Кармоправ
Шрифт:
В ответ на недоумевающий взгляд купца, женщина внезапно хихикнула и пояснила:
— Знаете, сударь, после напряжённого дня порой, бывает, сядешь в кабус, по дороге домой подремлешь — и усталость как рукой сняло…. Да и браслеты тоже.
От неизменно серьёзной и тактичной экономки Бухтияр не ожидал даже улыбки, не то, что шутки, но когда понял, на что она намекает, то покрепче перехватил ценную шкатулку. Путешествие пешком по безлюдным утренним улицам Сантерры в его представлении выглядело куда более рискованным. Эмили заметила тревогу гостя, и поспешила его успокоить:
— Насчёт
Толком не соображающий Бухтияр покорно проследовал за экономкой в прихожую, на ходу переодевая одолженный халат на родной кафтан, который Эмили успела не только подсушить, но и почистить. И только сделав шаг за порог и никого из людей рядом с собой не увидев, вспомнил, что так и не уточнил, кто это такой — Темурф.
От раздавшегося рядом утробного урчания купец чуть не взмыл на шею каменной виверны, охраняющей крыльцо. Одноглазый котище ростом со среднего пса презрительно прищурился и неторопливо зашагал к приоткрытой калитке. Густая желтовато-рыжая шерсть с причудливыми пятнами, как у пардов, скрадывала движения, вызывая лёгкое чувство головокружения.
— Т-т-т-те-мурф?! — не веря своим глазам, переспросил Бухтияр вслух и, сообразив, что кот вряд ли ему ответит, заторопился следом. Возвращаться ради уточнения он не отважился, да и кот явно ждать не собирался. Пятнистая тварь слегка прихрамывала, но это не помешало ей в два счёта добраться до выхода из сада, одним прыжком взмыть на ограду и удобно устроиться на столбе калитки, свысока наблюдая за плетущимся по садовой дорожке человеком. Огромный мотылёк, неосмотрительно выпорхнувший на свет фонаря, был сбит когтистой лапой едва ли не мгновенно.
Да, с такой охраной можно считать себя под надёжной защитой. Ируанские боевые коты из самого Индоррата в королевстве встречались нечасто. И уж тем более не разгуливали свободно по улицам. По крайней мере, в таком небольшом городке, как Сантерра. Может, зверюга носит маскирующий амулет?
Бухтияр моргнул, и силуэт мохнатого котищи расплылся. Вместо него на столбе калитки сидел невзрачный городской полосатик, деловито умываясь. На узкой ленте ошейника поблёскивала зачарованная адресная бирка с номером 7С и силуэтом четырёхконечной звезды.
И тут купец вспомнил, что так и не спросил Аруну о том неизвестном, кто чуть не утопил его браслет. Иначе как чудом и не назовёшь — повезло же ухватить именно за ту руку, на которой была надета пропажа, да ещё и ухитриться сорвать, не уронив в тёмные воды порта!
Впрочем, ответа на вопрос, скорее всего, не последовало бы. Секреты в этом доме, похоже, хранить умели.
Рутровы ируанские коты! Бухтияр теперь совершенно точно знал, что в качестве домашней зверушки такого заводить не стоит. Слишком ярко отпечатался в памяти хруст перекусываемого запястья грабителя. И это при довольно скромных по сравнению с человеком размерах животного, что при маскировке, что без.
Эмили как в воду глядела со своими предупреждениями. Купеческий квартал не славился ночными происшествиями, поэтому
Обдумывая, с чего начать разговор, Бухтияр не заметил, как наступил на петлю из тонкой верёвки, сливающуюся по цвету с плитками мостовой. Верёвка дёрнулась, затягивая петлю, но купец успел подпрыгнуть, чудом удержав равновесие и едва не выронив ценную шкатулку.
— Лять! Ч-ч-что з-зза… — фразу закончить помешало утробное урчание, раздавшееся из-за спины. Распушившийся поперёк себя шире котяра, выгнув спину, боком подбирался к фигуре в тёмно-сером, выступившей из ближайшей подворотни. Его сообщник замер с противоположной стороны мостовой, всё ещё держась за конец верёвки, чудом не уронившей уважаемого барра на отполированные дождём камни.
Замерев на месте, торговец попытался оценить ситуацию. Звать на помощь стражу он не решился: вряд ли бы доблестные защитники порядка прибыли мгновенно — слишком далеко от излюбленного маршрута патруля, да и сам район считался добропорядочным. За всё время лишь один случай нападения, да и тот происходит прямо сейчас, именно с ним, Бухтияром.
Тем временем котище, принявший свой естественный облик, успел обратить в бегство первого грабителя, за доли секунды исполосованного острыми когтями, и метнулся ко второму, который неосмотрительно попробовал выхватить у купца браслеты.
Кровь из прокушенной артерии, фонтаном брызнувшая на выроненную шкатулку, адский крик, наверняка перебудивший всех добропорядочных горожан по соседству. И исходящая от пушистого комка меха подавляющая аура ужаса, которой не каждый королевский волкодав мог похвастаться. Единственный глаз кота в полумраке светился призрачным изумрудом, а клыки и когти уже показали себя в деле.
Не медля, купец подхватил с мостовой шкатулку и кинулся бежать к родному крыльцу, на ходу обтирая с неё рукавом капли крови и припоминая их с Юияль условный стук в дверь. Только бы она услышала! Хотя вопль раненого, разнёсшийся по всей округе, мог и мёртвого разбудить.
Дверь распахнулась почти мгновенно. Встревоженная женщина одним взглядом оценила ситуацию и тут же отступила на пару шагов, пропуская мужа внутрь дома. Убедившись, что он цел и невредим, хотя и слегка потрёпан, Юияль чуть успокоилась, но не до конца. Накопившееся недовольство так просто не стереть, даже если вернуться как герой, отстоявший семейную ценность в неравном бою с ночными грабителями.
Но вслед за купцом в дом проскользнул взъерошенный Темурф в обличии серого полосатика, и женщина внезапно просияла:
— Ой, котик, ты, наверное, голодный! Пойдём, на кухне должно было что-нибудь остаться от вчерашнего мясного карне, я сама тебя угощу.
Бухтияр бы не рискнул назвать Темурфа котиком даже под маской безобидного уличного кота, и, тем более, не потянулся бы погладить. Но жена выглядела так… светло. А ведь он уже успел забыть, когда в последний раз видел её улыбку. И эта улыбка снова погасла, когда женщина перевела взгляд с кота на мужа.