но вмешиваться не стал.
А потом пока девка торговалась с оценщиком-ювелиром, мужчина прокручивал в голове разные варианты развития событий.
Не было никакого смысла в их самосожжении на Сатурналиях, кроме желания освободиться от рабства. В Камелоте они хоть и помогли добыть Грааль, но сами-то и не увидели его и не дотронулись до Священной чаши. Пали жертвами ошибочной ревности. А уж в Вероне начудили и перемешали вековой устой двух семейств как могли. Но захлебываясь собственой кровью на камнях площади у церкви, они знали, что шаг к примирению сделан.
Что на этих экзотических островах им нужно? А вернее, что нужно от них?
Клад
Пустить здесь корни, состариться и умереть? Вот уж врядли...
Заняться рейдерством? Кто ж знает?
Но Адам понимал лишь одно: ни в одном из миров они не знали что нужно, а что лишнее. Но в каждом из миров они менялись, шли навстречу друг другу и, в конечном итоге, осиливали дорогу.
Размышления Адама Лонели были прерваны открывшейся дверью и, появившейся на пороге фигурке Энни.
Судя по довольной и хитро ухмыляющейся мордашке, обмен состоялся к обоюдной выгоде.
Но свое присутствие пока мужчина не обозначал. Пусть девка думает, что такая смелая и удачливая, что сама сюда пришла без приключений и без оных же и вернется сама.
Инстинкты у Адама всегда работали безотказно. Сумеречное зрение, острый слух и кошачья неслышная мягкая поступь давали ему значительное преимущество не только в выслеживании и преследовании врагов, но и в защите невидимой дорогого человека.
***
Сборы были быстрыми и неожиданными, письмо Ричарду отослано с «подарком» - малышкой Мэгг. Негры были оставлены сторожить домик. Таким образом, у окружающих сложилось впечатление, что брат и сестра уезжают не навсегда.
Ага. Не навсегда, ха.
Торговый шлюп до Порт-де-Пренс, там они пересядут на любое судно до Ямайки. В Кингстоне Адам наберет и нужную команду и присмотрит бригантину. У Вейна можно сторговать, этот рейдер любит не топить корабли, но продавать с выгодой для своего кошелька.
Мужчина не мешал Энни суетиться в сборах, но когда девка сообщила, что готова, решительно отодвинул ногой пару сундуков, добавил в экипировку девки кинжал, и еще один, потому что не помешает.
Уже на борту шлюпа, Адам приобнял на плечи Энни, что налегла грудью на перила борта и провожала грустным взглядом удаляющийся берег благословенного Барбадоса.
– Мы никгода не грустили, оставляя на бортом чужие миры и чужих людей, девочка. Даже если они становились на время нам близкими, помнишь?
– Поправил выбившийся от ветра локон за ухо девушки, - Все интересное только впереди!
Отпивая небольшими глотками ром из замызганной, запотевшей бутылки, Адам ловил себя на том, что ему нравится быть свободным и никому ничего не обязанным. Энни не в счет.
Мерное покачивание судна, поскрипывание стакселей и шелест парусов, вздохи ночного моря… Может, он и жил у моря когда-то? Ведь он же прекрасно плавал, не боялся воды, и знания Лонели о морском деле очень даже легли на его память. Как родные.
А, может, и нет…
Девка долго не выдюжит на рейдере. Ну вот на сколько ее хватит, столько они и будут бороздить морские просторы.