Карл Ругер. Боец
Шрифт:
– Тогда о чем вы спрашиваете? – удивился Март. – Две части шурка, часть золотого корня, шесть капель цедровой кислоты и три части медвежьей крови…
По-видимому, он зачитывал наизусть какой-то рецепт.
– И жидкий огонь, смешанный с соком раты в равных долях, – закончил старик и повернулся к Карлу. – Не знаю, как это на вас подействует, господин мой Карл, но это единственное, что у меня для вас есть. Если вы не умрете сразу, а я надеюсь, что этого не произойдет, то вы продержитесь до утра.
Он помолчал,
– Не знаю, как вы будете себя чувствовать, господин мой Карл, этого мне знать не дано, но утром вам потребуются сиделки.
– Я понял. – Карл старался говорить твердо, но не знал точно, как звучит сейчас его голос, потому что в ушах звенело и громко стучала в висках кровь. – Сколько осталось до полуночи?
– Часа полтора, – пожал плечами старик и вдруг встрепенулся: – Боги! Сегодня же Серебряное Полнолуние!
Он замолчал, о чем-то напряженно думая или что-то вспоминая, и снова кивнул, отвечая своим мыслям.
– Да! – сказал он вслух. – Может получиться. Лежите, господин мой Карл, отдыхайте, через полчаса снадобье будет готово, и вы или сможете продолжить свой путь… или не сможете, но это уже решать не мне.
Его разбудил стук в дверь. Карл проснулся и прислушался. Он услышал тяжелые шаги Марта и его приглушенный бас, когда молодой аптекарь спрашивал, кого принесло к Медведю в столь поздний час.
Час был и в самом деле поздний. До полуночи вряд ли оставалось больше часа, комнату заливал яркий лунный свет, способный поспорить со светом нескольких горящих на столе свечей, а Карл, по-прежнему лежавший на постели старого Медведя, чувствовал себя так, как если бы намеревался испустить дух в ближайшие четверть часа. Несмотря на то что в печи горел огонь, его бил озноб. Не помогали и несколько одеял, которыми заботливо укрыли Карла. Зато эти одеяла мешали ему дышать. Он был так слаб, что легкие с трудом поднимали тяжесть грудных костей. Шумело в голове, и перед глазами стояла пелена, но при этом Карл проснулся в полном сознании, твердо зная, где он находится и почему.
Внизу звякнула откидываемая щеколда и скрипнула дверь. Кто-то пришел, и этот кто-то, судя по тихим шагам, заглушаемым тяжелой поступью Марта, направлялся наверх.
– Почему ты пошел за мной? – спросил Карл Казимира, беззвучно сидевшего рядом со столом. Вместо своего голоса Карл услышал хриплый шелест. Это было все, на что он был теперь способен, но, как выяснилось, Казимир его все-таки услышал и понял.
– Вы не очень уверенно стояли на ногах, мой лорд, – сказал он. – И выглядели не слишком здоровым… А лейтенант приказал мне вас беречь, вот я и пошел.
Между тем шаги приблизились, и еще через секунду Карл увидел перед собой совершенно неожиданную гостью. Сопровождаемая Медведем и Мартом к изголовью его кровати – или
– Новое Серебро – плохое время для смерти, – холодно сказала она.
– Извини, – прошептал Карл. – Так… получилось.
– Кто это был? – спросила она, внимательно рассматривая его лицо.
– Говорящая злом. – Карла, пытавшегося говорить внятно, пробил от напряжения пот, и он остро почувствовал унизительность своего положения.
– Линда?! – почти радостно спросила Виктория, и Карл с удивлением увидел чувство облегчения на ее лице. Она даже улыбнулась, что было совсем уже невероятно.
– Не знаю, – устало выдохнул Карл, у которого просто не было сейчас сил разгадывать загадки дамы Садовницы. – Почему ты?
– Молчи! – потребовала она. – Я объясню, но позже. Что вы ему приготовили, мастер? – спросила она, поворачиваясь к Медведю.
– Шурк, – нехотя признался старик.
– Вы уверены? – осторожно уточнила она.
– Да ни в чем я не уверен! – неожиданно раздраженно ответил старик. – А что делать? Господин Карл требует! А я не могу ему отказать.
– Так ты знаешь? – Виктория снова смотрела на Карла.
– О чем? – Карл не хотел раскрывать своих планов.
– На тебя объявлена охота! – заявила она и тут же подняла руку, призывая Карла к молчанию. – Я ничего не знаю, Карл. Я видела только трех зверей, взявших твой след, но кто охотники, мне неведомо.
Она секунду помолчала и добавила:
– У кого-то из них есть яд негоды… Когда полчаса назад я увидела, что ты ранен, я думала…
«Негода мне больше не страшна, – грустно усмехнулся в душе Карл. – Но я тебе благодарен».
– Ты убил Линду? – спросила Виктория.
– Да, – тихо ответил Карл.
– Это хорошо, – кивнула Виктория. – Часть силы ушла из заклятий вместе с ней. Что это было?
– Дрот, – сказал Март.
– Куда? – быстро спросила Виктория, оборачиваясь к нему.
– В левое плечо, – объяснил Март.
– Он все еще там? – В голосе Виктории зазвучала тревога.
– Нет, – покачал головой Март. – Я его вытащил.
– Слава богам! – выдохнула Садовница. – Давайте ему шурк и ничего не бойтесь. Я помогу.
Медведь внимательно посмотрел на нее, но, ничего не спросив, подошел к Карлу и протянул ему кружку с каким-то неаппетитным варевом, над которым поднимался пар, пахнувший древесной гнилью.