Картель
Шрифт:
Что делать, Егор не знал. Бросить Василису он не мог, а с ней далеко не уйти. Забаррикадироваться в комнате? Но как быть с Викой?
Вика сама забежала в комнату, Егор едва не нажал на спуск, приняв ее за охранника.
А охранники не заставили себя долго ждать. Егор встретил их двумя выстрелами, заставив сдать назад под прикрытие лестничного марша. Закрыл дверь, придвинул к ней шкаф
Но полиция появилась сразу, едва он только подал знак. Дом вдруг заполнился ревущим спецназом.
Каргол лежал на боку, руками прикрывая развороченный картечью живот. И дюжий детина в черном костюме умер в той же позе. Два трупа. Зато Василиса жива.
– Спит она.
Егор Мелихов лежал на животе с заломленными за спину руками. С его подружкой спецназовцы обошлись гораздо более гуманно, она сидела в кресле под присмотром вооруженного бойца.
– Каргол сказал, что замуж ее возьмет, – говорил Мелихов. – Вот, пришел, чтобы взять.
– И кто его застрелил? – спросил Севастьян.
– Ну, я должен был.
– Так должен был или застрелил?
– А ты бы что на моем месте сделал?
– Не успел я на твое место…
– Ну а если бы?
Василиса продолжала спать, заботливо укрытая одеялом.
– Если бы да кабы… Кто похитил Василису?
– Не я.
– Не ты. Ты в это время на «стрелку» с Цахилаевым ехал.
– Так ты через него на меня вышел? – с досадой спросил Мелихов.
– Через него. И на тебя. А здесь еще и Каргол…
Все-таки не зря Севастьян остался на месте, узнав о похищении Василисы. Люди к Цахилаеву подъехали, вызвали его на разговор с Мелиховым. А там уже дело техники…
– Был Каргол, да весь вышел. Но это не я.
– А кто?
– Я же сказал, что не я… – Всем своим видом Мелихов давал понять, что именно он и грохнул Каргола. – Мы сюда с Викой заходим, а здесь две трупа… И ружье валяется. А тут охранники снизу бегут, я и шмальнул по ним. Ну, поверх голов. Шмальнул и дверь закрыл. А тут вы…
– Ружье где?
– Так
– Куда?
– Ну, за дверь. Там патроны уже закончились, я в охранников и швырнул.
Группа захвата задержала четырех охранников, не считая покойника. И все они были вооружены помповыми ружьями. Вот и попробуй теперь разберись, где чье ружье. Ведь «пальчики» Егор наверняка стер, да и ружье скорее всего в окно выбросил. Но ведь его мог выбросить в окно и кто-то из охраны.
– Куда ружье делось, Виктория Дмитриевна? – посмотрел на девушку Севастьян.
– Егор же сказал вам, что выбросил ружье.
– А вы сами что можете сказать?
– То же и скажу.
Не скажет она ничего против Егора. Достаточно было посмотреть ей в глаза, чтобы понять это.
– И никого Егор Мелихов не убивал?
– Нет, мы спали. Слышим, какие-то выстрелы, спустились вниз, а здесь трупы…
Севастьян позволил Вике выговориться, только затем велел ее увести и остался с Егором с глазу на глаз.
– Слышал, что сказала твоя Вика? Запомни это, чтобы разногласий никаких не возникло, – сказал он.
– Ты должен вытащить меня из этой ямы, Сева. Я ведь Василису защищал. Я ее из-под самого танка, считай, выдернул… Скажи, я правильно сделал?
– Правильно.
– А что ты ради нее сделаешь?
– Я уже сделал. Теперь у вас с Викой есть общая версия. От нее и пляшите.
– Этого мало.
– Но это все, чем я могу тебе помочь.
– Я Василису защищал!
– Ты мог бы убить Каргола еще там, в Карелии. Мог бы уйти с деньгами далеко-далеко, и никто бы тебя не нашел. Но ты поехал с ним в Москву. Поехал зарабатывать деньги на наркотиках… Если бы ты убил его раньше, он бы сегодня не похитил Василису и ты бы не попал под статью за двойное убийство… В чем я не прав, Мелихов?
Егор волком глянул на Севастьяна и, зло стиснув зубы, отвернулся от него.
Севастьян велел его увести, а сам, подняв Василису на руки, отнес ее в машину. Нечего ей оставаться в этом гадючнике. И он тоже уберется отсюда при первом же удобном случае. Пусть без него здесь разбираются, а он свою миссию выполнил…