Шрифт:
В оформлении обложки использован рисунок автора. https://clip2net.com/s/40nDKhs
Часть 1 – Тайны прошлого
1. Королевство неназванной звезды
96 год после Земли. Орбита безымянной звезды. Пояс астероидов
Что-то тяжелое все давило и давило на мою грудь, каждый новый вдох давался сложнее предыдущего. Казалось, будто я очутился в плотно запакованном ящике, не способный пошевелить ни
Между тем стенки моей ловушки продолжали сжиматься все сильнее и сильнее, порождая отчетливое ощущение – когда обратный отсчет обнулится, произойдет что-то непоправимое. Охваченный нарастающим страхом, я напрягся изо всех сил, изогнулся и, что было духу, надавил на запечатанную крышку ящика руками и ногами. На удивление она поддалась, и в тот же момент я проснулся.
***
Барс подлетел вверх на полметра, развернулся в воздухе, вытянул свои когтистые лапы и беззвучно приземлился в стороне от дивана. Оказавшись на твердой поверхности пола, он гордо выпрямился, грациозно потянул пушистую спину так, как могут растягиваться только кошачьи, зевнул и принялся вылизывать шерсть из своего длиннющего хвоста. Закончив свой утренний туалет, он как ни в чем не бывало прошелся по комнате и скрылся за дверью коридора, за все это время ни разу не удосужив меня своим вниманием.
«Обиделся!» – подумал я, разминая затекшие конечности.
Поначалу мне было неудобно перед Барсом за столь неожиданную побудку, но, видя его невозмутимое равнодушие, я подумал, что тот и сам по-своему виноват.
«Тоже мне гордая кошка! Нечего спать у меня на груди!» – пробурчал я себе под нос. – «Уже большая киса, а привычки как у котенка.»
Я сел на диван и уставился в полумрак гостиной. Сонное состояние не позволяло что-либо предпринять дальше. Сил подниматься не было, а тяжелая больная голова от непомерно выпитого накануне постоянно стремилась перевесить и завалиться то на правый, то на левый бок.
«Везет же кошачьим!» – блуждали в моей голове завистливые мысли. – «Эти создания могут моментально переходить от состояния сна к бодрствованию».
Пока я с трудом пытался проснуться, остальная часть гостиной продолжала пребывать в полумраке, лишь тускло светились ступеньки на кухню и подмигивали аварийные и пожарные датчики. Кухонный робот – безмозглая железяка – почуяв, что хозяин не спит, загремел посудой и принялся разбирать мой вчерашний сабантуй.
– Доброе утро, хозяин! – сообщила тут же возникшая передо мной голограмма.
Ее звали Ари. Искусственный интеллект в образе симпатичной девушки, управляющей нашей станцией, представал передо мной каждое утро, чтобы объявить свое традиционное приветствие.
На ней была черная обтягивающая юбка ниже колен, аккуратная белая блузка и лакированные туфли на высоких каблуках. Волосы собирались в тугом пучке на затылке, а на переносице держались изящные узенькие очки. Во всем ее внешнем виде присутствовало какое-то нарочитое стремление к преувеличению,
Сегодня, как обычно, электронная барышня была подтянута и строга. Она стояла, грациозно изогнув покатые бедра и сложив руки крест-накрест под высокой грудью, покоящейся в глубоком разрезе блузки на тонкой, даже излишне тонкой талии. Равнодушное выражение лица, насмешливый взгляд, плотно сжатые губы – в этом была вся Ари!
Я давно привык к ее саркастическим утренним визитам и старался не придавать им особого значения. Тем более, что, как мне казалось, ко мне она относилась равнодушно – снисходительно. Думаю, что наши отношения с налетом легкой неприязни были обоюдными.
– Доброе и тебе, – небрежно бросил я, разминая затёкшие конечности.
– Как спалось? – спросила она без видимого интереса, но с явной скрытой издевкой, параллельно рассматривая свои крашеные ногти.
– Не очень, – ответил я, делая легкие гимнастические движения руками, зачем-то пытаясь показать собеседнице, что прихожу в норму.
– Ну-ну! – сказала она равнодушно и также внезапно исчезла.
– Вот и поздоровались, – буркнул я себе под нос, когда ее образ растаял в воздухе.
Хотя синтетический голос Ари был всегда монотонен и сух, я научился улавливать в нем тонкие проявления электронных эмоций. Сейчас можно было с уверенностью сказать, что она была крайне недовольна. Я заметил, что эпитет «хозяин» употреблялся ей для обозначения возникшей между нами дистанции. Какой же я был здесь хозяин, если полноправной повелительницей этих мест являлась она сама.
Каким-то непонятным образом за долгие годы у электронного разума, обитавшего на станции, сформировались высокие стандарты в отношении своего идеального господина.
Если бы она была в состоянии напрямую выразить свое отношение к моей персоне, то, я уверен, что ее речь изобиловала бы следующими нелестными эпитетами: безмозглый, тупой, нелепый, неопрятный, алкоголик…
К счастью для меня, она была не способна на подобное обращение. Являясь одним из потомков ее великих создателей, я к своему собственному облегчению оказался за рамками ее критики. Электронные принципы искусственного интеллекта требовали беспрекословного служения своему человеческому «господину», а строгий этикет не позволял отпускать какие-либо неуважительные замечания в его адрес.
И лишь ее невербальные проявления не могли удержать тех или иных скрытых эмоций. В ее тонких намеках, усмешках и ухмылках, в деланном безразличии и флегматичном пожимании плечами, взгляде и наклоне головы – везде сквозила колкая ирония.
***
Меня стало снова клонить в сон, когда на пороге гостиной вновь появился Барс. В полудреме я наблюдал, как он прошелся мимо, все также не обращая на меня никакого внимания, сделал себе кофе и, включив изображение, улегся на кресло смотреть какой-то сентиментальный фильм.