Карл Ругер. Боец

Мах Макс

Виктория секунду изучала безмятежное лицо Карла, затем усмехнулась и кивнула.

– Дебора Отягощенная? – спросила она, испытующе глядя на Карла. – Налейте мне, пожалуйста, вина. Итак?

– Смешной вопрос, Виктория. – Карл взял кувшин и разлил вино по бокалам. – Ну что вы право?! Вы же видели адата. Спросите что-нибудь другое. Ваше здоровье!

Он поднял бокал, отсалютовал Виктории и пригубил вино.

– Кто вы, Карл?

– Хороший вопрос, – согласился Карл, возвращая бокал на стол. – Вы третья, кто задает мне его за последние два дня.

– И

что вы ответили остальным?

– Лучше спросите, что я ответил себе, – предложил Карл, продолжая с интересом наблюдать за колдуньей.

– Так вы тоже спрашивали, – задумчиво произнесла женщина и чуть прикрыла свои огромные глаза. – Значит, не знаете.

Все-таки дама Садовница была на редкость умной женщиной. Очень умной, и понимала она многое, как никто.

– А может быть, нечего и знать? – спросил он, вспоминая свой разговор с мастером Мартом.

– Не думаю, – покачала она головой. – Чем дольше я за вами наблюдаю, Карл, тем тверже уверена, вы не человек. Вы точно не владеете магией?

Ну и что ты ответишь ей, добрый человек?

– Вероятно, владею, – ответил Карл.

– Но я не вижу ваш Дар, Карл. Это странно, – сказала она медленно. – Плохо «вижу» вас и совершенно не чувствую вашего Дара.

– Может быть, это какой-то иной Дар? – предположил Карл. Разговор становился чрезвычайно интересным, хотя они еще не коснулись того, ради чего, собственно, Карл его и затеял.

– Что вы умеете? – спросила Виктория.

– Я могу увидеть то, что страстно желаю увидеть, – объяснил Карл. – Иногда.

– Вы умеете смотреть сквозь Тьму?!

Кажется, ему удалось взломать лед ее холодной невозмутимости. Садовница была поражена его словами, как громом.

– Да, – подтвердил Карл. – Я это могу.

– Это темное знание, Карл. – В голосе Виктории явственно звучала тревога.

– Я знаю, – кивнул он. – Поэтому пользуюсь им крайне редко и с большой неохотой.

– Значит, я была права. Вы не человек.

– Допустим, – согласился Карл. – Но знаете, Виктория, как говорил мой профессор, если вы встречаете животное, которое похоже на собаку и к тому же умеет лаять и вилять хвостом, то, скорее всего, это все-таки собака.

– И все-таки вы не человек. – Виктория с улыбкой подняла бокал и наконец отпила из него немного вина. – Впрочем, – сказала она, отстраняя бокал ото рта, – вы и не оборотень, и не маг.

– Естественно, – иронично поднял бровь Карл. – А еще я не упырь и не вурдалак.

– Мы не рассмотрели еще возможность того, что вы бог.

Виктория сказала это совершенно серьезно. Она не шутила.

– Было бы недурно, – искренне вздохнул Карл. – Но, увы, для этого мне недостает могущества.

– Сын бога, – предположила колдунья. – Кто ваши родители, Карл?

– Не знаю.

– Совсем? – насторожилась Садовница.

Но рассказывать Виктории о своей матери Карл не захотел.

– Совсем, – подтвердил он.

– Это наводит на размышления.

– Вы знаете, сколько в мире сирот? – с иронией в голосе спросил

Карл.

– Не знаю, – ответила колдунья. – Но догадываюсь, что много. Однако вы единственный. Других таких я не встречала.

– Сколько вам лет, Виктория? – сменил тему разговора Карл.

– Александр рассказал вам? – вопросом на вопрос ответила женщина.

– Рассказал, – кивнул Карл и снова отпил немного вина. – Не возражаете, если я закурю?

– Курите, – разрешила Виктория. – Я как минимум вдвое старше, чем он думает.

– Значит, вы не дочь Теодора Брена.

– Естественно. – По-видимому, она умышленно использовала для ответа недавнюю реплику Карла. – Так что вы хотели узнать про оборотную магию?

– Честно сказать, не знаю, – улыбнулся Карл и достал трубку. – Я ищу ответы на некоторые вопросы, и мне показалось, что оборотная магия может помочь мне с этим разобраться. Это сложное искусство?

– Да, – кивнула Виктория и нахмурилась. – Очень. Впрочем, если Дар по-настоящему велик, то нет. Все зависит от Дара, есть он или нет, и от его мощи, если он все-таки присутствует.

– Сколько лет маг, я имею в виду сильного мага, может сохранять молодость?

– Быть молодым или выглядеть?

– Скажем, выглядеть.

– Сто, – не задумываясь, ответила Виктория. – Сто пятьдесят. Может быть, двести.

– Это «может быть» как-то связано с оборотной магией?

– С оборотной магией? – рассеянно переспросила Виктория, мысли которой, казалось, уже витали где-то очень далеко. – А знаете, Карл, возможно, вы и правы. Я не знаю точно, но что-то в этом есть.

– Этому надо учиться? – спросил Карл, выводя Викторию из задумчивости.

– Не обязательно, но… Послушайте, Карл, почему бы вам не объяснить мне, что вас тревожит? Возможно, я действительно смогла бы вам помочь.

– Ну что ж… – Карл прикурил от зажженной свечи и серьезно посмотрел на Викторию. – Почему бы и нет? Много лет назад я встретил одну женщину. Я говорю «встретил», но это только потому, что я рассматриваю жизнь как дорогу, по которой я, собственно, и иду. Так вот, на дороге мы людей встречаем, даже если совершенно друг другу неинтересны. Это случилось почти полстолетия назад. Женщина была замужем за моим хорошим знакомым. Она была очень красива, Виктория. Пышная блондинка с зелеными глазами…

– Галина Нерис.

– Да, – кивнул Карл. – Ее портрет, как вы мне уже говорили, висел в вашем доме.

Виктория посмотрела Карлу в глаза и неожиданно улыбнулась:

– Не ловите меня на слове, Карл. Я потому и купила его, что знала, кто на нем изображен. Я только не знала, естественно, что это ваша работа.

– В Галине… – Казалось, образ Галины перестал быть собственностью памяти и женщина снова предстала перед ним во плоти. Если бы Карл не знал, на что способно его воображение, он мог и испугаться – такой живой показалась ему сейчас Галина. – В Галине не было ничего примечательного, кроме того, разумеется, что она была фантастически красива.